Предложение России о рождественском перемирии, обернувшееся 36-часовым односторонним прекращением огня российской стороной, в очередной раз за последние годы вызвало к жизни бурное обсуждение внутри российского общества целесообразности гуманитарных и миротворческих инициатив Москвы.
Надо признать, что у критиков достаточно внушительные аргументы. Мы наблюдаем, как Запад уничтожает систему писаных и неписаных правил мировой политики. Причем это касается не только тех норм, что были установлены по итогам Второй мировой войны, но и тех, что берут свое начало в глубине столетий, являясь базовыми для международных отношений как таковых – например, те, что связаны с работой дипломатических миссий. Запад не просто лжет и нарушает взятые на себя обязательства – он бравирует этим. И он, очевидно, воспринимает как слабость любое соблюдение его оппонентами ограничений, еще недавно считавшихся общепринятыми.
В общем, вполне закономерно возникают сомнения в необходимости и просто осмысленности метания бисера перед подобным противником. Ведь получается, что Россия дополнительно связывает себе руки и ухудшает собственные позиции, ослабляет их в набирающем ожесточенность геополитическом противостоянии.
Отвечать на данную критику, основываясь на моральных, этических и нравственных материях, бессмысленно. Подобные аргументы в лучшем случае не будет восприняты как существенные, а в худшем – окажутся просто осмеяны. Для суровых бойцов диванно-идеологического фронта третьей мировой требуется нечто более рациональное и внушительное, даже циничное.
Что ж, поговорим о морали и нравственности с прагматичной точки зрения. Человеческая история чудовищна в своей жестокости. Мы являемся потомками выживших в длинной цепи геноцидов. Однако победителями в этой эволюционной – а потом цивилизационной – гонке оказались вовсе не самые беспощадные. Более того, современный мир является живым доказательством того, что гуманность – и не только по отношению к «ближнему своему», но и к «дальним» – является наиболее выигрышной стратегией.
Наша собственная страна не могла бы возникнуть, развиться и раз за разом преодолевать исторические вызовы самому своему существованию, если бы опиралась только на силу. Такая гигантская, разнородная, многонациональная и многоконфессиональная страна, как Россия, состоялась исключительно потому, что в ее основе лежит уважение к чужим традициям и готовность договариваться, а также отношение к чужим, как к своим – потому что для нас все ныне «свои» некогда были «чужими». Причем эта человечность, лежащая в основе нашего государства, ни в коей мере не отменяет твердости, способности принимать жесткие решения и готовности при необходимости применять силу.
Мы привыкли обвинять Запад во всех грехах (и небезосновательно), однако в ряду других цивилизаций его вряд ли можно назвать самым жестоким и вероломным. Более того, его стремительный взлет, обернувшийся полутысячелетней гегемонией над миром, пришелся как раз на период рождения, развития и воплощения там в жизнь идей гуманизма, прав и свобод человека, демократии – ведь с ними рука об руку шли частная инициатива, рост экономики, технический прогресс. Также не надо преуменьшать геополитическую роль христианства как религии любви, прощения и готовности принять в свое лоно каждого вне зависимости от его происхождения, социального статуса или расовой принадлежности.
Универсальный гуманизм как мировоззренческая основа цивилизации – при всех мрачных и жестоких реалиях политических процессов – был важнейшим козырем, который позволил Западу выиграть геополитическую конкуренцию и веками привлекать к себе симпатии людей по всей планете. И прямо сейчас он этот козырь уничтожает собственными руками – своей открытой бесчестностью, нежеланием слушать и слышать другие точки зрения, опорой исключительно на принуждение и насилие, демонстративным отказом от соблюдения гуманитарных и гуманистических норм, которые некогда он сам породил и успешно внедрил в качестве общечеловеческих. В этом есть своеобразная геополитическая поэзия: пытаясь удержать ускользающее могущество, Запад разрушает то, на чем это могущество стояло.
Идея последовать тем же путем не выглядит разумной. У России есть стратегия, которая обеспечила не просто ее выживание, а сделала ее тем, что она есть. И эту стратегию мы предлагаем всему миру в качестве фундамента новой глобальной системы. Мы делом показываем, что принципы гуманности, взаимопонимания и уважения к чужим традициям для нас непоколебимы. Для десятков государств и народов, которые только нащупывают свой путь к полноценному суверенитету и опасаются попасть из огня неоколониальной зависимости от Запада в полымя подчиненности сверхдержавам, что придут ему на смену, это внятное объяснение, за что стоит и за что сражается Россия.
Так что твердая приверженность российского руководства бесконечным гуманитарным и мирным инициативам, неизменная готовность к переговорному процессу – абсолютно прагматичная, стратегически выверенная политика, чья эффективность доказана всей отечественной историей.
А еще это глубоко иррациональная вещь, потому что это то, во что Россия верит. То, чем она является. А измена себе – худшее из предательств.