Эта история началась с того, что в конце декабря прошлого года финские силовики взяли на абордаж и арестовали ходивший под флагом Островов Кука танкер Eagle S. Корабль перевозил из российской Усть-Луги в Египет 35 000 тонн бензина. Экипаж танкера заподозрили в том, что он намеренно, да еще якобы по заказу российских спецслужб, совершил диверсию – повредил энергетический кабель Estlink 2, соединяющий Эстонию и Финляндию.
Президент Финляндии Александр Стубб немедленно заявил, что «о случайности не может быть и речи». За месяц до того имел место похожий инцидент – были повреждены интернет-кабели, соединявшие Финляндию с Германией и Литву со Швецией. В этом заподозрили экипаж китайского сухогруза Yi Peng 3. В январе было заявлено о повреждении еще одного кабеля в Балтийском море, в чем тогда тоже обвинили Yi Peng 3.
В НАТО сделали далеко идущие выводы: альянс запустил проект «Балтийский часовой» (Baltic Sentry), предназначенный, по словам главы организации Марка Рютте, «для обеспечения безопасности инфраструктуры в Балтийском море». В рамках этой операции альянс увеличил свое присутствие на Балтике – теперь различные корабли, самолеты и дроны осуществляют там дополнительное патрулирование.
А Эстония даже приняла закон, по которому сама себе – в нарушение международного морского права – разрешила своим ВМС досматривать суда, идущие Финским заливом и вне пределов эстонских территориальных вод. И эстонцы действительно начали брать корабли на абордаж. В мае это едва не обернулось началом полномасштабного вооруженного конфликта, когда российским ВВС пришлось отгонять эстонских силовиков от танкера Jaguar под флагом Габона, следовавшего в один из портов Ленобласти. Надо сказать, что это происшествие произвело на эстонцев должное впечатление – и с того момента по сей день больше они так делать не пытались.
Одновременно тянулась эпопея с задержанным финнами экипажем танкера Eagle S. Финское правосудие пыталось найти злой умысел в повреждении кабеля Eastlink 2.
Однако дело с поиском доказательств сразу не заладилось. Уже в начале марта финским властям пришлось снять арест с Eagle S.
В итоге руководству команды – капитану Давиту Вадачкории (этническому грузину) и штурманам Роберту Егизаряну (армянину) и Сантошу Кумара Чаурасия (индусу) – были предъявлены обвинения, но никак не в «диверсии», а в «причинении тяжкого ущерба имуществу» и в «грубом нарушении работы телекоммуникаций».
Прокуратура утверждала, что падение якоря в море произошло из-за отказа его креплений – и экипаж должен был заметить, что якорь тянулся за кораблем так долго. Единственное обвинение, которое финская прокуратура смогла предъявить морякам Eagle S – пренебрежительное отношение к техническому состоянию судна и то, что они вовремя не обратили внимание на то, что устройство, удерживающее якорь в поднятом положении, находилось в плохом состоянии.
Иначе говоря,
даже официально в Хельсинки уже не упоминалось ни о «диверсии», ни о «гибридном воздействии России» – то есть обо всем том, о чем в НАТО провозглашали всего лишь несколько месяцев назад и что стало поводом для усиления военной активности альянса в Балтийском море.
Собственно говоря, понимание того, что вытянуть из этого происшествия «акт российской агрессии» не получится, появилось еще 19 января, когда The Washington Post со ссылкой на источники в спецслужбах сообщила, что повреждения подводных кабелей в Балтийском море, скорее всего, стали результатом случайности, а не какой-то диверсии. Тем более что сам факт случайного повреждения подводных коммуникаций – вещь совершенно обыденная и никакого удивления не вызывающая.
Сам капитан Давит Вадачкория во время суда, начавшегося в конце августа, рассказал свою версию произошедшего. По его словам, в полдень 25 декабря ему сообщили о снижении оборотов двигателя, а скорость судна также уменьшилась. Механик считал, что в двигателе возникла неисправность, но про падение якоря в море экипаж ничего не знал. Вадачкория решил остановить судно, чтобы выяснить причины проблемы – а вскоре после этого финские силовики внезапно атаковали его корабль.
