В субботу глава российской делегации на переговорах в Стамбуле, помощник президента России Владимир Мединский заявил о неожиданном переносе Киевом сроков приема тел погибших солдат и офицеров Вооруженных сил Украины (ВСУ) и обмена военнопленными. Он напомнил, что российская сторона действует в точном соответствии со стамбульскими договоренностями. В обмене должны были участвовать раненые и тяжелобольные военнопленные, а также лица младше 25 лет.
Мединский уточнил, что российская сторона призывает Киев забрать тела, чтобы семьи могли по-человечески проститься с погибшими. «Мы на месте. Мы в полной готовности к работе. Международные ТВ-каналы, информагентства и корреспонденты могут приехать и убедиться лично, что все так и есть, – написал Мединский в своем Telegram-канале. – Россия всегда держит слово».
Договоренность о передаче тел была достигнута в начале недели по итогам второго раунда переговоров в Турции. По словам официального представителя МИД Марии Захаровой, передача тел – это жест доброй воли со стороны Москвы. Также Россия предложила установить двух-трехдневный режим прекращения огня на отдельных участках фронта для сбора тел погибших. Последний раз стороны обменялись телами погибших 16 мая. Тогда Украина получила 909 тел, Россия – 34.
Как сообщил начальник управления Главного управления Генштаба ВС России Александр Зорин, в район обмена прибыла колонна с 1212 телами погибших украинских военнослужащих. По данным источников, подготовленные к передаче тела находятся в рефрижераторах в Брянской области. К отправке готовятся еще четыре эшелона по 1,2 тыс. тел бойцов ВСУ.
По словам Мединского, в рамках начала процесса обмена Украине был передан первый список из 640 военнопленных. Российская сторона ожидает ответных шагов со стороны Киева. Но, по информации Зорина, украинская сторона не подтвердила проведение этого обмена, намеченного на субботу, и отложила его на неопределенный срок.
Глава комитета Совфеда по конституционному законодательству и госстроительству Андрей Клишас считает, что киевская хунта была уверена в срыве всех мирных контактов после серии терактов на железнодорожных путях и атак беспилотников на стратегические объекты. «Украина просто не готова ни к обмену пленными, ни принять тела своих солдат. Хунта в Киеве была уверена, что они сорвали все мирные контакты своими безрассудными атаками», – отметил сенатор в своем Telegram-канале.
В экспертной среде говорят, что киевским властям выгодно, чтобы погибшие военнослужащие ВСУ числились пропавшими без вести. Это позволяет не выплачивать денежные компенсации семьям погибших. Кроме того, принятие тысяч тел указывало бы на то, что потери на самом деле гораздо выше, чем об этом заявляется официально.
«После того, как Зеленскому было доложено о результатах переговоров в Стамбуле 2 июня, он оценил действия своей делегации одним словом – «идиоты». Это говорит о том, что
Зеленский дал команду не забирать тела погибших, потому что за каждого убитого власти обязаны выплачивать семьям компенсации»,
– отметил военный эксперт, полковник в отставке Анатолий Матвийчук.
Кроме того, на Украине должны выплачивать семьям долговременные пособия в результате потери кормильца: «Это огромные расходы для страны, счет идет на триллионы гривен, которых в бюджете нет. Поэтому в Киеве категорически отказываются принимать тела военных, которые сейчас числятся как без вести пропавшие. Принять тела – значит, взять на себя социальную ответственность перед родственниками».
Согласно украинскому законодательству, «размер единовременной денежной помощи в случае гибели (смерти) военнослужащего в период военного положения во время исполнения им обязанностей военной службы не может составлять менее 15 млн гривен (360 тыс. долларов)». Таким образом, возврат лишь шести тысяч тел погибших в бою военных будет означать для украинского бюджета 90 млрд гривен выплат. А безвозвратные потери ВСУ уже перевалили за миллион человек. Об этом заявил накануне командир спецназа «Ахмат» генерал-лейтенант Апти Алаудинов.
В апреле делегация Международного комитета Красного Креста сообщала о получении 400 тыс. обращений от украинских семей, которые ищут близких, пропавших без вести.
Матвийчук считает, что призыв Москвы забрать тела погибших не будет услышан. «Это еще раз говорит о том, что ничего человеческого у киевского режима нет. Зеленскому не выгодно принимать эти тела. А ведь любая мировая религия говорит о том, что с умершими нужно проститься с почтением, предать по-человечески земле, но у киевских властей такого понимания нет», – подчеркнул спикер.
«Киевские власти оказались в ступоре, когда им предложили на переговорах в Стамбуле забрать шесть тысяч тел погибших.
Принять тела означало бы согласиться с огромными потерями.
При этом Зеленский неоднократно заявлял о «небольших потерях». Это шокировало бы местное население, которое до сих пор уверено, что ВСУ уже на подходах к Москве», – добавляет военный эксперт Василий Дандыкин.
Собеседник согласен с тем, что нежелание выплачивать крупные денежные компенсации семьям погибших – одна из главных причин отказа принимать тела: «За шесть тысяч тел Украине пришлось бы выплатить компенсации в размере 2 млрд евро. Из-за проблем с коррупцией в казне таких денег нет. На этой неделе S&P Global признало Украину страной с частичным дефолтом, сейчас у них большая «дыра» в бюджете. Украина в начале июня пропустила платеж в размере 670 млн долларов по своим ценным бумагам, привязанным к ВВП».
Дандыкин подчеркивает, что все деньги Украина тратит на войну с Россией, а не на социальные выплаты семьям, поэтому властям выгодно, чтобы погибшие числились пропавшими без вести. «Украинским властям глубоко наплевать на семьи погибших, главное – отлавливать на улицах новых призывников, которых посылают на фронт, а дальше их судьба не волнует. Ведь людей посылают на убой и преследуют тех, кто сдается в плен. Таких случаев очень много», – пояснил эксперт.
Что касается срыва сроков по обмену военнопленными, то причина может заключаться в нежелании оказывать раненым дорогостоящие медицинские услуги. «Европа не может бесконечно платить за лечение украинских военных, заниматься протезированием. Не менее важен и психологический аспект. Появление молодых, но покалеченных людей сильно влияет на то, что срывается добровольческий набор – набрали они всего около 500 человек», – напомнил спикер.