Парламентскую избирательную кампанию в Грузии можно считать завершенной. Главные вопросы прошедших выборов (кто станет спикером высшего представительного органа власти и председателем правительства) на сегодняшний день решены. Представители оппозиционного блока «Грузинская мечта» сначала взяли под контроль кресло спикера (им стал профессиональный юрист и лидер Республиканской партии Давид Усупашвили) и парламентские комитеты, а затем кабинет министров и пост его председателя.
Сегодня «мечтатели» празднуют победу. Однако эта победа – выигрыш этапа, а не всего турнира
25 октября оппозиционная история «мечтателей» закончилась. Их лидеры стали частью государственной машины. Теперь им предстоит доказать на практике, что вчерашняя оппозиция эффективнее, чем власть. Однако доказывать это им придется в жесткой конкурентной борьбе. Не только на парламентской трибуне, но и на бюрократическом поприще.
После того, как действующий президент Грузии Михаил Саакашвили получил первые данные об итогах голосования в высший представительный орган страны, он заявил о переходе своей партии «Единое национальное движение» в оппозицию. Та удивительная легкость, с которой он это сделал, подтолкнула экспертов и политиков к поспешным выводам о первом успешном прецеденте мирной смены власти в постсоветской Грузии. Между тем заявление грузинского лидера, признанного мастера пиара, было адресовано в первую очередь не внутренней, а внешней аудитории.
В отличие от 2008 года, сегодня Вашингтон и Брюссель в гораздо меньшей степени готовы к отождествлению Грузии с личностью ее президента. Гораздо важнее для них предсказуемость закавказской республики и ее приверженность идеям евроатлантической интеграции, а также их практическому воплощению где-нибудь в Афганистане, Ираке или Косово. Фамилия того, кто будет завтра отправлять туда рекрутов, имеет второстепенное значение.
Свидетельством тому – недавняя встреча Специального представителя Генсека НАТО по Кавказу и Центральной Азии Джеймса Аппатурая с лидером коалиции «Грузинская мечта» Бидзиной Иванишвили. Высокие стороны оказались чрезвычайно довольны друг другом, ибо вчерашний оппозиционный лидер готов продолжить прежний внешнеполитический курс кавказской республики. Возможно, без лишней экзальтации и демонстрационных эффектов. Но более прагаматичный подход для Запада выглядит даже более привлекательным, ибо на фоне неопределенности в Афганистане, Центральной Азии и на Ближнем Востоке США и их союзники не хотели бы переходить «красные черты» в отношениях с Москвой. А потому дополнительные раздражающие факторы им не нужны.
В октябре 2012 года Саакашвили теоретически имел все возможности для более жесткого ответа на электоральный успех «Грузинской мечты». До введения конституционых поправок он имел прерогативу внесения кандидатуры премьер-министра. Но президент Грузии не пошел на конфронтацию, согласившись на выдвижение политика, которого еще вчера называл не иначе как «проектом Кремля». Таким образом, нужный сигнал Западу был отправлен. Саакашвили продемонстрировал свою готовность следовать демократической процедуре и допустить мирное сосуществование с недавними оппозиционерами. Президент Грузии совсем не хотел прослыть врагом демократии и оказаться в списках авторитатных лидеров.
#{bigimage=667907}Но сегодня в Грузии складывается интересный парадокс. Есть партия, которая победила на выборах, сформировала правительство и взяла контроль над «командными высотами» в парламенте. Но и «Единое национальное движение» нельзя назвать оппозиционной силой в полном смысле этого слова. Как бы того ни хотелось президенту Грузии и романтически настроенным сторонникам «грузинского демократического чуда». На сегодняшний день именно Саакашвили остается действующим главой государства. От своей партии от не отказался, как и она от него. Достаточно посмотреть на тот прием, который устроили «националы» Михаилу Николаевичу в день первого заседания вновь избранного парламента. Он особенно впечатлял на фоне отказа «мечтателей» приветствовать лидера страны.
Таким образом, в стране будет проправительственная и пропрезидентская партия, но не будет оппозиционных, ибо в парламенте никто, кроме двух конкурирующих политических сил, не представлен. Следовательно, и оппозиционность Саакашвили сильно преувеличена. Тем паче, что впереди президентские выборы и завершение конституционной реформы. Президент Грузии поделился властью с вчерашней оппозицией. Но не только. Он делегировал значительную часть ответственности, сохранив за собой немаленькую парламентскую фракцию, аппарат Госканцелярии и определенный ресурс собственной популярности. И теперь «мечтателям», помимо обещаний, надо будет демонстрировать какие-то реальные достижения, что совсем не одно и то же. Иванишвили и его команда превратятся в скором времени в такую же мишень для критики, как и Саакашвили. И нет никаких сомнений в том, что «националы» будут этому превращению активно помогать.
«Грузинская мечта» смогла довольно умело сыграть на патерналистских чаяниях избирателей. В небогатой стране, переживающей процесс экономических и социальных реформ, это не так уж и сложно сделать. Но эта игра уже способствовала формированию завышенных ожиданий, которые на постсоветском пространстве часто завершаются стремительными разочарованиями. От Иванишвили многие ждут чуда, но чудес на свете не бывает. И частичное приобщение к власти при действующем президенте – это непростой пазл, который главный «мечтатель» страны начнет разгадывать уже в ближайшие дни, если не часы.
Таким образом, жертвы Саакашвили в итоге могут оказаться сродни шахматной партии, в которой сдача малых фигур не обязательно влечет за собой финальный проигрыш. До октября 2012 года команда грузинского президента могла напоминать избирателям о том, что среди ближайшего окружения Иванишвили много чиновников времен Эдуарда Шеварднадзе. Но критика «белого лиса» сегодня не так актуальна, как пять или 10 лет назад. Иное дело – критика огрехов правительства и парламентских комитетов, поскольку она будет обращена не к прошлому, а к настоящему, к актуальным проблемам людей.
Сегодня «мечтатели» празднуют победу. Однако эта победа – выигрыш этапа, а не всего турнира. До 2013 года две грузинские «партии власти» еще не раз померятся силами.