Издание The Wall Street Journal утверждает, что силы США могут нанести удар не только по сирийским, но и по иранским или российским целям в Сирии. И это, судя по тону материала, оправданно, поскольку президент Башар Асад «разрешил сирийским войскам использовать хлор» в провинции Идлиб, а «из последних разведывательных данных неясно, разрешил ли он также применять газ зарин».
Однако, по версии WSJ, глава американского государства Дональд Трамп «еще не решил, что именно повлечет за собой ответ военными средствами и будут ли США выбирать в качестве целей российские или иранские силы». Собственно, пока нет подтверждения и тому, что авиаудар со стороны США в принципе последует (в случае «применения химоружия» Вашингтон может ограничиться санкциями). Но если все-таки последует, он, скорее всего, окажется более масштабным, чем прежние, и Трампу «придется рассмотреть вопрос о том, наносить ли удары по таким целям, как российские средства ПВО».
Глава Госдепа Майкл Помпео якобы «просил своих российских коллег гарантировать, что химическое оружие не будет применено в Идлибе», Москва «отвергла предупреждения», заявив, что химоружие могут применить боевики, но в США не верят в такой вариант развития событий, резюмируют в WSJ.
Ранее Россия предостерегла США от удара по Сирии. А поводом для него, как указали в Минобороны РФ, должна стать химатака, которую инсценируют в Идлибе две группы боевиков.
Обращает на себя внимание то, что текст в WSJ практически полностью состоит из недосказанных предположений. Нынешняя администрация Белого дома полюбила жанр организованных утечек в прессу неких «перспективных внешнеполитических планов». Подобные угрозы обычно не совпадают с реальностью, но весной, когда Вашингтон, предпринял первую попытку атаковать Сирию, этому тоже предшествовали утечки в прессу. Правда, тогда они исходили непосредственно от Майка Помпео и не были освящены тайной «анонимных источников».
Как бы там ни было, реальная война в Сирии и информационная война вокруг нее существуют параллельно.
В рамках войны реальной интенсивность налетов ВКС РФ и сирийских ВВС на объекты в Идлибе в последние пару дней резко возросла, а вдоль линии фронта началась артподготовка. Все это свидетельствует в пользу скорого наступления правительственных войск.
Возможно, отчасти это связано с саммитом лидеров России, Ирана и Турции по проблеме Идлиба. Публичная полемика между Реджепом Эрдоганом, с одной стороны, и Владимиром Путиным и Хасаном Роухани – с другой – по прошествии нескольких дней выглядит как небольшой спектакль. По факту она привела лишь к тому, что турецкая армия ввела в северную часть провинции Идлиб дополнительные силы, что никак не отразилось на ситуации в целом. Изначально позиция Анкары заключалась в том, чтобы попытаться передать власть в провинции остаткам так называемых умеренных, которые контролируют малонаселенные районы и уступают джихадистам и в численности, и в плане тактического положения. Реальной политической силы остатки бывшей Сирийской свободной армии уже давно не представляют, но для Турции сейчас это последняя возможность сохранить за собой влияние на большей (чем предполагалось раньше) части провинции.
Мотивы Вашингтона сложнее. Вопреки риторике об «уходе из Сирии» идет прямо противоположный процесс – американская армия усиленно увеличивает свой контингент на территории САР, не обращая внимания на абсолютную незаконность его там пребывания. За последние дни на базу Ат-Танф прибыла из Иордании еще примерно сотня солдат, а оружие и боеприпасы с баз в Курдистане активно перебрасываются на земли, контролируемые проамериканскими курдскими формированиями.
В районе Камышлы это привело к открытому вооруженному столкновению. Американская колонна грузовиков с оружием была остановлена на блокпосту правительственных сирийских сил (снабжение курдской Рожавы идет через земли, контролируемые Дамаском). Как ни странно, американцы в сирийцев стрелять не стали, а дождались, когда со стороны Рожавы к блокпосту подъехали курды, спешившие запастись халявными боеприпасами. Они-то и открыли огонь по сирийскому блокпосту и разблокировали американский конвой, убив 12 сирийских солдат и потеряв семь собственных бойцов.
Эта история примечательна именно отсутствием огня по сирийцам на первом этапе. Есть все основания полагать, что соответствующего приказа в американские войска пока не поступало, несмотря на спорадические бомбардировки в провинции Дейр-эз-Зор.
Но если пару месяцев назад Сирия представляла для Вашингтона типичный ребус «уйти нельзя остаться», то теперь сама возможность остаться ассоциируется исключительно с сохранением заповедника Идлиб как очага напряженности. Из Ат-Танфа американцы не провели ни одной операции против ИГИЛ* и им подобных, но все еще что-то мычат про необходимость «покончить с терроризмом». А когда с терроризмом действительно будет покончено, предлогов для того, чтобы оставить в САР американские базы и войска, не останется.
А остановить наступление на Идлиб другими способами, кроме как провокацией с «химическим оружием», уже невозможно.
Даже если не сработает история с химоружием, всегда можно сослаться на гуманитарную катастрофу. Правда, это не сработало еще ни разу с момента начала операции российского контингента в Сирии. Даже в Алеппо, где ситуация с выводом мирного населения поначалу казалась безнадежной.
Сейчас в Идлибе боевики «Джебхат ан-Нусры*», так же как и в Алеппо, пытаются помешать выходу гражданских на территории, контролируемые правительственными силами. Этот живой щит им нужен в первую очередь для нагнетания истерии в западном общественном мнении, а в качестве бонуса – как инструмент давления на Турцию, опасающуюся новой волны беженцев.
В самой Турции на конец сентября анонсируют новые переговоры с Москвой по Идлибу, но уже без участия Ирана. Вашингтону это не слишком интересно, потому прогнозировать временные рамки дальнейшего развития событий сложно.
Провокация с химоружием может произойти в любой момент. Но фронт джихадистов может рухнуть в любую секунду.
Особо долготекущее равновесие на фронте не удержится – это совершенно не в интересах Дамаска. Москва и так уже почти три недели удерживает сирийцев от начала наступления, несмотря на то что «нарыв надо вскрывать», как выразился глава МИД РФ Сергей Лавров.
А при «вскрытии» может произойти все, что угодно.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