Предстоящий визит патриарха Кирилла в Казань, приуроченный к обретению одной из величайших святынь русского православия – Казанской иконы Божией Матери, позволяет взглянуть шире на проблематику противодействия радикальному исламизму в Татарстане, а также понять, насколько идеология местечкового «нацбилдинга» в отдельно взятом регионе соотносится с расширяющейся этнокультурной рамкой Русского мира.
Татарстан, будучи в составе Российского государства вот уже скоро как полтысячи лет, являет собой наглядный образ реального, а не мнимого либерального «многонационального», единения и сосуществования разных этносов, религий и культур. Татарстан – точно такой же православный, как и мусульманский, регион. История подвижничества, монастырской и в целом православной религиозной жизни на территории республики насчитывает сотни и сотни лет.
Патриарх в 2021 год лично осветил восстановленный собор Казанской иконы Божьей матери в столице Татарстана, сейчас также восстанавливается ряд объектов, например комплекс Богородицкого монастыря. А ведь есть еще комплекс Богородице-Успенского мужского монастыря в древнем городе Свияжске, который является зримым свидетельством древности пребывания православной веры на землях современного Татарстана.
При этом надо понимать, что православие является такой же укорененной в татарском этносе религией, как и ислам. Помимо собственно кряшен – татарского православного субэтноса, насчитывающего по разным оценкам до нескольких сотен тысяч человек, в современных городских условиях значительная часть простых татар также принимает православие. По данным религиоведов, таковых может насчитываться до 20% от общей численности татарского народа – и это важный фактор, который позволяет нам перейти к рассмотрению следующего тезиса.
Недавний тур певицы Надежды Кадышевой, кстати, уроженки Татарстана, особенно запомнившийся тем, как поколение «зумеров» на ее малой родине лихо отплясывало под хиты вроде «Течет ручей» или «Виновата ли я», показал – жители республики вполне себе включены в общерусское культурное поле и считают себя частью большого «Русского проекта». Они не собираются идти на поводу у разного рода салафитствующих радикалов или прячущихся за увертливыми формулировками представителей ДУМ и ДУМ РТ, которые то продвигают тему многоженства, то вывешивают картины с оскорбительным для русских подтекстом, где ордынцы попирают плененных в ходе битвы на Калке русских князей.
Находясь в орбите влияния русской православной культуры, татары как, пожалуй, ни один другой этнос России познали все преимущества общего развития и ухода от архаизации и радикализации. Просто напомню, что панисламизм и пантюркизм были придуманы британцами в XIX веке для того, чтобы максимально ослаблять своих геополитических противников. И прежде всего – активно наращивающую влияние Российскую империю.
Многие идеи пантюркизма – это скорее искусственная концепция, созданная на основе взглядов националистических идеологов. Что касается Татарстана (ранее – Казанской губернии), то современное татарское национальное самосознание и даже само название «татары» в значительной степени были сформированы усилиями историка XIX века Шигабутдина Марджани. Современные исследования говорят о том, что татары ближе по происхождению к чувашам и марийцам, чем к ордынцам. А, к примеру, голландский историк-востоковед Михаэль Кемпер прямо писал о том, что Марджани искусственно конструировал татарскую идентичность, задвигая в дальний угол булгарское происхождение.
Подытоживая, можно сказать, что огромную, если не решающую роль в противостоянии современным попыткам «мягкой» исламизации и тюркизации играет русское культурное поле, историческое просвещение, рассказывающее о сплетенной воедино судьбе русского и татарского народа, и, как показал триумфальный тур Кадышевой и ее популярность в среде молодежи в том числе и в Татарстане, грамотное, национально-ориентированное позиционирование в шоу-бизнесе. Мир давно стал информационно прозрачным – и для сохранения наших смыслов и идей нужно работать на всех площадках.