Практически отбивший председательский пост основатель РПП Сергей Атрошенко в свою очередь славит самый гуманный и справедливый суд, установивший, что вообще-то Гартунг был исключен из партии до того, как партийный съезд избрал его лидером. О том, что суд разобрался спустя аж полтора года после съезда, Атрошенко старается не упоминать.
Что все-таки это было?
Современное состояние политического рынка в России определяется в первую очередь огромной ролью федеральной власти, в частности администрации президента, выступающей одновременно в качестве главного регулятора и крупнейшего игрока. Партийная система сейчас четко разделена на четыре уровня. На первом находится партия власти – «Единая Россия». На втором – остальные парламентские партии, т.е. имеющие фракционное представительство в Госдуме, – КПРФ, «Родина» и ЛДПР. Третий уровень занимают «Яблоко», СПС и Аграрная партия – непарламентские партии, некогда бывшие парламентскими, сохраняющие некие остатки популярности и привлекательности для инвесторов. На четвертом – все остальные, т.е. останки неудачных проектов власти или корпоративных политических инвесторов (вроде Народной партии), заделы новых, частные проекты, «подзамороженные» в ожидании спонсоров или покупателей.
Власть не может не вмешиваться в этот процесс, тем более в условиях внедрения новой пропорциональной избирательной системы
В условиях ужесточения партийного и избирательного законодательства, в частности, увеличения минимальной численности партии до 50 000 человек и исключения из числа участников выборов межпартийных коалиций – блоков, политический бизнес переживает не лучшие времена. Мелочь третьего и особенно четвертого уровня ожидают проблемы с подтверждением числа своих партийцев, к тому же они более не могут использоваться в качестве блокостроительного материала. Что им остается? Наиболее раскрученные будут участвовать в региональных и местных выборах в надежде удержаться на плаву до 2007 года и попытаться прорваться в
Валерий Гартунг |
Пока наиболее вероятным итогом думских выборов 2007 года представляется сохранение нынешней структуры партийного представительства. Но, как сказано, кто-то будет пытаться вернуться на Охотный Ряд, кто-то – наконец попасть. Разумеется, власть не может не вмешиваться в этот процесс, тем более в условиях внедрения новой пропорциональной избирательной системы и перманентных «революционных» угроз. Нравится это кому-то или нет, но она чистит рынок и будет чистить дальше.
Какой сегмент должен обязательно попасть под «зачистку»? Ясно, что левый, поскольку в протестные настроения избирателей в первую очередь конвертируется социальное недовольство, и «революционеры» активно пытаются и будут дальше пытаться раскрутить левую повестку. Кого надо «зачищать» в левом сегменте, точнее, кого легче всего «зачистить» из тех, кого надо? Несистемных и недоговороспособных деятелей, которые контролируют перспективные бренды.
Гартунг – богатый уральский бизнесмен и политик, владелец холдинга, собранного вокруг Челябинского кузнечно-прессового завода, с 1997 года. Он депутат Госдумы, трижды избирался в одном и том же округе, баллотировался в челябинские губернаторы. В своих избирательных кампаниях по полной программе использовал левую риторику.
Аппетит приходит во время еды, и настал момент, когда захотелось шагнуть за пределы родной области. Перед последними думскими выборами Гартунг начал инвестировать РПП, а в январе прошлого года взял и отобрал ее у Атрошенко. Формально его, естественно, избирали председателем на съезде. Злые языки рассказывают, что этому предшествовала скупка партактива, т.е. людей, на руках у которых находятся печати региональных парторганизаций. А Атрошенко, как теперь выяснилось, успел перед съездом исключить Гартунга из партии.
Конечно, то обстоятельство, что в качестве лидера и выразителя интересов нищих пенсионеров себя не стесняется предлагать 43-летний (именно столько Гартунгу было в январе 2004 года) миллионер, с человеческой точки зрения, конечно, сомнительно. Хотя, с другой стороны, миллионеров, путем нехитрых технологий окучивавших бедняков, превращавших их в преданных сторонников, всегда хватало. И не только в отдельно взятой современной России. Возраст тоже особо не помеха. Можно же эксплуатировать имидж «внучка», который просто жаждет отдать свои и чужие долги дедушкам и бабушкам.
Сергей Атрошенко |
«Ситуация» с Гартунгом состояла в другом. Будучи, мягко говоря, не самым известным и авторитетным политиком в стране, он не просто «по беспределу» отобрал партию (а не купил ее). Он захватил относительно раскрученный и перспективный бренд и сделал заявку на активное участие в думских выборах. Победы РПП на выборах в целом ряде регионов в 2004-2005 годах наглядно показали, что «пенсионеры» – это вполне серьезно. Да, они объяснялись в том числе финансовыми вливаниями и новым менеджментом. Но кто сказал, что Гартунг единственный, кто может вкладывать в РПП деньги и выжимать из нее все, на что она способна? Ведь самое главное, что, захватив перспективный бренд, он не сумел отстроить отношения с властью. Есть мнение, что Гартунг вообще хотел, чтобы с ним отстраивали отношения. Можно ли при таком подходе рассчитывать на то, что будешь спокойно пользоваться захваченным и вообще удержишь его? Странно, что человек, сделавший большие деньги в 1990-е годы, вел себя, будто ничего этого не понимал. Просто затмение какое-то…
Так что проблемы Гартунг создал себе сам. Обвинять других бессмысленно. Он не показал, что достоин владеть тем, что захватил. И контратака Атрошенко (начавшаяся задолго до томских выборов) была предопределена. Как и ее успех.
Кстати, о политическом стиле Гартунга довольно исчерпывающе говорят два факта. Он сделал свою жену руководителем центрального аппарата РПП и выдвинул ее в Госдуму на довыборах по одному из челябинских округов и совместил дату съезда РПП, на котором попытается дать отпор Атрошенко, с собственным днем рождения. Подобное себе, по-моему, только Жириновский позволяет. Но у Валерия Карловича фамилия Гартунг, а не Жириновский. Так что теперь, видимо, он становится настоящим политическим пенсионером.