Сокрытие информации
Следствие надеется, что польская сторона сделает все возможное для надлежащего исполнения всех запросов российской стороны
«В Следственном комитете (СК) Российской Федерации продолжается расследование уголовного дела, возбужденного по ч. 3 ст. 263 УК РФ по факту катастрофы польского самолета Ту-154М бортовой номер 101 Республики Польша, выполнявшего 10 апреля 2010 года нерегулярный международный полет по маршруту Варшава – Смоленск с пассажирами на борту», – отмечается в сообщении, опубликованном в четверг на сайте ведомства.
Отчитываясь о проделанной за минувший год работе в рамках расследования этого дела, Следственный комитет сообщает: «Исполняется восемь поручений польских компетентных органов о правовой помощи. Ранее в рамках исполнения запросов российской стороной в Польшу уже было направлено 28 томов копий материалов следственных и иных процессуальных действий. Также состоялась передача польской стороне дополнительных 1110 страниц копий процессуальных документов, в том числе копий протоколов следственных действий, произведенных в присутствии польских прокуроров в феврале 2011 года; протоколов осмотров и опознаний тел и фрагментов человеческих останков, обнаруженных на месте происшествия; заключений ранее назначенных судебных экспертиз, которые до этого не были направлены польской стороне».
Но несмотря на полную открытость и готовность к сотрудничеству российской стороны, ответного понимания от поляков она не встретила. Из шести запросов, которые Следственным комитетом направлялись в Польшу, ответы от компетентных органов получены пока лишь на два из них, причем не в полном объеме.
«Например, по первому запросу о правовой помощи от 12 мая 2010 года поступили семь томов уголовного дела, в которых содержатся ответы только на 13 из 20 поставленных вопросов. В частности, польской стороной не представлен ответ на пункт, которым истребованы экспертные заключения аудиозаписей с составленными польскими специалистами стенограммами переговоров, полученные с копий записей бортовых самописцев, переданных польской стороне Технической комиссией Межгосударственного авиационного комитета. И нам так и не сообщили, производились ли данные действия», – сетуют российские следователи.
«По второму запросу российского следствия из Польши поступили девять томов материалов на польском языке, которые в настоящий момент находятся в стадии перевода. Однако уже сейчас можно сказать, что опись этих материалов свидетельствует о том, что и этот запрос исполнен частично: детализация телефонных соединений, истребованная российским следствием, в наш адрес не направлялась», – отмечают в СК.
«Кроме того, в настоящее время на три российских запроса о правовой помощи, в которых поручено произвести следственные и иные процессуальные действия для установления обстоятельств по девяти вопросам, касающимся расследования уголовного дела, ответов тоже не поступило», – констатировали в российском следственном ведомстве.
В то же время в СК уверяют, что эти проволочки пока не скажутся на дальнейшем сотрудничестве по делу: «Следствие надеется, что польская сторона сделает все возможное для надлежащего исполнения всех запросов российской стороны о правовой помощи, что необходимо для установления полной и объективной картины катастрофы и причин, приведших к ней. Со своей стороны Следственный комитет России готов к дальнейшему сотрудничеству со следственными органами Республики Польша», – уверяют в комитете.
Ответные обвинения
Отметим, что российские следователи жалуются не только на затягивание дела: в середине марта пресс-секретарь СК РФ Владимир Маркин заявлял, что публикации польских СМИ с намеками на несамостоятельность российского следствия по делу о крушении самолета Качиньского являются «безответственными спекуляциями» и давлением на следствие. «Могу отметить, что противоречий между выводами комиссии и уже полученными на данный момент результатами расследования уголовного дела не установлено. В связи с этим вызывают как минимум удивление некоторые публикации, появившиеся в польских СМИ, с намеками на якобы несамостоятельность и ангажированность следствия и прямыми упреками в том, что следствие использует «различные увертки», чтобы уходить от прямых ответов», – заметил он.
Речь, отметим, идет о том, что некоторые предварительные выводы польских следователей отличаются от официальных российских. Это подтолкнуло журналистов на мысль о том, что в России расследование велось необъективно.
В таком же ключе вновь высказался в четверг премьер Польши Дональд Туск.
«Русские пытаются скрыть (некоторые подробности авиакатастрофы) не потому, что там есть страшные тайны, а потому, что, как правило, они не любят признавать свои ошибки и слабости», – приводит «Интерфакс» его слова, произнесенные в эфире польского радио.
А в интервью BBC польский премьер заявил, что доклад Межгосударственного авиационного комитета является односторонним, поскольку выпячивает лишь ошибки польской стороны и замалчивает российские ошибки, которые, по словам главы правительства, «очевидны». В той же программе брат погибшего президента Ярослав Качиньский отметил, что именно «решения российской стороны способствовали катастрофе»: «Действовали они умышленно или это был обычный бардак, трудно понять», – убежден он.
Кстати, своей окончательной официальной версии польская сторона до сих пор не озвучила. В феврале этого года она в очередной раз отложила публикацию доклада своей комиссии о причинах катастрофы.
Напомним, 12 января МАК обнародовал окончательный отчет о результатах технического расследования, согласно которому непосредственной причиной крушения признана ошибка пилотов, а именно решение экипажа не уходить на запасной аэродром, также на произошедшее повлияли системные причины – недостатки в обеспечении полета и подготовке экипажа. Однако с выводами экспертов категорически не согласились в Варшаве, сославшись на якобы имеющиеся в докладе недостатки, а брат погибшего президента Ярослав Качиньский и его сторонники вовсе обвинили российскую сторону в убийстве Леха Качиньского.
Ту-154 польского президента Леха Качиньского разбился 10 апреля 2010 года. Погибли 96 человек – 88 пассажиров и восемь членов экипажа, среди погибших были президент, его супруга и руководящая верхушка страны.