За последние пять лет в России на треть сократилось число абортов, сообщил в пятницу замминистра здравоохранения Олег Салагай. «В 2020 году их было порядка 450 тысяч, – привел данные замглавы Минздрава. – Если говорить об абортах по желанию женщин – это примерно половина этого количества. Это, конечно, очень много, но это почти на 35% меньше, чем пятью годами раньше».
Как подчеркнул Салагай, уменьшение числа абортов происходит благодаря консультированию беременных. «Если в прошлом году у нас порядка 230 тысяч женщин, которые шли на аборт, прошли доабортное консультирование, то примерно 49 тысяч от аборта отказались», – отметил замглавы Минздрава. Ведомство начало программу профилактики абортов почти десять лет назад, благодаря чему в женских консультациях появились психологи и были открыты центры медико-социальной поддержки беременных.
А накануне, в четверг, свой вариант решения проблемы социальной бездетности – отказа от ребенка из-за невозможности обеспечить ему достойную жизнь – предложила церковь. «Если вы не можете воспитать ребенка, но вы его родили или готовы родить, не убивайте ребенка, родите и отдайте нам, церкви, и мы сделаем все, чтобы воспитать и поднять на ноги ваше дитя. И никогда не будем препятствовать тому, чтобы вы как мать могли навещать, чувствовать единство со своим ребенком. Наоборот – будем делать все для того, чтобы укреплялась ваша семья, пусть и неполная, но имеющая ценность и пред Богом, и в отношении ко всему нашему Отечеству», – сказал патриарх Московский и всея Руси Кирилл на X Общецерковном съезде по социальному служению.
В комментарии порталу Daily Storm депутат Пушкина подчеркнула, что она не сторонница абортов, но женщин нельзя лишать этого права. По мнению парламентария, медики, общественные организации и церковь уже сделали довольно много для профилактики абортов, «но непродуманные и откровенно опасные инициативы способны перечеркнуть результаты сложной и кропотливой работы».
Бывший сенатор Валентина Петренко, которая сейчас возглавляет движение «Матери России», напротив, считает, что инициатива главы РПЦ пойдет во благо.
«Патриарх не призвал передавать детей церкви. Речь идет об обращении к женщинам – даже если ты хочешь избавиться от ребенка, ты лучше роди
и подари счастье другим людям», – сказала Петренко газете ВЗГЛЯД. Будет ли это какой-то приют при храме или кто-то возьмет дитя на воспитание в приемную семью, в данном случае не столь важно – главное, что человеческая жизнь будет сохранена, подчеркнула собеседница. Но, отметила Петренко, главное состоит в том, чтобы «работала система помощи женщинам, попавшим в такую сложную жизненную ситуацию».
Судя по данным, которые представители РПЦ представили на Общецерковном съезде по социальному служению, церковь активно создает такую систему помощи. В частности, были упомянуты 77 приютов для беременных и матерей с детьми – но здесь подразумевается, что мать, попавшая в сложную ситуацию, уже не собирается отказываться от ребенка. Кроме того, по данным профильного Синодального отдела по благотворительности и синодальному служению, в церкви действуют около ста детских приютов и детских домов при храмах и монастырях. Данные о некоторых из них приводит православный портал о благотворительности Милосердие.ру. Но, насколько можно понять, это именно приюты для более-менее подросших детей, а не дома ребенка, где за младенцами велся бы уход с рождения.
Требуется выработка законодательных норм, которые позволят матерям-«отказницам» на законных основаниях передавать своих детей именно церкви, отметила эксперт Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению, психолог Елена Лутковская. «Чтобы перевести дитя в статус «оставленного без попечения», ждущего семейного устройства, нам не обойтись без юридической, судебной помощи государства – церковь не может отбирать или «усыновлять» детей по собственной инициативе, у нее нет и не может быть таких прав», – поясняет Лутковская.
«У Русской православной церкви точно найдутся ресурсы для организации церковных «домов малютки», – добавляет собеседница. Кроме того, полагает собеседница, дети, переданные церкви, по большей части будут передаваться в приемные семьи. В целом в церкви поставлена задача постепенной переориентации всех детских домов под патронажем РПЦ на центры семейного устройства, где дети будут содержаться временно до их устройства в новые или возвращения в кровные семьи, добавила Лутковская.
