«Это сбивает с толку». Такими словами канцлер ФРГ Олаф Шольц прокомментировал отказ украинской стороны от визита его однопартийца Франка-Вальтера Штайнмайера из-за «отношения с Россией» и «паутины контактов с Москвой».
Вместо Штайнмайера украинцы «с нетерпением» ждали самого Шольца, чтобы обсудить с ним поставки тяжелых вооружений, но Шольц теперь в Киев тоже не поедет, а «с толку сбит» не он один – многие в Германии, мягко говоря, в недоумении, судя по реакции в СМИ и блогах.
Украина и недоумение – это для немца теперь рядом. Они горячо сочувствуют украинцам и даже восхищаются лично Зеленским, но именно в случае с немцами Киев регулярно нарушает базовые дипломатические правила и элементарные нормы приличия.
Один только посол Украины Андрей Мельник – «мужлан в обличье дипломата» – тяжелое испытание для немецких нервов.
При этом Штайнмайер в Германии действительно уважаемый человек, которого (при некоторых оговорках, но о них ниже) даже жаль – Украина ему жизнь и карьеру испортила, заставив оправдываться перед страной и миром за то самое «отношение к России», которое он проявлял до 24 февраля 2022 года.
Пост президента в Германии – это почетная пенсия для хороших людей, обязанностей минимум, полномочий никаких. Ошпарившись на Гитлере, немцы «пережали» в другую строну, лишив первое лицо сколь-либо реальной власти: мол, езди по стране, фотографируйся с детьми, философствуй, если есть желание. В общем, отдыхай, раз заслужил.
Штайнмайер заслужил. Его трудовой путь, если он в РФ кому-то сейчас интересен, можно изучить в Википедии, а мы выделим лишь некоторые «штрихи к портрету», необходимые для того, чтобы понять, что выделяет этого человека из массы немецких политиков и обеспечивает ему любовь народную.
Во-первых, это его рабочее происхождение, при том, что этот респектабельного вида мужчина родился все-таки в ФРГ, а не в ГДР. Штайнмайер не принадлежал к элите по рождению, но став доктором права, пошел сначала в науку, а потом уже в госуправление – и дошел в итоге до поста формального главы государства.
Во-вторых, его восхождение к вершинам власти было именно его заслугой, а не заслугой партии. В правящую ныне Социал-демократическую партию Штайнмайер вступил вскоре после совершеннолетия и отдал ей без малого полвека, но был по сути рядовым членом вплоть до конца первого срока Ангелы Меркель, когда вдруг стал сперва зампредседателя, а вскоре и председателем СДПГ – однопартийцы решили, что именно он должен повести социал-демократов на выборы и дать бой «железной канцлерин».
Выборы те СДПГ проиграла разгромно – партийная политика остается слабым местом Штайнмайера. Для него – интеллектуала и обаяшки – гармоничнее общенациональный уровень: два года Штайнмайер пробыл вице-канцлером, восемь – главой МИД, и как чиновник уступал по популярности только одному человеку – самой Меркель, да и то не всегда.
И именно Меркель в конце концов выдвинула его на пост президента, хотя принадлежат они к соперничающим, частично даже антагонистичным друг другу партиям. В результате голосования очень разных людей в Федеральном собрании (особом временном органе власти, который и выбирает президента ФРГ) Штайнмайер набрал 931 голос из 1260, что недалеко от рекорда.
Но вернемся к его отношениям с Россией. И на президентском посту, и как глава МИД Штайнмайер действительно выступал за сотрудничество с РФ, а в 2016-м отметился заявлением, вызвавшим настоящий скандал: раскритиковал учения НАТО у российских границ.
«То, чего мы сейчас не должны делать, это накалять ситуацию громким бряцанием оружия и военными криками. Кто думает, что символические танковые парады на восточной границе альянса усиливают безопасность, тот ошибается», – подчеркнул глава германского МИД.
Учитывая, какие доводы использовал Владимир Путин восемь лет спустя, объясняя необходимость проведения спецоперации на Украине, у критиков Штайнмайера стоило бы сейчас переспросить, в чем же он тогда был не прав, но сделать это некому. Штайнмайер сам ведет себя так, будто бы был не прав все эти годы. Он неловко извиняется, пытается казаться «ястребом», сулит немцам трудные времена и постоянно муссирует тему о необходимости поддержки Украины – которая ныне унижает его самым неблагодарным образом.
