Региональные выборы 14 марта – первая в современной истории России кампания, когда о нарушениях громче всех говорит правящая партия, чьи шансы на победу трудно оспорить. В политическом инструментарии нарушения на выборах – удел несправедливо обиженной оппозиции, которая апеллирует к судам и избиркомам с требованием если не отменить итоги, то уж, по крайней мере, пересчитать голоса на участках. Так случилось и после кампании 11 октября, результаты которой очень возмутили оппозиционные партии: шума было много, на расстановку сил судебные решения никак не повлияли.
Единая Россия» долгое время не разменивалась на мелочи, пока эти мелочи 11 октября не привели к демаршу парламентской оппозиции
Понятно, что для оппозиции манипулирование нарушениями (самый частый пример именно манипулирования – публичное заявление о единичном случае как о повсеместной практике) – иногда единственный способ не ударить перед избирателем в грязь лицом. Люди, голосующие за ЛДПР, КПРФ или «Справедливую Россию», не идиоты, они не ждут, что их партии назавтра сформируют парламентское большинство или сместят Кудрина, но каждый избиратель хотел бы, чтобы партия, за которую он голосует, вела себя достойно и боролась до последнего.
От «Единой России» хотят совсем иного.
«Партия реальных дел», лидером которой является Владимир Путин, должна, прежде всего, решать проблемы – благо количество проблем в стране не сказать что уменьшается. «Единая Россия» гораздо больше, чем все остальные партии, зависит от дееспособности региональной исполнительной власти, и эта зависимость долгое время накладывала существенные обязательства.
Говорить о том, что кандидат Сидоров во время избирательной кампании гуся украл – это было, во-первых, пиаром кандидата Сидорова, а во-вторых, порождало у избирателя нездоровый интерес к гусям остальных участников кампании, заметивших эдакую оплошность.
«Единая Россия» гораздо больше, чем все остальные партии, зависит от дееспособности региональной исполнительной власти (фото: Дмитрий Копылов/ВЗГЛЯД) |
В общем, «Единая Россия» долгое время не разменивалась на мелочи, пока эти мелочи 11 октября не привели к демаршу парламентской оппозиции и почти состоявшейся встрече оппозиционных партий с Медведевым. Демарш, впрочем, не удался, встреча превратилась в Госсовет, на котором главным докладчиком был Георгий Боос, а Владимир Путин призвал не допустить «украинизации».
Но осадок остался.
И «Единая Россия» взялась за оппозицию всерьез. Депутаты от думского большинства активно ездят по регионам, выступают в СМИ и обличают оппонентов в использовании административного ресурса и нарушениях.
То Рязань перекрывают во время приезда Владимира Жириновского, повышающего популярность ЛДПР личными встречами с электоратом, то представитель ЛДПР в Липецке просит у «ЕР» помочь агитацией в детском саду, то в Алтае от эсеров идет человек, скрывший судимость. Подобные случаи всегда хороши для СМИ: журналистам гораздо интересней рассказывать о скандале, нежели о «реальных делах», которые региональная пресса и без того описывает круглый год.
И здесь для «ЕР» кроется довольно серьезная опасность: борьба с нарушениями на выборах – если тренд сохранится – в отдельных регионах может подменить сами выборы, и все усилия «Единой России» пропадут втуне: членам партии власти и сейчас трудно играть на чужом поле, а если своего не остается, придется прокручивать пленку назад, возвращаясь в благословенные времена «черной» партийной конкуренции.
Именно здесь у оппозиции на региональном уровне появляется отличный шанс проявить себя: спайку «ЕР» и исполнительной власти разорвать трудно, а играть против «ЕР» отдельно – уже совсем другой поворот.
Это не означает, что «ЕР» стоит закрывать глаза на нарушения (оппозиция, кстати, немного оправившись от первого шока, связанного с тем, что ее проверенные временем ходы используют прямые конкуренты, тоже начинает ходить по судам), но осторожность не помешает. Никогда не знаешь, как именно обернется против тебя такая удачная на первый взгляд идея.