Седьмые по счету за последние три года внеочередные парламентские выборы состоялись в Болгарии в воскресенье 27 октября. Предыдущие выборы проходили 9 июня, но тогда сформировать правительство не удалось после трех попыток, и президент Румен Радев назначил техническое правительство во главе с Димитаром Главчевым.
На этих выборах порог для прохода в законодательный орган преодолели девять партий. Первые места достались проевропейским коалициям «ГЕРБ-СДС» (26,4%) и «Продолжаем перемены – Демократическая Болгария» (14,23%).
Существование двух этих партий является, в общем, курьезом, так как цели и задачи у них совершенно одинаковые. И те и другие видят Болгарию исключительно в «великой семье европейских народов». Однако ГЕРБ и «Перемены» за все время своего существования ни разу не смогли заключить между собой хоть сколько-то внятное соглашение и непримиримо конкурируют.
Дошло до того, что по условиям договора о коалиционном правительстве был заключен весьма странный договор: премьер-министр и глава МИД Болгарии должны быть представителями разных партий и раз в полгода меняться местами! Эта конструкция, как заранее было ясно, оказалась провальной.
На третьем месте с результатом в 13,38% находится партия «Возрождение», имеющая в Болгарии репутацию пророссийской.
Четвертое и шестое места отчасти «родственные» – на них с результатом в 11,45% и 7,49% соответственно расположились коалиции «Движение за права и свободы – Новое начало» (ДПС) и «Альянс за права и свободы». Обе этих политических силы представляют собой обломки партии ДПС, за которые сражаются политик Джевдет Чакыров и медиамагнат Деян Пеевски.
Далее разместилась коалиция «Болгарская социалистическая партия – Объединенные левые» (БСП). Наследница Болгарской Коммунистической партии, когда-то одна из наиболее популярных в стране, сейчас БСП фактически организовала шаткую конструкцию из 12 общественных движений, чтобы пройти в парламент. Добились успеха также популистские партии «Есть такой народ» певца и телеведущего Слави Трифонова и созданные в 2023 году «МЕЧ» и «Величие».
Полезное для России в итогах имеется – в общей сумме число пророссийски настроенных политиков в болгарском парламенте достигнет 21%. Наиболее влиятельно среди них основанное в 2014-м «Возрождение» Костадина Костадинова, представленное в парламенте с 2021 года (38 мест из 240).
Партия последовательно выступает за мирное урегулирование конфликта на Украине. Еще весной 2022 года она проводила в Софии митинги, требующие нейтралитета Болгарии. Летом 2024 года партии удалось провести закон о запрете ЛГБТ-пропаганды в школах, а вот закон об иноагентах, аналогичный грузинскому, блокируется другими партиями.
Кстати, прозападными экспертами влияние пророссийских сил в парламенте оценивается вполне серьезно. «Это историческая битва за ориентацию страны, – говорит политолог Георги Лозанов. – Если мы не сформируем правительство, следующее правительство может агитировать за БРИКС».
Однако важно не это, а другое: с 2021 года Болгария не может выбраться из перманентного кризиса. Бойко Борисов был премьер-министром страны уже три раза и сейчас будет формировать уже четвертое свое правительство (он уже заявил о том, что в коалицию ни при каком раскладе не войдет «Возрождение» – «по идеологическим соображениям»). Болгарские аналитики говорят о том, что наиболее вероятная комбинация – это ГЕРБ, ПП-ДБ и «Есть такой народ».
Но это значит лишь то, что болгарская политическая система не способна породить принципиально других фигур, запоминающихся избирателю и способных на самостоятельное мышление. Пять премьер-министров, каждый из которых удерживался в кресле не больше года, – это чересчур напоминает веймарскую Германию середины 1920-х.
Да, никто не сможет упрекнуть Болгарию в отсутствии демократии: выбор политических сил тут на любой вкус, и органы власти обновляются регулярно. Вот только приносит ли это счастье и стабильность болгарскому народу? Или просто дает постоянную работу политикам?
Электоральная усталость болгар налицо: если на летних выборах явка составила 34,41%, то сейчас – всего 26,25%. Цифра стала историческим минимумом после изменений 1989 года. Зафиксировано множество случаев, когда избирателей на участки завлекали… пивом и кебабами.
Очевидно, что таким образом народ демонстрирует свое недовольство общим политическим курсом страны. Нестабильность лишь усиливается, а перемен не видать и близко. Интерес к выборам в Болгарии потерян не только в народе, но и в международном сообществе: так, выборам в не входящей в ЕС Молдове мировые СМИ уделяли втрое больше внимания.
В этом смысле Болгария представляет собой, пожалуй, наиболее яркий пример невозможности слепого переноса на восточноевропейскую почву западных схем парламентской демократии.
В постсоветских и постсоциалистических странах эта схема, как правило, вырождается в лучшем случае в говорильню, в худшем – в коррумпированное сборище. В итоге – перманентная нестабильность и цветные революции. Избежать этой схемы удается лишь странам с сильной президентской властью, где парламент играет вспомогательную роль (Россия, Белоруссия).
Новый состав болгарского парламента стал еще более фрагментированным, так что процесс формирования правящей коалиции наверняка будет долгим и сложным. Не исключено, что минимум через три, а максимум через восемь месяцев страну ожидают новые выборы – уже восьмые. Но надолго ли хватит терпения болгарского народа – вопрос открытый. Кризис, стартовавший в 2021-м, очень далек от завершения.