Военная полиция первое время будет выполнять в армии функции комендантской службы, сообщил в четверг замначальника управления Главной военной прокуратуры по надзору за следствием и дознанием Борис Хубиев.

У нас сейчас очень много надзирающих за теми, кто выполняет обязанности по защите страны

«Пока в первое время она будет выполнять функции комендантской службы, а в перспективе в ней будет создан орган дознания», – сказал он.

Хубиев добавил, что военные прокуроры входят в рабочую группу, которая сейчас работает над законопроектом о военной полиции. «Но, к сожалению, военная полиция – это дальняя перспектива», – сказал он, добавив, что работа по ее созданию продолжается.

В июле этого года министр обороны Анатолий Сердюков заявил, что военная полиция будет создана в российской армии уже в этом году. В функции нового органа будет входить борьба с неуставными отношениями, воровством военного имущества и другими правонарушениями.

Организационная форма военной полиции при этом остается пока неопределенной, ее сейчас разрабатывают. Газета ВЗГЛЯД обратилась к члену Общественной палаты, заместителю председателя Общественного совета при Минобороны, председателю совета директоров Национальной ассоциации объединений офицеров запаса Вооруженных сил («Мегапир») с просьбой высказать свое мнение о создаваемой в армии структуре.

ВЗГЛЯД: Александр Николаевич, насколько необходимым вы считаете создание органов военной полиции в Вооруженных силах?

Александр Каньшин: У нас сейчас очень много надзирающих за теми, кто выполняет обязанности по защите страны. Защищать становится некому – призываем все меньше и меньше, а надзирающих за командирами, сержантами и солдатами становится все больше и больше. Мне кажется, это должно заставить нас всех призадуматься, хорошо ли это или плохо.

Наверное, когда мы выйдем на правовые нормы нашей военной службы, когда у нас все будет нормально, когда будем принимать людей не по набору, а по отбору, когда будем обеспечивать им хорошую зарплату и условия, конечно, надо усиливать надзирающие органы. Но не торопимся ли мы сейчас – вот в чем вопрос.

ВЗГЛЯД: Функции каких существовавших прежде органов будут возложены на военную полицию?

А. К.: Военная прокуратура справлялась с надзором, и комендантские службы работали неплохо. Когда начинается усиление надзирающих органов, это говорит о том, что у нас проблемы с точки зрения воспитания, управления, правовых основ. Идут сбои.

ВЗГЛЯД: Решение о создании военной полиции свидетельствует о том, что структуры, ответственные сейчас за порядок в войсках, не способны в полной мере выполнять эти задачи?

А. К.: Я бы не стал так ставить вопрос. У органов прокуратуры есть свои функции. Речь идет о том, чтобы военная полиция занималась более приземленными делами. Много правонарушений со стороны офицерского состава, сержантов, контрактников, военнослужащих по призыву.

Но, на мой взгляд, нам нужно, прежде всего, налаживать воспитательную работу, подготовку офицерских кадров, сержантов, создавать условия, в том числе материальные, для нормальной службы, а уж потом наращивать и укреплять надзирающие органы.

Еще раз хочу сказать: плохо, что над командирами, руководителями все больше и больше возникает надзирающих органов, а тех, кто непосредственно будет воевать, нести службу, в том числе и в районах конфликтов, остается все меньше.

ВЗГЛЯД: В советской армии ничего не слышали о военной полиции. Как вы оцениваете дисциплину и уровень правонарушений в то время по сравнению с нынешним?

А. К.: Армия – это срез общества. А общество изменилось. Советская армия – армия социалистической страны, где не было частной собственности, где была общественная собственность на средства производства. Когда речь идет об армии капиталистической страны, работают совершенно иные принципы. Не должно же быть так, что одни дети в Англии учатся, а другие несут службу в Сибири, на Дальнем Востоке, на Кавказе, жертвуют собой, рискуют жизнью и здоровьем.

Так что сейчас совершенно другая ситуация. И если мы создали такие перекосы в стране, что люди не хотят служить в армии, боятся служить, а теперь мы хотим их насильно туда загнать и посадить над ними полицейские структуры, которые будут надзирать, то когда Родина призовет и нужно будет по-настоящему проявить себя, показать силу государства, я не уверен, что эти люди будут защищать нас не за страх, а за совесть.

В конечном счете армия – это состояние духа. Мы все время говорим о новой технике и вооружении, о строительстве жилья, о денежном довольствии. Это правильно. Но мы очень мало говорим о духовно-нравственных аспектах воинской службы, о чувстве долга, о совести. И вряд ли структуры полиции поднимут уровень духовно-нравственного воспитания. Вот что настораживает.

ВЗГЛЯД: Куда структурно будет входить военная полиция. Должен ли это быть независимый орган?

А. К.: Мы пока не изучали все документы, поэтому мне трудно говорить конкретно. Конечно, она должна быть независима от командиров и начальников, иначе будет выполнять их задачи. А любой командир сегодня отвечает за состояние воинской дисциплины ради галочки. Чем больше нарушений, происшествий и преступлений, тем хуже для руководителя. Это будет сказываться на его премиальных, служебном росте и т. д.

ВЗГЛЯД: Возможно ли, что военная полиция будет подчинена руководству МВД?

А. К.: Не думаю, что она будет в МВД. Это все равно что в мирное время создать заградительные отряды. Раньше, как мы помним, эти отряды НКВД подчинялись.

Я сторонник того, чтобы больше создавать условия не для надзирающих структур, а для воспитательной системы, правовой системы, чтобы люди были заинтересованы идти в армию, чтобы проявить себя, показать, что он молодой парень, способный защитить свою семью, страну, чтобы мы любили и уважали наших защитников. Сама по себе служба в армии – это стресс. А мы хотим загнать их в армию, чтобы они за копейки служили, жили в палатках или в казармах, построенных еще Берией, как в подмосковных частях ПВО! И при этом хотим, чтобы они добросовестно служили, не обеспечивая их ничем, а давя силой закона.

Я не знаю, откуда людей наберут. Нам нужно сейчас дополнительно 70 тыс. офицеров в космическую оборону набрать. Где мы возьмем людей в эту полицию?