Эксперт свидетельствует, что сегодня список желающих взять на воспитание детей без тяжелой инвалидности значительно превышает общее количество детей в церковных детдомах. Для них действует «Школа приемных родителей» при Марфо-Мариинской обители, и такие школы также предполагается создать по всей стране. «С дошкольниками и младшими школьниками, а уж особенно с детьми до трех лет, вообще нет проблем – их берут наиболее охотно, даже с нарушениями... В регионах картина не столь благополучная, но и там нашим синодальным отделом ведется большая работа, которая, мы надеемся, даст свои плоды», – говорит собеседница.
За новорожденными необходим профессиональный уход, который будут осуществлять специалисты, здесь не должно быть волонтерства, отметил церковный публицист и миссионер, протоиерей Андрей Ткачев. Следовательно, при церковных домах ребенка должны работать воспитатели и патронажные сестры, указал собеседник.
В одиночку церкви будет справиться тяжело, отметил отец Андрей. Но, подчеркнул он, патриарх Кирилл вряд ли стал бы просто так делать подобные заявления. Вероятно, ранее были произведены необходимые расчеты, а данная тема обговаривалась и с государственными структурами, полагает священник. Например, местные епархии могли бы работать с ведомствами, которые отвечают за дома ребенка и детские дома – то есть с региональными управлениями здравоохранения и образования. Ткачев полагает, что и усыновление детей прихожанами будет приветствоваться церковью.
«Что касается будущего этих детей, так церковь – один из немногих демократичных институтов, в который можно как войти, так и выйти очень легко. Никто никогда не заставит молиться, невольник – не богомольник. Соответственно, если человек не будет ощущать духовную радость, то никто его ни к чему принуждать не будет», – подчеркнул отец Андрей. По его мнению, «патриарх выдвинул такое предложение не для того, чтобы рекрутировать будущее священство, а для того, чтобы спасти ведомых на смерть».
Государство может пойти навстречу инициативе церкви, учитывая, что власти неоднократно заявляли о непростой демографической ситуации в стране, заметил протоиерей Ткачев. Действительно, к примеру, в марте вице-премьер Татьяна Голикова констатировала, что сейчас Россия начинает пожинать плоды демографического спада 1990-х – число женщин репродуктивного возраста уменьшилось с 2010 года на 37,5%. А это приводит к сокращению рождаемости в стране, указала вице-премьер. «Хочу отметить, что за период с 2016 года количество абортов... сократилось на 39%, – добавила Голикова. – Это серьезные цифры, но тем не менее, извиняюсь за такое слово, потенциал в этом вопросе еще есть».
Невысокая рождаемость – следствие неверных психологических и социальных установок, считает отец Андрей Ткачев. «Люди зачинать не перестали, они просто перестали рожать, – сказал священник. – Материнский капитал, социальные выплаты... это не первые меры. Первые – исцеление головы, нужно менять сознание», – подчеркнул православный миссионер.
Впрочем, определенные признаки того, что социальные установки меняются, налицо. Как ранее отмечала газета ВЗГЛЯД, в России, где аборт разрешен без изъятий и исключений, с начала XXI века ежегодное число случаев искусственного избавления от беременности снизилось на треть – более чем с двух миллионов на рубеже столетий до менее чем 800 тысяч к концу 2010-х. Таким образом, переломилась тенденция к росту абортов, которая фиксировалась с эпохи застоя, в перестройку и 1990-е. Как ранее пояснил зампред синодального отдела Московской патриархии по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе, падение числа сторонниц абортов за последние 25–30 лет стало результатом отказа от пропаганды планирования семьи, а также возвращения на свое законное место традиционных религий России.
При этом большинство россиян, по крайней мере по состоянии на вторую половину 2010-х, не поддерживало полный законодательный запрет абортов. Так, судя по опросу ВЦИОМ от октября 2016 года, 60% респондентов считали, что беременность допустимо прервать по медицинским показателям, 46% сочли возможным аборт после сексуального насилия, а 37% назвали уважительной причиной бедность. При этом 70% респондентов высказались однозначно против изъятия абортов из системы ОМС.