Есть прекрасный американский фильм «Хвост вертит собакой». В нем речь идет о том, как работают политтехнологи американских президентов. Когда их патрон вляпывается в очередной скандал или ему просто лень заниматься государственными делами, они запускают по телевидению ролики о начале войны с Албанией. К теме подключаются эксперты, начинаются бурные дискуссии в СМИ, проходят дебаты в Конгрессе, митинги и демонстрации на улицах.

У целого ряда чиновников аппарата главы государства есть повод волноваться относительно своей дальнейшей судьбы

Хитрость в том, что на самом деле войны нет. Она существует только на экране и придумана политтехнологами. Но общество даже не догадывается, что его водят за нос. В результате, пока президент наслаждается отдыхом, политтехнологи фактически начинают управлять страной, используя склонность людей верить тому, что говорят и показывают с экранов телевизоров.

В украинском случае «хвостом, который вилял собакой», оказался Сергей Левочкин, а точнее группа олигарха Дмитрия Фирташа. Напомню, последний – человек крайне амбициозный и влиятельный. Он же главный спонсор победы Януковича в 2010 году.

При этом, по его собственному признанию, свой бизнес он всецело сориентировал на страны ЕС. Глава президентской администрации (ставленник Фирташа) как раз и курировал процесс подготовки соглашения об ассоциации с Европейским союзом. Протеже Левочкина, первый заместитель министра иностранных дел Константин Елисеев, носился из Киева в Брюссель и обратно, фактически взяв на себя функции главы внешнеполитического ведомства и согласовывая все новые и новые уступки Европейскому союзу.

При этом глава администрации президента Украины взял под контроль все контакты главы государства с общественностью и бизнесом, единолично определяя, с кем надо встречаться, какие вопросы следует обсуждать.

Документ, в котором гражданам запрещалось торговать продуктами со своего огорода, а железные дороги должны были перейти в частные (европейские) руки, очень напоминал договор Ивана Мазепы со шведским королем Карлом XII и польским королем Станиславом Лещинским.

В 1708 году гетман тоже выбрал евроинтеграцию. При этом главным условием соглашения была передача шведам всех дорог Гетманщины. То есть вся внешняя и внутренняя торговля страны переходила под контроль иностранцев. В 2013 году главными лоббистами евроинтеграции странным образом стали также поляк и швед – министры иностранных дел Р. Сикорский и К. Бильдт.

После того как президент Янукович признал, что в соглашении об ассоциации с Евросоюзом «ничего, кроме петли, нет», стало ясно: кому-то придется отвечать.

И стрелочники, судя по всему, уже нашлись. Когда жена Левочкина оказалась в числе митингующих на «евромайдане» в Киеве, многие вспомнили о том, что ее муж также бегал с оранжевым шарфиком по Майдану в памятном 2004 году.

Громкий выход из фракции регионов Инны Богословской, являвшейся рупором группы Фирташа в парламенте, расставил все точки над «и». Злые языки теперь говорят, что после двойственного поведения Левочкина и К во время столкновений на Майдане между милицией и противниками Януковича у президента нашелся прекрасный повод избавиться от опеки своего давнишнего спонсора – Дмитрия Фирташа.

У целого ряда чиновников аппарата главы государства (например, у заместителя руководителя администрации гаранта Конституции Олега Рафальского) есть повод волноваться относительно своей дальнейшей судьбы.

Характерно, что, в точности копируя сюжет фильма «Хвост виляет собакой», Левочкин тоже любил подключать западных политтехнологов для разработки сложных комбинаций. И, как и в финале американской киноленты, его, как это уже сейчас стало очевидно, ждет разочарование. Его, подобно одному из героев фильма, подвело желание вместе с деньгами манипулировать бесконечно долго всеми, добиваясь славы.

Но боюсь, что случай с главой президентской администрации не будет последним. Пока глава государства позволяет очередному хвосту думать, что он им виляет, пока общество согласно быть жертвой красивых картинок с телеэкранов, которые принадлежат узкой группе олигархов, страна обречена на рецидив болезни.