Морган Фриман, как Лесли Нильсен, прославился после пятидесяти, сыграв чернокожего на побегушках у старой леди («Шофер мисс Дейзи»). С тех пор он будто врос в амплуа мудрого негра, как его белый коллега – в амплуа деда-дурака. Не важно, кого играл Фриман, оборванца или Бога, мафиозо или копа, он был рассказчиком. Тем, кто возникал в кадре, чтобы всем все разъяснить своим густым голосом.
Этот образ принес сыну нищих Фриману (Нильсен, кстати, наоборот, – брат министра обороны) много денег за похожие роли в не всегда умных фильмах, но активно им эксплуатировался не только в кино – в рекламе и политике тоже. Это между делом и показало, что как человек Фриман не так уж и умен.
Около года назад он даже был внесен в стоп-лист МИД РФ, что означает пожизненный запрет на въезд в Россию. Этого редкого для голливудского актера «признания» Фриман удостоился за съемки в пропагандистских роликах антироссийской направленности.
В одном из них, снятом еще в 2017 году, «мудрый черный» возвестил, что США находятся в состоянии войны с Россией, поскольку Владимир Путин якобы хочет отомстить Вашингтону за развал СССР. Глупость полнейшая, но важен контекст: это было частью информационной войны демократов с президентом Дональдом Трампом, так называемый рашагейт, попытка импичмента за «сговор с русскими».
Впоследствии, когда за дело взялись федералы, пришлось признать, что это, грубо говоря, фейк. Фриман, разумеется, ни за что извиняться не стал – какой спрос с актера. Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова вообще считала, что его просто подставили.
Как бы там ни было, в делах своей страны Фриман должен понимать больше, чем в делах нашей, тем более в ее расовых противоречиях, которые стали фоном для значительной части его жизни. Например, сегрегацию в США запретили, когда Фриману было уже под 30. До тех пор в штате Теннесси, где он родился, межрасовый брак был уголовным преступлением.
Теперь, конечно, совсем не так. В эпоху BLM чернокожий сын уборщицы с расистских задворок большой страны стал идолом массовой культуры. Он тот самый всенациональный и неуязвимый «мудрый негр», которому пока что сошли с рук даже многочисленные обвинения в сексуальных домогательствах, а это в современных США дорогого стоит.
В этом статусе он и высказался по вопросам как будто вечным, но заново актуальным: слово «афроамериканец» оскорбительно. Отношение к Африке как к единой стране, а не разнообразному континенту, тоже оскорбительно. И даже «месяц черной истории», на который молятся как на антирасистское мероприятие (это ежегодная программа в общеобразовательных и культурных учреждениях с акцентом на наследие черных), чрезвычайно оскорбителен.
«Ты собираешься свести мою историю к месяцу?» – вопрошает Фриман.
Проблема не только в капризах старого актера. Она в том, что знаковый для Америки черный покусился на святая святых общегражданского мира – специальный проект специальных служб по изобретению «афроамериканцев».
Термин «афроамериканец» (тут Фриман точно прав) дурацкий: не всякий черный в США имеет хоть какое-то отношение к Африке (что, впрочем, означает и то, что он не сможет назвать конкретный регион Черного континента, из которого прибыли его предки). Но внедрение этого дурацкого термина стало ответом американской государственной системы на угрозу развала страны.
Через три года после отмены сегрегации, когда Фриману стукнуло тридцать, по городам США прокатились бунты чернокожих. Их активисты в основном идентифицировали себя как африканцев, или, если точнее, новых африканцев – отдельную от американцев нацию. Исходя из Устава ООН, нация имеет право на самоопределение. И претензии «новых африканцев» распространялись на значительные территории Юга США с преимущественно чернокожим населением.
В марте 1968 года начался процесс политической сецессии – была провозглашена декларация о независимости Республики Новая Африка. Газета ВЗГЛЯД подробно писала об этом здесь. Главное, что, несмотря на поддержку со стороны так называемого международного коммунистического движения, черные сепаратисты проиграли.
С одной стороны, на активистов была обрушена вся мощь государственной силовой машины. С другой стороны, недовольным своим положением чернокожим предложили альтернативу – идею общенационального объединения с белыми. Для этого был сложен государственный посмертный культ Мартина Лютера Кинга, который проповедовал не сепаратизм и не черный расизм как антитезу белому, а равенство и мирное сосуществование. Тогда же специально придуманный термин «афроамериканец» начали муссировать через бюрократию, школы и СМИ. Настала новая эпоха – эпоха политкорректности.
В современных США политкорректность постепенно становится архаичной ценностью. Она подразумевает, что при прочтении американской истории, культуры и политики никто не должен быть обижен. Это не вписывается в модель «новой этики», при которой белый каждый день должен быть обижен – он должен оправдываться за то, что потомок расистов и рабовладельцев.
Чуть перефразируя Фримана, месячником черной истории тут не отделаться – черным должен стать каждый новый год. Если не во всех США, но в какой-то их пока еще полноценной части.
Да, Фриман по-прежнему всего лишь актер. Со специфически авторитетным мнением, но актер. И вопрос в том, осознает ли он, что своими замечаниями покусился на одну из основ американской нации и, по сути, предложил вернуться к принципам отцов-основателей Республики Новая Африка и самоидентификации антибелых сепаратистов.
Возможно, как и в случае с антироссийским роликом, «мудрый негр» просто чешет по сценарию. Если второй вариант, то кто написал сценарий?
Обычно сценарии для черной политики пишут в недрах Демократической партии. Пытаясь сплотить «афроамериканцев» даже вокруг разрушительных идей вроде BLM, там прежде всего пытаются сплотить свой электорат, не допустив откола радикалов и консерваторов (то есть тех черных, которые за демократов голосуют по старой памяти, а по взглядам уже близки к республиканцам).
Казалось бы, идея распада страны слишком опасна, чтобы играть с ней в политтехнологических целях. Но те же самые люди отстаивали и идеи безнаказанности черного лутинга с поджогами и погромами, и идеи анархистских коммун в центрах больших городов, куда нет доступа полиции.
Прошло время, сменился президент, погромщики перебесились. Чернокожие, включая даже родственников основателей BLM, не перестали погибать при задержании полицейскими, но внимания к этому теперь значительно меньше.
Конечно, вероятнее всего то, что Фриман, размякнув в лучах славы на мешках денег, просто резонирует, как хочет. Но если все же работает по основной своей специальности, бунт «новых африканцев» и рост черного сепаратизма – это то, что готовят Дональду Трампу в случае его возвращения в Белый дом.
В интересах России, чтобы эти технологи заигрались, а дирижируемые ими процессы стали неуправляемыми. Славной охоты, товарищ Маугли!