Выступая в Волгограде по случаю 80-летия Сталинградской битвы, президент Путин проговорил абсолютно понятные и даже, можно сказать, очевидные для российского общества вещи: что мы живем благодаря нашим предкам, не только оружием, но и, главное, силой духа сокрушившим страшного врага; что память об их подвиге проросла в народе, она является живительной силой, питающей наше настоящее и будущее; что нам, нынешнему поколению, пришлось схлестнуться в смертельной схватке со старым, как оказалось, недобитым, врагом – и у нас, как и у наших дедов-прадедов, нет другого выбора, кроме как выстоять и победить, потому что на кону судьба страны и каждого из нас.
Любые сомнения, остававшиеся по итогам прошлого года у некоторых, что нынешние события – «это другое», умерли после последних решений западных стран о поставках танковой техники Киеву. Прекраснодушные иллюзии окончательно развеиваются, когда, как сказал президент, России угрожают немецкими танками Leopard, которыми планируют воевать на территории Украины с помощью бандеровцев.
Такое впечатление, что Запад вообще ничего не знает и не понимает про Россию, а то, что когда-то было у него в памяти, окончательно стерлось. Более того, похоже, историческое беспамятство является едва ли не важнейшим качеством современного западного общества – и оно приписывает его всем остальным. В результате прямо сейчас по обе стороны Атлантики сталкиваются с поразительной ситуацией, что на самом деле мир устроен куда сложнее.
После многих месяцев тотальной русофобской пропаганды в западный медиамейнстрим начала потихоньку просачиваться информация, представляющая российскую точку зрения на происходящее. Несколько дней назад для французского радио дал интервью знаменитый журналист Режис Ле Соммье, который побывал на линии фронта с российской стороны, он посмотрел на наших бойцов и услышал их. А еще он увидел, как соседствуют в тамошних лесах современные военные сооружения и остатки траншей армии Манштейна времен битвы за Харьков, и Ле Соммье постарался достучаться до своих сограждан:
«Меня поражает в русских эта смесь необычайной целеустремленности и одержимость историей. Вот мы часто говорим, Пyтин одержим историей. Но нет, сами русские, я прошу обратить на это внимание, сами русские просто одержимы историей, люди знают ее, историческая память сидит в каждом простом русском человеке».
Для нас этот пассаж звучит, пожалуй, чрезмерно громко: одержимость – слишком сильное слово для характеристики нашего отношения к истории. Мы просто помним ее – да и как не помнить, если «нет в России семьи такой…»
Но для мира исторического беспамятства данный феномен действительно выглядит одержимостью, чем-то странным, непонятным и из ряда вон выходящим.
Причем вполне ясно, почему западный истеблишмент выбрал именно данный подход: когда вы стираете из памяти общества его прошлое, вам становится проще и удобнее управлять. Вы получаете возможность создавать нужные вам образы любой степени фальшивости, а лишенное своих корней общество становится легким объектом для подобных манипуляций. И вот вы уже можете вешать на уши людям абсолютно любую лапшу – хоть объяснять все происходившее в прошлом критической расовой теорией, хоть представлять Жанну д'Арк трансгендером, хоть заставить поверить миллионы людей, что древние укры выкопали Черное море.
Правда, теперь выясняется, что данный выбор мирового истеблишмента обернулся роковой ошибкой – потому что, лишив собственные общества (а они начали именно с себя, с Запада) исторической памяти, он сам потерял ее. И утратил тем самым критически важные знания.
В частности, западные элиты забыли то, что усвоили из многочисленных и полезных, хотя местами весьма болезненных уроков прошлого – Россию можно обмануть, Россию можно разложить изнутри, Россию можно победить, играя на ее извечном стремлении к справедливости и строительству лучшего мира, но Россию нельзя победить просто грубой силой, а особенно упаси вас спровоцировать включение в русских режима Отечественной войны и всеобщего сопротивления смертельному врагу.
После этого можно очень долго и искренне удивляться, почему грядущая отправка немецких танков на Восточный фронт вызвала такую «странную» реакцию не только у российских властей, но и в российском обществе. А самые неуклюжие из тамошних назначенцев умудряются честно ляпать, сравнивая современный Запад с Наполеоном и Гитлером.
Историческая память – это то, что делает народ народом. Помогает ему преодолевать бури настоящего и продолжать расти в будущее. Это тот стержень, который позволил стране выбраться из катастрофы 1990-х, и он же дает нам силы в очередном испытании на выживание. Мы стоим на плечах титанов Сталинграда, Курской дуги и битвы за Москву. И мы, конечно, выстоим – как это сделали они.