Скрыть за типичными репликами «нормально», «потихонечку», «не жалуюсь», «ничего», «так себе» и уникальным в своем роде высказыванием «концы с концами сводим, да и ладно». Излишняя суеверность мешает людям делиться своими радостями с другими.
Распространенное учение «о сглазе» зиждется на двух фундаментальных постулатах: во-первых, большинство людей представляют собой злобных и завистливых монстров; во-вторых, все достижения и планы на будущее должны держаться в строгом секрете. Четкое следование этим человеконенавистническим правилам позволит каждому стать втайне счастливым. Тех же, кто сменил кирпич на лице на лучезарную улыбку, открыто демонстрируя миру свою радость, считают, как минимум, не очень умными и болезненно оптимистичными.
Мужчины вообще обожают несчастных, которым они могут оказать материальную и другую помощь, тогда как довольные жизнью их пугают и отталкивают
О проблемах и неудачах, наоборот, нужно рассказывать всем, так как это не только повод для радости окружающих, но и звездный час самого страдающего, которого будут с удовольствием жалеть, сочувствовать от всей души, всячески утешать и стараться потворствовать любому желанию.
Меланхолия и ипохондрия – действенное средство для достижения желаемого результата, будь то расположение друзей или любовь поклонников. Мужчины вообще обожают несчастных, которым они могут оказать материальную и другую помощь, тогда как довольные жизнью их пугают и отталкивают.
Ожидание наступления плохих времен – стандартное душевное состояние большинства россиян, вне зависимости от каких бы то ни было факторов. Объяснение этому феномену тоже далеко от оригинальности: оказывается, все дело в непростом историческом пути России, страны, прошедшей через мириады кризисов и войн.
Спокойствие и мир беспокоит и очень сильно мучает, так как многие в этом улавливают верный знак того, что вот-вот грянет гром. Подготовка к мифическому «черному дню» идет колоссальная даже на уровне государственной власти не только в привычной и надоевшей всем форме взяток ощущающих свое шаткое положение чиновников, но и более изощренными методами.
Например, министр финансов РФ в своем выступлении перед иностранными инвесторами высказал искреннее убеждение в том, что средства из российского Стабфонда должны быть размещены на Западе, так как российский рынок ценных бумаг видится ему недостаточно надежным. Тем не менее, он считает реализуемой «двухходовочку»: размещение западными фондами полученных российских денег на отечественном рынке.
Образ мышления главы одного из ключевых министерств крайне парадоксален, так как вряд ли наличие зарубежного посредника снизит риски вложений в Россию: скорее, лишнее звено в этой цепочки существенно увеличит издержки. Но это неважно, так как такой механизм согласуется с общим настроем в обществе, где считается, что само иностранное участие в процессе есть гарантия успеха любого предприятия. К своей стране мы относимся с большой долей скепсиса, полагая, что «хорошее у нас случайность, плохое – закономерность».
Россиян всегда удивляет, почему за границей прохожие на улице улыбаются друг другу без причины, а на вопрос «Как дела?» неизменно отвечают «Отлично».
Для них прекрасное настроение – константа, и именно поэтому мы на подсознательном уровне верим, что западные страны обречены на процветание. Россия, где оптимизм победит депрессию, открытость возьмет верх над устаревшими поверьями, а улыбка сменит напускную серьезность, вполне может пополнить ряды передовых стран мира.