"Монголия может укрепить отношения России и Китая"

Автором одного из первых ярких высказываний ежегодного заседания клуба «Валдай», открывшегося в Сочи, оказался гость из-за рубежа – депутат парламента Монголии Дамдин Цогтбаатар. Чтобы избежать новой большой войны, он призвал запереть мировых лидеров в бункере со спиртным. «После двух бутылок, я уверен, они выйдут друзьями», – предсказал депутат.

В случае большой войны маленьким странам грозит уничтожение, поэтому они не собираются сидеть и ждать момента, когда державы найдут общий язык, добавил Цогтбаатар. Он подчеркнул, что дискурс о мире во всем мире вышел из моды, но государства должны начать говорить об этом серьезно. «Вместо того, чтобы инвестировать в войну, нужно инвестировать в медицину», – цитировало монгольского политика РИА «Новости».

Как уже сообщала газета ВЗГЛЯД, в Сочи на этой неделе открылось 18-е ежегодное заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай». Главная тема – «Глобальная встряска – XXI: человек, ценности, государство». Политики и эксперты из 45 стран мира обсудят наиболее актуальные вопросы мировой повестки, в том числе отношения между обществом и государством в эпоху коронавируса.

В дискуссиях примут участие порядка 140 участников, из которых 65 – зарубежные, в том числе из Аргентины, Афганистана, Бразилии, Великобритании, Германии, Ирана, Китая, США, Турции, Японии и Монголии. Специалисты не обойдут вниманием темы смены власти в Афганистане, обострения соперничества между США и Китаем. Отдельное место в повестке отведено изменению климата.

О том, каким решение мировых проблем видится из Улан-Батора, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказывает депутат парламента Монголии и глава монгольской делегации в Парламентской ассамблее ОБСЕ Дамдин Цогтбаатар.

ВЗГЛЯД: Господин Цогтбаатар, говорят, в монгольском обществе раздаются призывы отдалиться от России, а в частности – отказаться от кириллицы. Через пару недель наши страны будут отмечать юбилей – столетие установления дипломатических отношений между РСФСР и Монгольской народной республикой. Как известно, соглашение об этом заключили Ленин и Сухэ-Батор. В какой атмосфере будут отмечать в Улан-Баторе такой юбилей?

Цогтбаатар Дамдин: В Монголии царит плюрализм, поэтому в прессе звучат разные мнения. Но упомянутые призывы отказаться от кириллицы, отдалиться от России очень далеки от курса руководства страны. Проблемы в наших отношениях есть, но они чисто экономические – скажем, торговый дефицит, баланс явно не в пользу Монголии.

Вообще же история взаимодействия наших народов насчитывает, как известно, многие сотни лет. Но из этих сотен лет последние сто лет с точки зрения отдачи для простых людей были самыми результативными. Опираясь на прежние достижения, мы должны сделать больше, чем было сделано за последние сто лет. Стоит подчеркнуть: вместе с Советским Союзом за последнее столетие мы стали активными игроками в Азии. Хотя мы – маленькая страна, но мы участвовали в изменении геополитической картины региона.

Сегодня Монголия и Россия – стратегические партнеры. Это всеобъемлющее партнерство основывается на бессрочном договоре о дружбе, который два года назад заключили наши президенты. В итоге между нами высочайший уровень доверия.

ВЗГЛЯД: В каких сферах интересы Москвы и Улан-Батора совпадают?

Ц. Д.: В первую очередь

мы ожидаем запуска большого проекта газопровода, который пройдет из России в Китай через нашу страну.

В нем будут задействованы многие наши предприятия, конструкторские бюро, наши исследователи геодезии. Будут вовлечены предприятия не только из приграничных, но всех районов страны.

Ставка на развитие Сибири и Дальнего Востока, о которой недавно заявило руководство России, разумеется, нам импонирует, такой поворот в экономической политике вашей страны совпадает с нашими интересами. Теперь стоит ожидать разворота потока инвестиций в сторону инфраструктуры Сибири и Дальнего Востока, а там как раз и находятся предприятия – партнеры нашего бизнеса. Это косвенно даст толчок и развитию нашего сотрудничества с ними.

Полем для сотрудничества в первую очередь служат приграничные регионы: Алтайский край, Забайкалье, Иркутская область и в целом Дальний Восток.

Проблем с безопасностью между нами нет, в этой сфере перед нами общие вызовы – это международный терроризм и деятельность трансграничных криминальных структур. Такие проблемы поодиночке странам не решить. Мы здесь должны поддерживать каналы коммуникации, регулярно вести консультации.

ВЗГЛЯД: В августе дым от пожаров в Сибири достиг и Монголии. По этому поводу между странами не возникло разногласий?

Ц. Д.: Да, смог от пожаров в Иркутской области и Якутии накрыл Улан-Батор. Ясно, что перед нами стоит общий экологический вызов. Экосистема у нас общая. В Монголии тоже отмечались лесные пожары, но пожары в Сибири оказались очень масштабными. Но обеим сторонам ясно, что проблему нужно решать сообща. Неслучайно и российская политика теперь тоже делает акцент на экологии.

Мы тоже обозначаем экологическую проблему как самую важную. Наш президент, выступая на Генеральной ассамблее ООН, выдвинул идею всемирного проекта – высадить миллиард деревьев до 2030 года. Это наша форма борьбы с опустыниванием, которое движется на север. Пыльные бури все чаще возникают и у нас, и в соседних странах. Здесь решение тоже должно быть общим.

ВЗГЛЯД: Изменится ли внешняя политика Улан-Батора в Азиатском регионе после прихода к власти талибов?

Ц. Д.: Афганистан – близкая для нас страна. Географически мы находимся в одном регионе. С наших западных границ до Афганистана ближе, чем от наших восточных – до Японии и Кореи. Кроме того, афганская проблема важна для нас и с этнической точки зрения. У нас есть западный аймак (район), в котором компактно проживают казахи-мусульмане.

Монголы поддерживали отношения с Афганистаном с 13-го века. Особенно активно мы общались в советское время. В 1992 году, когда в Кабул должны были войти боевики, два посольства последними оставили город – российское и монгольское.

Мы хотим, чтобы Афганистан стабилизировался, чтобы государственность там состоялась, это соответствует общим интересам. Если талибы хотят признания, они должны продемонстрировать отход от тех ценностных ориентиров, которые у них были в 90-е. Иначе мировому сообществу трудно будет найти с ними общий язык.

В начале нулевых годов, когда талибы решили взорвать две большие статуи Будды, стоявшие в долине Бамиан, Монголия оказалась одной из немногих стран, резко осудивших это варварство. Мы – буддистская страна, и уничтожение статуй стало нападением на наши ценности. Кроме того, что это буддийские святыни, это же были и памятники истории человечества. Многие другие страны тогда промолчали. А потом случилось 11 сентября.

По поводу талибов сегодня пока рано делать выводы. Многие столицы начали диалог с новой властью в Кабуле. Если «Талибан» этим воспользуется и начнет выстраивать умеренную политику, то отношение к нему может измениться.

ВЗГЛЯД: На заседании клуба «Валдай» вы опасались, что политика великих держав может повредить интересам малых стран. Каких отношений, в таком случае, Монголия хотела бы добиться с Китаем?

Ц. Д.: Как и с Россией, с Китаем мы – стратегические партнеры. Получается, что весь этот гигантский треугольник превращается в пространство стратегического партнерства и доверия. Когда ваш президент призывает к строительству «большой Евразии», мы эту концепцию с удовольствием поддерживаем.

Мы же выходим с идеей «транзита Монголии». В силу географического расположения наша страна может послужить мостом для укрепления отношений между Китаем и Россией. Китай выходит с идеей «Одного пути», воссоздания Шелкового пути. С этим проектом наши идеи транзита вполне состыковываются. Политика всех трех наших стран взаимно обогащает друг друга.