Сегодняшнее противостояние евробюрократии и новой американской администрации – лучшая иллюстрация того, что никакого коллективного Запада на самом деле не существует.
Точнее, он существовал недолгое время, со дней крушения советского блока, и лишь в сознании глобалистов. Однако хрупкий лед «конца истории» оказался весьма обманчивым, и одной пробежавшей под ним волны оказалось достаточно, чтобы Запад вернулся к тому, чем и был всегда – непрекращающейся борьбой центров сил.
В Средние века это была борьба римских пап и германских императоров, во время Вестфальской системы – борьба колониальных империй, после Второй мировой – борьба США и Британии за гегемонию в Европе, которая завершилась развалом Британской империи.
Сегодня это снова противостояние консервативно-изоляционистской Америки, нацелившейся на возвращение себе имперского статуса, и глобалистского Евросоюза.
Причем, несмотря на все десятилетия послевоенного доминирования США, американского доллара и американской культуры, Европа позволяет себе откровенно плевать на указки из Вашингтона и фрондировать так, что Белому дому остается только утираться. Кто бы поверил в такое еще какой-нибудь год назад?
Мы помним, какую выволочку устроил американский вице-президент Джей Ди Вэнс евробюрократам в Мюнхене, и что же? Румынский кандидат Джорджеску, уверенно побеждавший на президентских выборах, был благополучно отстранен. Ле Пен также запрещено участвовать в будущих президентских выборах во Франции. В Германии партия АдГ, за которую вступались Вэнс и Маск, объявлена правоэкстремистской – и следующим шагом может стать полный ее запрет.
Тот же Вэнс уже возмущенно отреагировал на этот демарш: «АдГ – самая популярная партия в Германии и, безусловно, самая представительная партия Восточной Германии. Теперь бюрократы пытаются ее уничтожить. Запад вместе разрушил Берлинскую стену. И она была восстановлена – не Советами или русскими, а немецким истеблишментом».
Это справедливо: евроистеблишмент строит стену между Россией и Европой, никак не считаясь при этом ни с планами Трампа, ни с волей своих собственных народов. Одновременно европейские глобалисты держат крепкую эшелонированную оборону против самого Трампа – и атаки новой американской администрации неизменно об нее разбиваются. Во всяком случае, никакими уверенными рычагами влияния на политику Европарламента Белый дом до сих пор так и не обзавелся.
С другой стороны, действительно ли этот фронт, выстроенный Лондоном и Брюсселем, настолько прочен? Не глиняные ли у него ноги?
Само признание АдГ правоэкстремистской на фоне стремительного роста популярности партии выглядит, скорее, жестом отчаяния. По последним данным, АдГ уже лидирует во всегерманских общественных опросах и продолжает набирать очки. В землях же бывшей ГДР рейтинги партии достигают сорока процентов, здесь АдГ – безусловный лидер. Так что возможный запрет партии грозит дать старт такому политическому кризису, о котором нынешней, отнюдь не находящейся на подъеме, Германии лучше, кажется, не думать вообще.
Особенно на фоне того, что происходит в ее властной верхушке. 6 мая Мерц все-таки стал канцлером. Но лишь со второй попытки и после унизительного протестного голосования. То есть собственная партия (точнее, коалиция ХДС и СДПГ) продемонстрировала, что презирает своего лидера, и, для того чтобы занять место канцлера, Мерцу пришлось клянчить голоса своих антиподов из Левой партии. Таким образом, еще даже не успев занять место канцлера, Мерц продемонстрировал беспомощность – как свою собственную, так и нынешней политической коалиции. Знак для истеблишмента более чем тревожный.
Еще более скандальна ситуация в Британии, где на муниципальных выборах уверенную победу одержала «Партия реформ» Найджела Фараджа, а обе партии истеблишмента потерпели сокрушительное поражение. В сумме консерваторы и лейбористы потеряли более 900 мест муниципальных депутатов, и более 600 из них получила «Партия реформ». Кроме того, партия Фараджа получила два поста мэров и выиграла довыборы в Палату общин.
По итогам этих выборов Фарадж успел объявить о конце двухпартийной системы. И еще раз акцентировать внимание на тех пунктах своей программы, которые приносят ему успех избирателей. Это все то же, что принесло победу американским консерваторам: Фарадж обещает депортировать мигрантов, положить конец «зеленой энергетике» и «климатической повестке», пересмотреть условия участия Британии в НАТО.
Вот за что голосует английский народ. Ни английским тори, ни Стармеру предложить взамен этому явно нечего.
Собственно, та же ситуация и во Франции, где лишь мобилизацией всего административного ресурса удается сдерживать натиск правых.
А то, к чему могут привести все эти попытки сдержать волю народа, красноречиво демонстрирует та же Румыния. Здесь, как мы помним, были скандально отменены выборы, на которых побеждал правый популист Джорджеску, а самому Джорджеску было запрещено баллотироваться.
И что же в итоге? В первом туре новых выборов уверенную победу одержал фактически двойник Джорджеску, националистический политик Симион (партия AUR), выступающий практически с той же программой: нет войне, нет мигрантам, нет глобалистской повестке. Симион уже обещает, что, если победит во втором туре, сделает Джорджеску своим премьер-министром.
Вот, пожалуй, и все, что можно сказать о единстве так называемого «коллективного Запада». Единство это выглядит все более скандально, а столь решительная борьба с оппозицией может привести глобалистов к результату, прямо противоположному желаемому. Зажатым между собственными народами и консервативной Америкой евробюрократам в один прекрасный момент может просто-напросто не хватить админресурса.