Капитан раскритиковал действия финских властей, устроивших силовой захват. По его словам, вооруженные силовики могли спровоцировать катастрофу, спускаясь с вертолета на палубу в боевом снаряжении. «Это было серьезное нарушение морской безопасности. Мы выполняли все их приказы: не было причин действовать так агрессивно», – говорит Вадачкория. Экипаж подчеркивал, что Финляндия вообще не имеет права судить их – потому что не располагает соответствующей юрисдикцией. Места повреждения кабелей находятся вне финских территориальных вод, то есть вообще за пределами территории Финляндии.
И вот в начале октября уездный суд Хельсинки вынес решение по этому делу – которое даже финские СМИ назвали «сенсационным». Суд подтвердил позицию защиты – он пришел к выводу, что не обладает юрисдикцией в данном вопросе и что дело должно рассматриваться в судах стран происхождения моряков или государственного флага танкера.
«Так как предполагаемые преступления были совершены до прибытия танкера в территориальные воды Финляндии, то применение финского уголовного права не может основываться на правовых нормах, касающихся территориальных вод»,
– решили в суде.
Кроме того, финская Фемида отвергла ранее звучавшие заявления о «тяжком акте вандализма», приведшем к «серьезнейшим последствиям». Вместо этого суд пришел к выводу, что разрыв электрического кабеля мог в худшем случае привести к повышению стоимости электроэнергии и ее отключению на несколько часов.
На данный момент обвиняемые уже покинули Финляндию. Судебный процесс над моряками обошелся финскому государству почти в 200 000 евро. «Государство должно компенсировать ответчикам судебные издержки», – говорится в решении суда. В целом вердикт выглядит тяжким поражением западной пропаганды, которая десять месяцев назад на каждом углу кричала о «спланированной Россией диверсии».
Кстати, не исключено, что постановление финского суда повлияло на решение французских властей, накануне все-таки отпустивших задержанный ими танкер Boracay, который они называли частью «российского теневого флота». И танкер этот был задержан тоже в нейтральных водах.
Доктор политических наук, профессор СПбГУ Наталья Еремина в беседе с газетой ВЗГЛЯД объяснила, почему финский суд принял такое решение. «Мы видим, что зачастую юристы, представители судебных органов власти западных государств не готовы брать на себя ответственность за столь грубое попрание норм международного права. Они не хотят, видимо, войти в историю в качестве тех, кто попрал саму логику права», – говорит Еремина.
В то же время, по ее словам,
голословные обвинения в адрес России в обрыве подводных кабелей свою функцию выполнили. Они «размягчили» сознание западной аудитории и подготовили ее к новым провокациям.
«Мы видим, как быстро страны НАТО от обвинений России в повреждениях подводной инфраструктуры перешли к обвинениям в ее же адрес, связанным с запуском дронов. В этих случаях никто снова не озабочен доказательствами, – говорит Еремина. – Что это за дроны, откуда прилетели – никто толком разбираться не хочет. Слышно только, как западные политики моментально обвиняют Россию – уже чисто рефлекторно! – на основании все того же принципа «хайли лайкли». Закончится сюжет с "угрозой со стороны неопознанных дронов", начнется еще какая-нибудь новая "атака клонов"».
По словам политолога, перед нами часть внутренней пропагандистской работы европейского руководства. «Западные элиты таким образом обрабатывают собственное население, настраивают его на готовность проявлять терпение, не роптать из-за выделения огромных средств «на оборону», а при необходимости даже на участие в военных действиях. Когда обыватель все время слышит, что во всех бедах виновата Россия, то он и будет автоматически обвинять Россию, а не собственных политиков. К сожалению, они играют в опасные игры», – заключает Наталья Еремина.