После статьи о завышенной стоимости правосудия я получил массу резких комментариев от читателей, один из которых – цитата Наполеона: «Народ, не желающий кормить свою армию, будет кормить чужую», переиначенная применительно к ФСИН. Я не за прокорм чужих государственных институтов, меня волнует нормальная работа отечественных!
Уголовные дела на предпринимателей как фабриковались, так и фабрикуются
Эта заметка – очередной монолог о проблемах отрасли уголовного права, которое давно уже не отвечает нуждам общества и экономики, оставаясь «совковым» по своей глубинной сути.
Регулярно сталкиваясь с работой правоохранительной системы и судов, я уже достаточно уверен в том, что рост российского ВВП, среди прочего, тормозит и злонамеренная деятельность чиновников в погонах, а она возможна не только из-за человеческого фактора, но и по причине неактуального законодательства.
Законодательство по уголовным правонарушениям не поспевает за жизнью
Обыватель редко интересуется его обновлениями, тем более людей, далеких от права, мало интересуют метаморфозы кодекса уголовного. Как практикующий адвокат замечу: любопытство к новым законам должно иметься хотя бы с точки зрения гражданской позиции. Особенно в электоральные циклы. Особенно в России. Избиратель должен уже научиться руководствоваться не сердцем, а трезвым расчетом, и понять, что Госдума обязана, оперативно отслеживая изменения жизни, принимать и обновлять законы, способствующие развитию страны.
Возьмем, к примеру, главу 21 Уголовного кодекса, посвященную преступлениям против собственности. Меры ответственности по ним зависят от величины ущерба, который варьируется от крупного (250 тысяч рублей) – это считается преступлением средней тяжести – до особо крупного размера (свыше миллиона рублей), который переводит преступление в разряд тяжких. Исключение составляют квалифицированные виды мошенничества (статьи 159 с примечаниями), где крупный ущерб начинается от 1,5 млн, а особо крупный – от 6 млн рублей.
До крупного размера основные виды преступлений против собственности, как правило, не тяжкие. По ним максимальное лишение свободы не превышает трех лет. А вот разница в максимальных сроках между этими же составами, но совершенными в крупном (6 лет) и особо крупном размере (10 лет), уже сама по себе существенна.
Сегодня доллар США стоит примерно 70 рублей. Годовая инфляция в 2015 году должна составить 16% по официальным прогнозам властей и раза в два–три больше по моим личным ощущениям. Жизнь за последний календарный год стала практически вдвое дороже.
По данным Госкомстата, уровень преступности в 2015-м выше прошлогоднего. Прирост преступлений, совершенных в крупном и особо крупном размере, составил 16,9%. Для наглядности – это 393 тысячи деяний за шесть месяцев. К новому году, полагаю, дойдет минимум до 850 тысяч с учетом постепенного нарастания проблем у населения и бизнеса.
Выходит, что сотни тысяч человек будут приговорены за совершение преступлений минимум средней тяжести, а это не позволит назначить им, например, как «первоходам» по нетяжким составам, условные сроки. То есть число заключенных вновь вырастет. Эти люди не будут работать, способствуя импортозамещению и спасению падающей экономики, не будут рожать детей и воспитывать их, выправляя демографию – они будут сидеть. Сначала в СИЗО, потом в колониях. И опять за счет налогоплательщиков.
А ведь этот негативный эффект можно и нужно было снизить, попросту проиндексировав размер ущерба (он не изменялся с декабря 2003 года!), причиненного преступлением, как, по сути, это было сделано при введении в Уголовный кодекс тех же квалифицированных видов мошенничества.
Официально зафиксированный уровень инфляции с 2003 по 2015 год составил 200%, реальный гораздо выше. Так, в 2004 году, чтобы получить срок за кражу в крупном размере, было необходимо похитить, например, 20 тонн бензина, сегодня – уже шесть. Тут читатель может вновь меня укорить в заступничестве за криминал, мол, что воров жалеть? Вовсе нет! Я за справедливость, тем более зная не понаслышке качество расследования и справедливость судов по уголовным делам.Другой пример: в 2014 году внешнеторговый контракт на 100 тысяч долларов США, подведенный коррумпированными правоохранителями под преступление, подпадал под крупный размер. В 2015-м это уже особо крупный размер. Значит, коммерсанта легче склонить к «решению вопроса». Уголовные дела на предпринимателей как фабриковались, так и фабрикуются – бизнес продолжают кошмарить. И ведь в кризисное время такого рода явления будут становиться более частыми.
Вновь выходит замкнутый круг. Опять государство не поспевает за процессами, происходящими в реальной жизни.
***
Летом текущего года председатель Верховного суда Лебедев ходатайствовал перед Владимиром Путиным о необходимости повысить минимальный порог для кражи как уголовно наказуемого деяния с одной тысячи рублей до пяти.
На первый взгляд начинание выглядит гуманным: власть заботится о народе. А если оттолкнуться от того, что это пятикратное повышение – лишь давно назревшая индексация реальной инфляции, то сразу становится понятно, что на самом деле имел место обычный расчет, и то какой-то половинчатый, поскольку размеры крупного и особо крупного размеров преступного ущерба остались прежними…