На протяжении последних месяцев президент Сербии Александр Вучич сохранял похоронное настроение, которое прятал за саркастическим тоном. Смысл комментариев, которые журналистам удавалось из него выцарапать, сводился к следующему.
– Происходящий сейчас конфликт будет долгим и разрушительным, поскольку противники недооценили друг друга. Находясь в шорах предубежденности, Запад не в состоянии учесть позицию России, но и Россия отступать не собирается.
– На Сербию оказывается беспрецедентное давление с целью заставить ее признать Косово и ввести санкции против России. Белград будет сопротивляться этому столько, сколько сможет.
– Европу ожидает тяжелая зима, но она своими руками продолжает копать себе холодную могилу. Тяжелая зима ожидает и Сербию, поскольку доступность энергоносителей для нее вопрос выживания.
Из России может показаться, что главные этом списке пункты один и два, но не для Сербии. Повлиять на пункты один и два она никак не может, ее задача – выстоять в бурю, а для этого нужно как-то решить проблему, обозначенную в пункте три.
С газом проблема вроде как не критичная. Белград не смог бы его себе позволить по рыночным ценам, но Вучич вовремя договорился с Владимиром Путиным о поставках по «братской» цене (еще дешевле только для белорусов) и успел заполнить хранилища до начала острой фазы энергетического кризиса.
А вот в том, что касается нефти, Евросоюз попросту взял Сербию в заложники. Российское топливо поступало в республику через Хорватию, куда его доставляли по морю. Начиная с ноября эта схема под запретом у ЕС – санкции. Как хочешь, так и выкручивайся.
В Белграде начали срочно искать альтернативу, но лишнего предложения на рынке нет, а после того, как в ОПЕК+ согласовали снижение добычи вдвое против ожидаемого, и не предвидится.
«Нет никакой дилеммы, мы должны соответствовать политике ЕС, а не воспринимать это как кошмар», – заявляет она.
У большинства сербов другое мнение. Перспектива роста цен на энергию, шантаж Белграда со стороны Брюсселя и русофобия европейских элит привели к тому, что 80-85% населения выступают против той самой «стратегической цели» – вступления в Евросоюз на условиях его руководства.
Главным условием остается признание независимости Косова. Европейцы пытались поставить Белграду ультиматум, но услышав твердое нет, чуть сбавили обороты. И на этом этапе взамен на «продолжение евроинтеграции» просят не препятствовать вступлению Косова в международные организации. Вучич отказывается, но мрачнеет с каждым днем.
Он, как дотошная хозяйка, пытается скроить скудный бюджет Сербии с учетом сразу нескольких вызовов. А дальнейшая неуступчивость наверняка приведет к урезанию финансовой помощи от Евросоюза, что станет еще одной дырой в сербском кармане.
И тут руку помощи протянул тот, чье участие в этой истории увеличит раздражение ЕС сразу вдвое – премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, «анфан террибль» Евросоюза и «агент Путина» в европейских рядах (если верить европейской прессе).
Сейчас Орбан ведет неравный бой с самой идеей антироссийских санкций. Его неуступчивость при принятии каждого нового пакета монетизируется в исключения, сделанные в списке табу специально для Будапешта. Одно из самых значимых – то, что запрет на поставки российской нефти пока что не распространяется на нефтепроводы, а Венгрия получает черное золото по знаменитому нефтепроводу «Дружба».
Этот мегапроект советских времен в Европе заканчивался на землях бывшей ГДР, а на Югославию не распространялся: при Хрущеве конфликт Сталина и Тито потерял актуальность, но в полной мере дружественным югославский режим не считался.
Теперь венгры готовы продлить нефтепровод до Сербии, оперативно построив еще один участок. Орбан и Вучич уже ударили по рукам, так что проблема нефтезакупок у России на долгосрочную перспективу перед сербами вроде как не стоит. Не только Орбан, а любое правительство Венгрии костьми ляжет, чтобы спасти «Дружбу», поскольку НПЗ «Дунайский» – крупнейший в стране – устроен так, что на 70-80 процентов должен перерабатывать топливо именно российских марок, британская Brent или легкая арабская нефть в принципе не могут стать заменой.
В общем, Орбан старается прежде всего «для своих». Но это не отменяет того, что он стал настоящим ангелом-хранителем врагов Брюсселя на Балканах. Против лидера боснийских сербов Милорада Додика санкции ЕС не введены только потому, что их заветировал Орбан. А бывшему премьеру Северной Македонии Николе Груевскому Будапешт и вовсе предоставил политическое убежище, когда тот был вынужден бежать с родины от очередного антироссийского «майдана».
На Балканах бытует версия, что верующий христианин Орбан воспринимает это в том числе как свой крест. Как некое покаяние за роль, которую он сыграл в судьбе сербского народа.
Ведь нынешний «анфан террибль» Евросоюза – это тот же человек (пусть и не тот же политик), который привел Венгрию в НАТО, а во время войны альянса с Югославией пропустил авиацию атлантистов для бомбардировок Белграда, тогда как для российской, которая могла бы перебросить подкрепление под Слатину, наоборот, закрыл небо.
Впрочем, венгерские войска он в Югославию все-таки не направил, чего тогда требовали США. Об угрозах Орбану на этот счет Вучич рассказал за несколько дней до новости о «продлении» «Дружбы».
Вне зависимости от того, сколько в действиях венгра от практичного расчета, а сколько от искреннего порыва, Орбан и Вучич напрасно считают, что их схема с нефтепроводом решит проблему обеспечения нефтью в том смысле, что избавит Венгрию и Сербию от шантажа со стороны Брюсселя.
Дело в том, что реэкспорт трубопроводной российской нефти в третьи страны в рамках ЕС запрещен, на это есть свои санкции. Если Еврокомиссия захочет, она объявит сербские закупки российского топлива реэкспортом из Венгрии, что сделает подобные сделки как бы «харамом».
Высокую вероятность применения такой схемы в Брюсселе уже подтвердили. Никакой пощады ничему российскому и врагам единого рейха – там теперь примерно такие приоритеты.
Волюнтаризм. Деспотизм. Некомпетентность. Самодурство. Болезненная зависимость от США. Отрыв от реальности.
Вот причины того, что Еврокомиссия ведет себя так, а не иначе.
Это, конечно, хорошо, что именно сейчас, в сложный для себя период в Евросоюзе, как заметил Владимир Путин, «сбросили маски» и шантажируют целые народы рабочими местами и теплом в домах, хотя не имеют ни к продавцу нефти (России), ни к ее покупателю (Сербии) никакого отношения. Именно от таких действий европейская идея в глазах сербов продолжает обесцениваться – и будет обесцениваться не только в них.
Плохо то, что с помощью исключений и обходных путей остановить разрушительное влияние Евросоюза на Европу уже нельзя. Там всю систему нужно менять, как говорил сантехник из советского анекдота.