Стало уже привычным, что российское искусство и шоу-бизнес являются у нас объектом весьма жесткой критики. И надо признать, что представители нашего творческого сословия действительно не устают давать поводы для этого. Только за последнюю пару недель Лайма Вайкуле восхитила страну откровением о том, что она содержала СССР, а в Израиле подняли тему загадочного и, возможно, незаконного получения гражданства Максимом Галкиным* и Аллой Пугачевой, отбывшими в этом году в Землю обетованную. А было еще очень забавное интервью лидера группы «Литтл Биг» Ильи Прусикина, скандал вокруг фильма «Монастырь» и многое другое – и все это за несколько считаных дней. Ну а в целом уходящий год оказался невероятно щедр на вскрытие особенностей общественной позиции, скажем так, отечественных звезд, что заставило отшатнуться от них значительную часть публики.
Но самое интересное, что данный процесс – вовсе не исключительно российское явление. По существу, ровно то же переживает сейчас практически все мировое искусство. Особенность отечественных реалий разве что в том, что мы оказались в авангарде глобальной тенденции. Это по-своему не может не радовать, учитывая безнадежную вторичность, подражательность и заимствованность российского артистического мейнстрима последние десятилетия. Так что наши звезды, оказавшиеся в данный момент «на морозе», могут даже гордиться собой, поскольку они прокладывают дорогу куда более масштабным фигурам.
Потому что нет никакой принципиальной разницы между нашими «творцами», упорно впаривающими свои русофобские поделки российской аудитории, которую они презирают и ненавидят, и, например, Голливудом, настолько агрессивно пихающим «прогрессивную повестку» везде и всюду, что западная аудитория уже просто отшатывается от его продукции. А про остальной мир можно и вовсе не говорить.
Более того, имеющиеся различия – например, в источниках финансирования – только подчеркивают общность данного феномена в самых разных странах. На самом деле, можно понять, почему так получилось у нас: российское государство давным-давно взяло на содержание художественное сословие и за несколько поколений подобной халявы то выродилось в закрытую, во многом наследственную тусовку, которая ненавидит свою страну, но убеждена, что та обязана ее содержать и не спрашивать за результат. Но Запад-то с его куда более жесткой системой «искусство как бизнес» каким образом пришел ровно к тому же итогу? Особенно учитывая, что там-то результат полностью зависит от интересов и запросов публики, чтобы у творцов была возможность и дальше работать.
Голливуд на глазах теряет деньги, у него валятся рейтинги и кассовые сборы, рейтинги того же «Оскара» год от года все хуже и уже выглядят откровенно позорно. Но американские кинематографисты продолжают гнуть идеологически выверенную линию, которая все чаще гробит самые амбициозные и дорогостоящие проекты – просто потому, что все это уже поперек горла зрителям. Иных творческих сфер, будь то музыкальная, театральная, литературная или монументальная, это касается в неменьшей степени.
В принципе, вполне очевидно, почему фактически во всем мире представители творческих отраслей возомнили себя общественно-политическими тяжеловесами, пресловутыми ЛОМами, выполняющими функцию донесения идеологической истины в последней инстанции до широких масс. Да просто потому, что в таковом качестве они действительно активно проявляют себя уже целый век, хотя правильнее сказать, что их в таковом качестве зачастую использовали. Но как бы то ни было, развитие технологий в ХХ веке реально превратило популярных актеров, писателей, певцов, художников в знаковые и значимые общественные фигуры – вне зависимости от особенностей политической системы, в которой они жили и работали. В этом смысле нет кардинальной разницы между Клавдией Шульженко, дававшей фронтовые концерты, и Мэрилин Монро, выступавшей перед американскими военными в Корее, между Владимиром Маяковским, ставшим поэтом революции, и нашим современником Бэнкси, который своими граффити стремится донести до людей важные для него идеи. И аналогичные примеры можно привести из любых уголков планеты, будь то Латинская Америка, Европа или Юго-Восточная Азия.
Сложнее ответить на вопрос, почему к настоящему моменту это явление в значительной части мира выродилось в откровенно уродливые формы, когда представители творческих профессий из голоса своего народа, каковым они были несколько десятилетий назад, превратились в откровенно деструктивные силы, пропагандирующие общественно опасные идеи.При этом что у нас, что у них творческая среда породила тоталитарную систему настолько жесткой нетерпимости к «неправильному» мнению, что цензуре времен товарища Сталина или сенатора Маккарти остается только завидовать. Любая попытка открыто пойти против идеологического мейнстрима фактически обрекает человека на крах карьеры, поскольку тусовка его просто выдавливает из своих рядов, перекрывая профессиональный кислород.
В этом смысле нам стоит поблагодарить СВО, поскольку спецоперация стала мощным триггером изменений. Куда они приведут и какой будет новая система, еще неясно. Но исход из страны – без перспектив возвращения – значительной части влиятельных фигур нашей творческой тусовки дает надежду, что в конце концов ситуация и атмосфера в творческих отраслях станет более здоровой – и идеологически, и профессионально.
И без сомнения, тот же процесс предстоит пережить и Западу. Российское же искусство тут стало первопроходцем, столкнувшись с реальностью, которую наши творцы давно и старательно игнорировали: творчество существует не в безвоздушном пространстве, попытка художников и артистов оторваться от корней и от общества, для которого они работают, выхолащивает их искусство, превращает его сначала в ненужного, а потом в общественно опасного паразита. И вот тут включаются механизмы коллективной защиты – сначала в виде игнорирования людьми создающихся произведений, а потом и более неприятных мер – в форме, например, активного отторжения. Что в конце концов превращает этих самых художников и артистов в пустое место – и репутационно, и профессионально, и финансово. Что мы и наблюдаем прямо сейчас.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом