Начиная с 2011 года Китай руками Соединенных Штатов Америки стал своеобразным космическим парией. Все дело в том, что в этом году Конгресс США принял закон, известный как «поправка Вольфа», который запрещает правительственным учреждениям, в том числе НАСА и Управлению по научно-технической политике Белого дома, сотрудничать с Китаем в области освоения космоса.
Таким образом Китай одномоментно оказался исключенным из всех больших международных космических проектов. Если там участвовали НАСА, даже не на первых ролях, китайской космонавтике вход был заказан.
Космические санкции
Какова причина запретов? Американские чиновники отвечают достаточно четко – необходимость замедлить научное и космическое развитие КНР, не дать возможность Китаю «подсмотреть» американские наработки. То есть простое – вы нам не нравитесь, мы вам запрещаем. Реальных поводов или хотя бы причин для введения таких санкций не было.
Аналог «поправки Вольфа» для России был принят в июне 2019 года, когда Пентагон назвал пять стран, услугами которых для проведения космических запусков запрещено будет пользоваться с 31 декабря 2022 года. В список вошли Россия, Китай, Сирия, Иран и Судан.
Естественно, что список составлялся по максимуму, на всякий случай, ведь у Судана нет своей космической программы и вряд ли она вообще будет создана в ближайшие годы. Но даже эти запреты в чем-то мягче китайских, так как специально были составлены так, чтобы не затронуть программу совместной работы на Международной космической станции.
Китай же с 2011 года очень серьезно продвинулся в создании мощной национальной космонавтики.
Она включает в себя и военный космос, и пилотируемую программу с созданием собственной национальной орбитальной станции, и обширную научную программу, в которой есть место и изучению Луны, и марсианским миссиям. В итоге американский запрет стал словно красной тряпкой для быка. Китай приложил максимум усилий и буквально за два десятилетия стал второй, а в чем-то и первой в мире космической державой.
При этом Китай не замкнулся и время от времени говорит о желании работать над совместными международными проектами. Скорее всего, и программа создания совместной с Россией автоматической лунной станции тоже должна стать таким «окном возможностей».
Никого нет дома
В нынешней версии Международная лунная станция, разрабатываемая Россией и Китаем, исключительно беспилотная. Да, когда мы слышим «лунная станция», то представляем себе купола, в которых работают космонавты. Нет, в этом варианте будет только несколько космических аппаратов, работающих совместно, без людей.
Причин у такого решения сразу несколько. Подобная станция многократно дешевле, чем пилотируемая. Для ее создания не потребуется разработка сверхтяжелой ракеты-носителя. И главное, подобная схема позволит испытать и проверить некоторые решения до их использования в китайской пилотируемой программе.
Создание станции будет постепенным. Согласно подписанной дорожной карте, оно разбито на три этапа и займет полностью более десяти лет – до 2035 года. Надо напомнить, что это на несколько лет позже, чем дата предполагаемой китайской пилотируемой миссии.
Причем первый этап максимально увязан с уже действующими программами обеих стран. Он продлится до 2025 года и должен будет состоять из шести запусков, один из которых – «Чанъэ-4» – уже состоялся в 2018 году, а другой, российский – космического аппарата «Луна-25» – должен состояться в 2023 году.
Начиная со второго этапа будущие модули станции будут приземляться (прилуняться) в одной выбранной точке неподалеку друг от друга, устанавливать связь и совместно работать. Естественно, это потребует разработки единых протоколов связи и совместных решений по управлению работой станции.
Как раз 14 декабря стало известно о готовности задерживающего полет прибора. Доплеровский измеритель скорости и дальности ДИСД-ЛР (производства концерна «Вега» госкорпорации «Ростех»), необходимый для мягкой посадки автоматической станции «Луна-25», прошел входной контроль. Прибор уже установлен на место и, скорее всего, в ближайшие недели станет известна точная дата запуска. Поэтому можно сказать, что обе стороны – Россия и Китай – начнут совместную работу по проекту станции уже со следующего года.
Заграница нам поможет?
Очень часто, читая описания будущей лунной станции, можно встретить вопросы о том, как именно предполагается реализовывать этот проект совместно и насколько его реализация поможет российской космонавтике. Увы, но только не стоит рассчитывать, что Китай возьмет на себя основную работу и тем самым сильно продвинет российскую космическую науку и отрасль межпланетных полетов.
Сама программа сотрудничества по созданию Международной лунной станции специально сделана таким образом, чтобы последовательно увеличивать интеграцию проекта. То есть на начальном, нынешнем уровне оба государства будут идти параллельно, каждый продолжая свою собственную программу автоматического исследования Луны. Чем дальше, тем больше будет взаимопроникновения технологий, больше зависимости от второй стороны.
То есть каждый участник должен показать свои возможности и наработки, чтобы доказать делом умение двигаться по выбранной дорожной карте, без необходимости одной из сторон впрягаться в общую работу и «вывозить за двоих». Кроме того, дорожная карта создания станции подразумевает открытость проекта, его исключительно мирную направленность. А также возможность для других государств (кроме США), а впоследствии и для частных компаний, сотрудничать на самых разных уровнях – от создания отдельных приборов до участия в создании непосредственно модулей станции.
Это очень «витринный» проект. Его задача, помимо прочего, показать всему миру, как Россия и Китай могут сотрудничать в вопросах науки, а также их готовность к совместной работе с другими государствами.
Это не создание американской LOP-G с четко указанными и заранее предопределенными ролями для других государств, а совместная работа, в которой всегда остается возможность для участия других.
И именно в этой открытости и прозрачности, а также параллельной работе на первом этапе и кроется главная сложность для российской стороны. От Роскосмоса потребуется соблюдение дорожной карты, своевременное создание и запуск проектов «Луна-25», «Луна-26» и «Луна-27» в условиях нынешних беспрецедентных санкций и проблем с электронными компонентами.
И уже если всё это будет сделано вовремя и без проблем, вот тогда уже можно будет говорить о более плотной и серьезной интеграции. Поэтому в восстановлении российской межпланетной научной космической программы надеяться кроме как на себя не получится.
Сомнений, что Россия может создать эти станции – нет, главное – серьезный административный контроль и высокий приоритет задач. А там и международная часть не за горами. Эпоха фразы «заграница нам поможет» давно закончилась. Теперь придется полагаться исключительно на свои силы.