Бывший президент США Дональд Трамп уверен, что в обозримом будущем КНР подчинит себе Тайвань военными мерами. «Потому что китайцы видят, как глупо управляют Соединенными Штатами. Они видят, что наши лидеры некомпетентны, и, конечно, они это сделают, пришло их время», – заявил он в интервью Fox Business.
Трамп – так себе прогнозист, а говорит всё это в основном для того, чтобы лишний раз пнуть действующего президента Джо Байдена и помянуть свой новый слоган: «При мне такого не случилось бы». Но для того, чтобы прогнозировать войну за Тайвань, не нужно быть «господином президентом». Высокий риск такой войны активно обсуждается в американских и тайваньских СМИ. Якобы Китай может воспользоваться тем, что Запад отвлекся на действия России на Украине, и «под шумок» восстановить свою территориальную целостность.
Тайвань сепарировался в 1950-м, когда туда с остатками армии эвакуировались старые власти – партия Гоминьдан, проигравшая гражданскую войну коммунистам Мао. Китай тогда трещал по швам – по национальным окраинам, и компартия поклялась восстановить территорию страны и по большей части своего добилась: где-то уговорами, где-то кровью. Тайвань – последний кусок пазла. Руководство КНР в одном шаге от того, чтобы завершить историческую миссию – но когда именно этот шаг будет сделан, даже оно, возможно, не знает.
Или все-таки знает и прямо сейчас готовится. Внимательно изучая санкционную войну, которую Запад ведет против России, ожидает подобных мер и на собственный счет. Газета Wall Street Journal прямо так и пишет: введенные против Москвы ограничения – сигнал КНР о том, с чем она может столкнуться, если нападет на Тайвань.
Стоит признать: вне зависимости от того, насколько обоснованы подозрения о готовящейся операции, силовой вариант решения тайваньской проблемы в Пекине наверняка обсуждается.
Председатель КНР Си Цзиньпин – полноценный хозяин страны, каких не было со времен Мао. В прошлом политическом сезоне он добился права переизбираться на свой пост неограниченное количество раз, а выпустив специальную прокламацию, отнес себя к числу великих руководителей.
Первый (Мао) создал КНР. Второй (Дэн Сяопин) КНР накормил. О делах третьего (Си) в современном Китае пишут тома, но все получается как-то длинно и расплывчато – он берет скорее охватом, чем силой рывка. Если же станет тем, кто объединил Китай, «синдром самозванца» у великого председателя можно будет окончательно исключить.
Объединять хотели мирно и ждали долго. Принцип «одна страна – две системы», положенный в основу воссоединения с Гонконгом и Макао лично Дэном, планировалось распространить на Тайвань. В прошлом десятилетии казалось, будто дело идет к свадьбе – отношения между Пекином и Тайбэем заметно улучшились. Многие тайваньцы прониклись идеей воссоздания родины, теперь претендующей на роль мировой державы номер один.
Если прежде КНР пугала тайваньских китайцев заплаточной нищетой и жесточайшими практиками, то запущенные Дэном и развитые его наследниками реформы как будто обещали и мирное сосуществование, и неслыханное богатство, и невиданную мощь. Главные сторонники объединения с КНР в наше время – та самая партия Гоминьдан, организовавшая развод с материковым Китаем.
Впрочем, еще при Мао президент США Ричард Никсон, решив подружиться с КНР против общего врага – СССР, отдал Пекину место в Совбезе ООН, ранее принадлежавшее Тайбэю. Вслед за ним почти все страны мира признали, что «настоящий Китай» – это махина КНР, а не компактный, богатый и технологически развитый остров неподалеку от нее.
К настоящему моменту суверенитет Тайбэя признают всего 15 государств – маленьких и невлиятельных, за исключением Святого престола папы Римского (Ватикану не нравится КНР из-за выраженных антирелигиозных практик). Торговлю с ним, впрочем, не прекратили и не собираются, да и Пекин вроде как обещал в подобные вопросы после объединения не вмешиваться – страна-то одна, но системы-то две. Однако перспектива такого объединения в последние годы отдалилась.
Почему надежды не сбылись, а «оттепель» подморозило – спорят. Базовая версия в том, что при Си подморозило прежде всего Китай – гайки закрутили в том числе в Гонконге и теперь превращают его в обычную китайскую провинцию.
Мера эта была во многом вынужденная: еще недавно сотни тысяч человек на улицах города-государства требовали отделения от КНР, а США (конкретно – президент Дональд Трамп) выражали готовность подлить в этот сепаратистский костер побольше бензина. То есть Китай действительно защищал себя, но факт остается фактом – теперь у тайваньских китайцев есть существенные основания не верить в то, что объединение с КНР сохранит значительную часть их прав и свобод.
Сейчас власть на острове принадлежит так называемой Зеленой коалиции – сторонникам независимости. Вашингтону это выгодно, поскольку объединение двух Китаев автоматически подразумевает значительное расширение зоны военного и экономического господства главного стратегического соперника США в Южно-Китайском море. Так мы подошли к главной причине того, почему к соображениям «пессимистов» о скорой военной спецоперации КНР на Тайване нужно относиться внимательно. У Пекина действительно есть мотив решить свой территориальный вопрос именно так – и этот мотив создали как раз американцы.
Отзывая у Тайваня признание, США оставили за собой право организовывать его безопасность – в частности, поставлять ему оружие. Перевооружением островитян они сейчас и занимаются, и речь идет не о «джавелинах» каких-нибудь, а о сотнях боевых самолетов и десантных кораблей новейшего типа.
Таким образом Си оказался перед ситуацией, похожей на ту, перед которой оказался Владимир Путин применительно к Украине. Вашингтон наседает на Китай с целью его ослабить, а Тайвань – его инструмент, рычаг влияния, китайский «антикитай». В перспективе вооруженный конфликт кажется неизбежным, но с каждым годом и с каждой тонной оружия, поставленной американцами в Тайвань, его цена возрастает.
Не лучше ли тогда сейчас, чем потом? Решать будут китайские коммунисты, причем решать в обстоятельствах, когда их нервы постоянно испытывают на прочность американские партнеры. Неделю назад ракетный эсминец США «Ральф Джонсон» демонстративно прошел через Тайваньский пролив. Несколько дней спустя на Тайвань высадилась делегация американских военных. Да, отставных, но чрезвычайно высокопоставленных, включая адмирала Майкла Маллена, председателя Объединенного комитета начальников штабов («на наши деньги» – глава Генштаба, но не совсем) при президенте Буше-младшем.
Следующим высоким гостем стал госсекретарь при президенте Трампе Майкл Помпео, формально прилетевший для того, чтобы получить награду из рук президента Цай Инвэнь. По возвращении домой бывший шеф американской дипломатии, оставивший свой пост чуть более года назад, призвал Вашингтон признать независимость Тайваня.
«Решимость и воля китайского народа защищать национальный суверенитет и территориальную целостность непоколебимы», – предупреждает официальный представитель МИД КНР Ван Вэньбинь.
Насколько непоколебимы, узнаем скоро. Не то чтобы у России был повод сочувствовать Тайваню (который, между прочем, присоединился к мерам США по изоляции РФ от высокотехнологичной продукции), не то чтобы победа КНР в случае перехода конфликта в военную стадию вызывает какие-то сомнения.
Однако абордаж почти 25-миллионного острова, откуда будет затруднена эвакуация гражданских, может ознаменовать собой лишь объединение территорий, а не чаемое Си на самом деле объединение нации. Ждать дольше китайцам просто невыгодно. Но лучше всех на свете древний Китай умеет именно это – ждать.