Помните 11 сентября 2001-го? Мы все кляли проклятых террористов Усамы бен Ладена и не сразу обратили внимание на то, как аккуратно рассыпались в прах башни-близнецы. Никаких тебе заваливаний вправо-влево, никаких падений на соседние здания. Движение распадающейся конструкции строго сверху вниз. Так бывает обычно при направленном взрыве, когда саперами закладываются заряды симметрично, аккуратно и организованно, чтобы сработало все только в нужных пределах и направлениях, и окружающее пространство не зацепило.

При пожаре, скажем так, естественного происхождения, всегда есть место рассинхрону – больше выгорает та сторона, которая занялась первой. Что, кстати, и продемонстрировало падение догоравшего шпиля Нотр-Дама, остатки которого не рухнули вертикально-перпендикулярно вниз, а завалились набок.

У официальных органов по горячим, в буквальном смысле этого слова, следам родилось три версии случившегося.

1. Неосторожное обращение с огнем (непотушенные сигаретные окурки, искры сварочного аппарата).

2. Поджог, осуществленный «желтыми жилетами» президенту Макрону в отместку за его нежелание идти навстречу требованиям «ежесубботних» демонстрантов.

3. Акция исламистов, планомерно реализующих стратегию ползучей мусульманизации Франции.

Все три предположения не лишены оснований и имеют право на существование. При этом первое из них может еще кроме своей основной роли играть и вспомогательную – служить отвлекающим внимание ходом правоохранителей, намерившихся доказать, что виновны все-таки лица, упомянутые в пунктах 2 и 3.

Что удивительно – нет версии номер четыре, хорошо спрятанной за тремя официально озвученными и стеной народного «этого не может быть, потому что бесчеловечно, цинично и невероятно-прагматично». Эта версия связана с деньгами: в течение более чем десяти лет разнообразные французские правительства вполне безуспешно не могут найти деньги на реконструкцию собора Парижской Богоматери. Ни в бюджете страны, ни у частных лиц, ни у многочисленных фондов.

Посмотрим, что произошло после пожара: Эммануэль Макрон, драматично намекая неведомым силам на что-то вроде «мы не склоним пред вами головы и не пойдем на поводу», заявил, что «собор будет вновь отстроен». В первые же сутки после пламенной (извините за каламбур) речи французского президента на нее отреагировали два богатейших гражданина страны. Миллиардер Франсуа Пино заявил о выделении 100 миллионов евро на восстановление храма. Другой миллиардер, Бернар Арно, объявил, что переведет 200 миллионов. Утром 17 апреля объем пожертвований уже перевалил за 650 миллионов, а в обед некоторые СМИ сообщили о достижении рубежа в один миллиард.

Извините, не выходит из головы беседа небезызвестного О. Бендера с членами шахклуба «Четырех коней» об организации междупланетного шахматного конгресса в Васюках:

«Материальных затрат никаких, если не считать расходов на телеграммы… А потом начнутся пожертвования, и денег некуда будет девать».

Разве не стоила овчинка выделки? Не знаю, превзошел ли результат все ожидания, как любят писать некоторые коллеги-журналисты, или, наоборот, не дотянул до запрограммированного уровня, но за 48 часов собрали уже столько, что хватит на постройку собора с нуля.

И еще останется на «попилить фонды» – куда ж без этого? Цинично, конечно, но мы с вами имеем дело с капиталистами, для которых: а) прибыль прежде всего; и б) использовать сентиментальные чувства народа себе на пользу абсолютно не зазорно.

Судя по действиям французских пожарных, даже и не думавших прислушиваться к совету Дональда Трампа «сбросить водную бомбу и потушить все разом», план пожаротушения Нотр-Дама был разработан заранее. Было ясно, что большие объемы воды сбрасывать сверху нельзя, ибо каменные перекрытия достаточно крепки, чтобы держать над собой деревянные стропила и прочие элементы крыши, включая шпиль, но недостаточно сильны, чтобы не упасть под давлением многих тонн воды. Каменные стены и каменные же своды способны противостоять огню и не допустить нагревания фресок и святынь, находящихся внутри помещений храма.

Организаторы спектакля великолепно знали, что по большому счету огонь внутренностям эмблематичного объекта мировой христианской культуры не угрожает. А те мелкие детали, что сгорят – можно будет восстановить, благо средств на это поступит больше, чем достаточно. Цель не только оправдывает средства, но и окупается средствами.

Внутри, как выяснили те, кто вошел после завершения тушения, все действительно оказалось цело.

Да, конечно, мсье Макрону попеняют за разгильдяйство и неумение организовать противопожарную безопасность святыни. Но пиар на проявленной заботе о восстановлении собора «всем врагам назло» своим позитивом с лихвой перекроет весь «разгильдяйский» негатив. Плюс на некоторое время утихомирит «желтожилетников»: в столь ответственный для родины час, когда все против нас, вы могли бы и потерпеть со своими требованиями. А там, глядишь, и потихоньку весь социальный протест сползет на нет.

Примерно так Джордж Буш-младший запомнился человеком, объявившим войну не на жизнь, а на смерть мировому терроризму.

По-моему, операция удалась.