Повторим это еще раз – неблагодарным. От той экономической войны, которую западные страны ведут против России, Германия в абсолютных цифрах пострадает (и уже сейчас страдает) наибольшим образом – из-за крайне многочисленных экономических связей с РФ, обрываемых сейчас в прямом эфире.
А в случае отказа от российского газа, к чему ведут дело США и их падаваны в ЕС вроде поляков, ФРГ ждет дополнительное падение производства на 220 млрд евро – это сопоставимо с убытками, которые понесла сама Украина.
Ирония ситуации в том, что в политической элите России, в непростительной мягкости к которой Штайнмайера обвиняют на Украине и в Германии, отношение к нему сложное. Его конструктивный подход к делу совместного бизнеса признается, но за годы совместной работы оформились две крупные политические претензии, первая из которых, будем считать, уже «отболела», а вторая до сих пор свербит и свербеть будет.
В августе 2008-го Штайнмайер активно вмешивался в конфликт с Грузией, желая прекратить его как можно скорее. В каком-то смысле он взял нейтралитет – но именно тогда, когда для России было крайне важно найти понимание на Западе. Для Москвы ситуация с агрессией Саакашвили против Южной Осетии и убийством российских миротворцев была абсолютно прозрачной – и на фоне атак из Вашингтона и Лондона она имела право желать адекватной оценки хотя бы от такого важного партнера, как Берлин. Ее не прозвучало.
Что касается претензии более актуальной, то в 2014-м Штайнмайер со стороны ФРГ выступил гарантом соглашения между Януковичем и оппозицией, по которому майдан расходился, а в стране объявлялись досрочные выборы. После этого в Киеве началось кровавое месиво, Янукович бежал – а Германия по сути отказалась от своей роли гаранта, выразившись в том духе, что этот исторический фарш назад не проворачивается.
Крым, Донбасс, спецоперация – все это последствия того, что в 2014-м украинская оппозиция отвергла разумный компромисс, а немцы и другие гаранты им это позволили, признав результаты государственного переворота.
Уже по этой причине киевским властям не стоило отказывать в приеме именно Штайнмайеру, тем более, что в Киев теперь нужно добираться из Польши на спецпоезде. Но Зеленский и Ко с каждым днем всё больше распухают от осознания собственной значимости (в чем, кстати, виноваты и сами европейцы, рассказывающие украинцам, насколько они героические). Они разучились «видеть берега» и не считают нужным разговаривать с президентом так много сделавшей для них Германии, раз у него полномочий – с мизинчик, а решения по поставкам оружия принимает не он.
У прибалтийских президентов полномочий ненамного больше, но их Зеленскому видеть приятно – много льстят и обещают вступление в ЕС, а на Штайнмайера у него, возможно, что-то вроде аллергии.
Иными словами, Зеленского, избегающего разговора со Штайнмайером, можно по-человечески понять.
Дело в том, что после единственной встречи Зеленского с Владимиром Путиным в рамках «нормандского формата» в 2019 году новый (тогда еще) президент Украины получил своего рода «домашнее задание», без выполнения которого было невозможно продвинуться на донбасском треке. Москва, Берлин и Париж настаивали на утверждении так называемой формулы Штайнмайера – порядка выполнения пунктов Минского соглашения, предложенного главой МИД ФРГ.
Сперва – особый статус Донбасса в конституции и амнистия, потом – выборы, и только затем передача контроля над границей между Россией и республиками Донбасса украинским пограничникам.
Подумав немного, новый гетман решил ничего из этого не делать и по сути отказался от выполнения Минских соглашений. Что привело к тому, к чему привело.
Учитывая тот хай, который стоял на Украине из-за «формулы Штайнмайера», Зеленского может потрясывать уже от фамилии гостя.
А гость, в свою очередь, мог бы сыграть на добивание, спросив Зеленского, чем именно ему так не нравилась его формула, которая гарантировала Украине мир и территориальное единство, о которых она теперь может только мечтать?
Жаль, что Штайнмайер этого так и не спросит – и, увы, совсем не потому, что его отказались принять в Киеве. Немцы приговорены к убыткам и унижениям от Украины ровно до тех пор, пока готовы принимать ту политику, которую навязывают им Соединенные Штаты.