В пятницу стало известно о возвращении в Россию полковника в отставке Юрия Меля, который девять лет провел в литовской тюрьме. Жена Меля Надежда сообщила газете ВЗГЛЯД, что пока не встретилась с мужем и ждет подтверждения информации о его освобождении.
Как заявила официальный представитель МИД РФ Мария Захарова, Мель был незаконно осужден в рамках сфабрикованного политического дела о трагических событиях в Вильнюсе 13 января 1991 года. В комментарии на сайте МИД говорится, что неоднократные обращения об отмене приговора или о его смягчении отклонялись.
«Ослепленные жаждой политической мести литовские власти и судьи пренебрегли элементарными человеческими нормами, не приняв в расчет даже гуманитарный фактор – плохое состояние здоровья гражданина, страдающего тяжелым заболеванием», – отметила Захарова.
В марте 1990 года Верховный совет Литвы объявил о восстановлении независимости республики, но советское руководство расценило это решение как противоречащее Конституции. В январе 1991 года в Литве начались акции протеста, после чего туда были переброшены бойцы спецподразделений и частей ВДВ. В ночь на 13 января в ходе столкновений митингующих с военными в Вильнюсе возле телецентра погибли 14 человек, свыше 600 были ранены.
Среди погибших был и боец подразделения КГБ «Альфа», застреленный в спину. Сотрудники спецслужб заявляли, что столкновения стали результатом провокации, а все погибшие, в том числе и боец «Альфы», были застрелены литовскими снайперами. В 1991 году 22-летний Мель в звании лейтенанта командовал танком и находился в Вильнюсе. 13 января он произвел из своего танка возле вильнюсского телецентра три холостых выстрела.
Власти независимой Литвы утверждают, что виновными в гибели мирных граждан были советские войска и спецслужбы. В начале 2014 года генпрокуратура подготовила «европейские» ордера на арест 79 граждан России, Белоруссии и Украины по делу о «январских событиях» в Вильнюсе. Мель был арестован за «военные преступления и преступления против человечности» в марте 2014 года, когда приехал из Калининграда в Литву за более дешевым инсулином (с 2013 года по шенгенской визе он неоднократно выезжал в Литву).
В 2019 году после долгого суда полковника приговорили к семи годам лишения свободы. Он должен был выйти на свободу в марте 2021 года. Его сослуживцу, жителю Литвы Геннадию Иванову, дали пять лет. По тому же самому делу были заочно осуждены бывший министр обороны СССР Дмитрий Язов, офицер КГБ СССР Михаил Головатов, который командовал штурмом телебашни. Позже литовская прокуратура потребовала осудить Меля снова, на очередные три года тюрьмы. Но этот срок удалось сократить на один год.
Как рассказывала жена Меля Надежда, заявления литовской прокуратуры о стрельбе по телебашне боевыми снарядами не соответствуют действительности, потому что в таком случае от нее «бы остались одни руины». «Арест Юрия больше напоминает похищение. При этом он пришелся на очередной виток напряженности между Литвой и Россией. Политика – вещь достаточно циничная, но организаторам этого действа следует помнить, что, по сути, они взяли в заложники человека с тяжелой формой сахарного диабета», – отмечала Мель.
Все эти годы российские власти вели с Литвой переговоры. Абсурдные обвинения обсуждались на уровне Евросоюза. Посольство России в Латвии оказывало Мелю на протяжении всего времени всемерную поддержку и добивалось улучшения условий содержания и поставок медикаментов. «В день освобождения Юрия Меля российские дипломаты сопровождали его до границы», – добавила Захарова.
Информацию о возвращении Меля в Россию подтвердил депутат Госдумы Андрей Колесник, который был одним из участников переговоров с Литвой. «Он не пал духом и держится так же достойно, как держался все эти годы в заключении – как настоящий русский офицер. Он не пошел на сотрудничество с литовскими спецслужбами, не подписал никаких документов, порочащих Россию, хотя за это ему много раз предлагали очень многое, вплоть до освобождения. Но он не пошел ни на какие сделки», – сказал депутат, добавив, что
Мель достоин государственной награды.
Главный редактор портала RuBaltic.Ru Александр Носович подчеркивает, что Мель был незаконно осужден в рамках сфабрикованного политического дела. Он напомнил, что в защиту россиянина передавались доклады депутатам Европарламента, а возле генконсульства Литвы в Калининграде проводились протестные митинги. «Дело Меля изначально было политическим. Еще в 2016 году Следственный комитет России возбудил уголовное дело против литовских прокуроров и судей, незаконно преследующих граждан РФ по «делу 13 января», – напомнил Носович.
Предъявленные Мелю обвинения, подчеркивает собеседник, были абсурдны, это дело «было посмешищем и издевательством над правом как таковым, потому что россиянин просидел в тюрьме пять лет без приговора». «Согласно международным нормам, если спустя три года после предварительного заключения нет обвинительного приговора, то человека нужно отпускать на свободу. Меля судили по статье, которая была специально прописана в УК в 2000 году, а в 2010-м дополнена поправками.
В итоге россиянина осудили задним числом
по статье за военные преступления и преступления против человечности за три холостых выстрела в воздух из танка возле вильнюсского телецентра», – пояснил собеседник. По его словам, Мель «никого не убил, никого не ранил, никого не задел». «И за это он девять лет отсидел в камере с убийцами, которые выходили на свободу по амнистии. А Мелю продлили срок заключения... Но он вообще не должен был сидеть ни единого дня, этот человек абсолютно невиновен. Он жертва идеологии литовского правящего режима», – подчеркнул Носович.
Президент Российской ассоциации прибалтийских исследований (РАПИ) Николай Межевич согласен, что судить человека по статье, которая появилась в законодательстве спустя десять лет после вильнюсских событий, это абсурд, потому что закон не имеет обратной силы.
«Происходящее выпадает за пределы обычного человеческого здравого смысла. Литовский режим остро чувствует свою нелегитимность. Те лозунги и идеи, с которыми люди приходили на площади и просили независимость, дискредитированы. Литва оказалась в гораздо худшей зависимости, чем в годы советской власти. Из страны уехал каждый третий трудоспособный человек. Литва гарантированно превращается в поле боя при любом росте нестабильности в Восточной Европе», – считает Межевич.
В Литве и других странах Прибалтики остается много политических заключенных.
Против них выдвинуты не менее абсурдные обвинения, чем в адрес Меля, напомнил Носович. Второй крупнейший политический заключенный – это экс-депутат Литвы Альгирдас Палецкис, которого обвинили в госизмене якобы за попытку установить прослушку в кабинете тогдашнего премьер-министра Дали Грибаускайте.
«Но когда все эти заведомо абсурдные обвинения рассыпались, то выяснилось, что вся суть обвинений против него состоит в том, что он собирал для своей книги свидетельские показания очевидцев о событиях января 1991 года в Вильнюсе. Очевидцы видели стрельбу не со стороны советского спецназа, а снайперов, которые стреляли из комплекса телебашни и с крыш соседних домов», – напомнил Носович.
Межевич добавляет, что в Прибалтике около десятка политзаключенных, и это только те, чьи имена на слуху. Тому же Палецкису, по всей видимости, после освобождения придется переехать в Россию, потому что «в Литве ему жить не дадут». «Реальное количество политзаключенных знает только полиция Эстонии, Латвии и Литвы», – указал политолог.
По его мнению, после возвращения в Россию Мелю нужно прежде всего заняться здоровьем и обустройством жизни, но в будущем он может заняться правозащитной деятельностью. «С учетом печального опыта Мель – безусловный лидер среди всех тех, кто сидел в литовских тюрьмах и сумел оттуда выбраться», – считает Межевич.