«Функции правоохранительных органов включают предотвращение преступлений и задержание преступников. Они, однако, не включают подготовку преступления».
Верховный судья Соединенных Штатов Эрл Уоррен написал это 60 лет назад по делу, которое разбирали в этом самом зале суда. Вердикт вынесли присяжные, которые сидели там же, где и вы сейчас. Этот человек – не преступник. Правоохранительные органы не предотвратили преступление, а сфабриковали его.
Зачем утруждаться поисками террористов? Создадим террориста сами, решило правительство. С ним связались, втерлись в доверие, обучили, указали цель. Бомбу изготовили за него. Сделали его».
Ролик с данной цитатой из свежего – этого года – американского сериала «Для людей» сейчас широко тиражируется в социальных сетях из-за дела «Нового величия», главными символами которого стали две молодые девушки – Анна Павликова и Мария Дубовик.
В связи с этим российскому обществу стоит осознать важную вещь. А уж хорошая она или плохая, каждый может решать сам.
Это обстоятельство заключается в том, что Россия ускоренными темпами догоняет Соединенные Штаты в сфере прав и свобод граждан, гражданского самосознания общества, а также правоприменительных практик и связанных с ними проблем. Учитывая, что США действительно – без малейшего ерничества – знают толк в демократии, праве и гражданском обществе, переоценить значение достигнутых нашей страной за какие-то тридцать лет результатов просто невозможно.
Дело «Нового величия» (как в процессуальном, так и в общественно-политическом разрезе) – это не специфически российская история, а прямо-таки образцовый пример, характерный для стран современной развитой демократии. Потому что в любой другой системе – более жесткой и менее свободной – ничего подобного в принципе происходить не может. Там все куда проще, быстрее и беспощаднее и уж точно не имеет заметной общественно-политической составляющей.
Поэтому любые вопли про исконное российское беззаконие, мрак и безнадегу в нынешней ситуации выглядят просто смешными.
На самом деле имеет место очень характерное именно для демократических систем уголовное дело с политической составляющей, по поводу которого общественное мнение резко разделилось, а процессуальная сторона произошедшего вызывает ряд вопросов с правовой точки зрения.
Главный камень преткновения касается очень тонкого момента современных правоохранительных систем, по-прежнему вызывающего бурные споры – как в теории, так и в конкретных делах: по закону органы правопорядка не имеют права провоцировать граждан на совершение преступлений (а именно в этом обвиняют полицию в деле «Нового величия»). Однако в каждом подобном случае есть масса моментов, которые предполагают разнообразные толкования и подходы.
Более того, приведенная в начале цитата наглядно показывает, что в современных США данная тема остается столь же актуальной, как и в середине прошлого века, правда, вот адвокаты там всегда выигрывают подобные дела только в сериалах.
Не говоря уже о том, что для немалой части общества все это выглядит бессмысленным юридическим крючкотворством: если человек на полном серьезе готовился стать шахидом или молодые девушки учились обращаться с оружием с целью применить его против представителей власти, то не все ли равно, кто их к этому подтолкнул – вербовщик-радикал или внедренный агент спецслужб, вскрыв тем самым их общественно опасные наклонности? Отсюда и поддержка немалой частью общества правоохранительных органов в данном деле.
Ситуация усугубляется тем, что Россия догоняет Запад в вопросе правозащитных практик в момент, когда там начался откат от завоеванных было достижений.
Права и свободы граждан идут регулярно под нож, постоянно появляются новые ограничения, ужесточаются полицейские и спецслужбистские практики (более того, по сути, происходит легализация этого ужесточения), резко усилилось вторжение государства в частную жизнь людей, все более заметен обвинительный уклон в работе правоохранительной и судебной систем. Причем это касается, в первую очередь, именно тех стран, что веками выступали для нашей страны – и всего мира – образцом законности и демократии.
Россия не может этот процесс игнорировать, потому что соответствующие новости идут сплошным потоком и только нарастают: от неспровоцированных и остающихся безнаказанными убийств граждан полицейскими до суровых приговоров, вынесенных только за намерение сделать что-то незаконное и общественно опасное.
Не зря рядом с именем 18-летней Анны Павликовой эти дни регулярно ставят имя 18-летней Сафаа Булар, которую две недели назад приговорили в Великобритании к пожизненному заключению только за подготовку к терактам. А у Булар оправданий ее экстремизму было куда больше, чем просто «она же ребенок»: девушка выросла в неблагополучной исламистской семье и с детства подвергалась соответствующему влиянию.
Это означает совсем другое.
Во-первых, то, что у нашей страны больше нет внешних ориентиров для движения по данному пути. Дальше придется двигаться по собственному разумению, самим набивая шишки.
А во-вторых, нынешняя общественная кампания вокруг дела «Нового величия» – в поддержку как девушек, так и действий правоохранительных органов – является естественным (и полезным) ходом вещей в свете первого пункта. Столь же полезными являются шаги государства, которые показывают, что компетентные органы отслеживают общественную реакцию на происходящее и так или иначе реагируют на нее.
Хотя, конечно, «мамы», требующие освобождения «детей», ужасны с чисто эстетической точки зрения. Да и польза от них с точки зрения повышения зрелости российского гражданского общества выглядит весьма сомнительной. Но мнение автора текста в данном случае не важно.