В каденцию Джо Байдена о существовании Балкан в Вашингтоне как будто позабыли. Президент даже не упомянул этот регион в своем выступлении на Генассамблее ООН.
Американские дипломаты на местах если не ругали Россию, то в основном «прохлаждались», а в частных беседах признавались, что с албанцами ничего сделать не могут – косовары их буквально посылают, следовательно, надо переждать, вдруг после выборов в Косово появится более интеллигентное правительство. Та же история с государственным кризисом в Боснии и волнениями в Черногории.
Ранее за Балканы в Госдепе отвечал Мэттью Палмер, который ничем вообще не запомнился. При этом он свою деятельность (она же бездеятельность) никак не координировал с личным представителем президента в регионе Ричардом Гренеллом. А вместе они игнорировали существование спецпредставителя ЕС на Балканах Мирослава Лайчака.
Действия покидающего Сербию посла Энтони Годфри тоже трудно назвать профессиональными. Он регулярно попадался на некорректных высказываниях в адрес страны пребывания, а также сербов и русских. До Белграда он работал в посольстве в Москве, был сильно травмирован этим опытом и убеждал сербов, что Россия – агрессивное государство, а с русскими нельзя иметь дело.
При Годфри в помпезном здании посольства на улице князя Александра Караджорджевича продолжилась порочная практика, заведенная при предыдущем после Кайле Скотте. На американские государственные праздники устраивали масштабные вечеринки, а морпехи из охраны скандировали что-нибудь оскорбительное в адрес сербов и лично президента Александра Вучича.
Сербский президент впоследствии злобно комментировал эти выходки. Спецслужбы не дремлют, и записи американских вечеринок регулярно демонстрировались Вучичу.
Теперь в политике США на Балканах грядут перемены. Есть все основания полагать, что администрация Байдена проснулась и резко активизирует свои действия в регионе. По крайней мере, премьер-министр Сербии Ана Брнабич полностью в этом убеждена и искрит по этому поводу оптимизмом.
На США вся надежда
Недавно в Нью-Йорке в кулуарах сессии Генассамблеи ООН Брнабич встретилась с замгоссекретаря Викторией Нуланд, которая сообщила ей, что в Вашингтоне наконец-то формируется некая «экспертная группа по Западным Балканам». Брнабич после этого стала вслух рассуждать о том, что США будут и должны играть более важную роль в регионе, чем до этого (читай: при Трампе). А также – начала активно критиковать Евросоюз, который «неспособен» решить косовскую проблему (читай: а у американцев получится).
В Белграде действительно есть группа политиков, предпочитающая ориентироваться на США, считая курсы на сближение как с Россией, так и с ЕС бесполезными. Они уверены, что Вашингтон обладает какими-то механизмами влияния на Косово. Это вообще распространенная иллюзия, что кто-то может влиять на албанцев.
Сейчас США организовали «мосты Кабул – Приштина и Кабул – Тирана» и массово завозят туда афганских беженцев. В принципе, это подтверждение их влияния. Но одновременная вера в то, что американцы могут заставить косоваров сделать что-то хорошее для сербов, больше основана на печальном опыте Евросоюза и его «миссионеров». Это логика от обратного: если у европейцев ничего не получилось и не получается, то американцы, наверное, смогут.
В американском истеблишменте гуманитарные знания о внешнем мире считаются высшим уровнем образования, и специалисты (какие бы они ни были) по внешней политике или загранице (регионам и отдельным странам) – это элита высокого полета. Отсюда столь преувеличенное отношение к разного рода академическим экспертам и их мнению. Нуланд – чиновник старой закалки, кроме того, она сама близка к нескольким университетам и исследовательским институтам, потому без «экспертного мнения» ей никуда. Да и с точки зрения бюрократии «создать комиссию» – классический ход. «А там посмотрим».
А вот фигуры новых назначенцев – посла Кристофера Хилла и спецпосланника Габриэля Эскобара, напротив, весьма примечательны для понимания того, как и в какую сторону может активизироваться американская политика на Балканах.
Человек, который сверг Милошевича
Начнем с Эскобара, человека весьма экстравагантного. В период 1998–2001 годов он совершил три командировки в страны бывшей Югославии. Он руководил аппаратом Высокого представителя в Баня-Луке (Босния и Герцеговина), был главой отделения посольства США там же, служил заместителем главы группы дипломатической связи в Подгорице (Черногория) и начальником политического отдела в Белграде сразу после возобновления дипломатических отношений между Сербией и США в 2001 году. Потом на некоторое время покинул Балканы, работал в Ираке, Боливии и Пакистане, но затем вернулся в Сербию на позицию заместителя посла.
Во время его работы в Черногории случился интересный эпизод. 31 мая 2000 года несколькими выстрелами из автоматического оружия с глушителем был убит советник президента по вопросам безопасности Горан Жугич. Через некоторое время в руки журналистов попала запись телефонного разговора между главой канцелярии США в хорватском Дубровнике Шоном Бернсом и Габриэлем Эскобаром, работавшим тогда в Подгорице. Разговаривали они буквально через полчаса после убийства Жугича.
Эскобар сообщил Бернсу о «профессионально выполненном двадцать минут назад задании», сославшись при этом на черногорского сотрудника USAID Небойшу Чагоровича.
Бернс в ответ порекомендовал Эскобару на время воздержаться от визитов в Черногорию.
Тайна убийства Горана Жугича до сих пор велика есть, а биография и манера поведения Габриэля Эскобара на Балканах вызывают смутные сомнения. Другими словами, есть основания полагать, что в конце 1990-х и в начале 2000-х годов именно Габриэль Эскобар был основным проводником американкой политики на Балканах, включая свержение Слободана Милошевича, но при этом всегда оставался в тени, занимая посты либо технические, либо вторые по официальной табели о рангах – обычно не столько дипломатические, сколько разведывательные.
Сейчас, полагают некоторые аналитики, приоритетом для Эскобара будет не только вопрос о Косово, но и сохранение евроатлантического курса Черногории, а также выход из административного тупика в Боснии.
Боснийскую проблему он будет пытаться решить за счет давления на Республику Сербскую, чтобы не допустить ее выхода из уже давно агонизирующей федерации. В Вашингтоне и вокруг него считают, что именно боснийские сербы виноваты в том, что архисложная государственная система Боснии не работает. Для Эскобара, служившего в Баня-Луке, это вопрос личный.
Посол Очевидное Зло
Новому послу США в Сербии Кристоферу Хиллу 69 лет, президент Байден срочно вернул его с пенсии. Это не «приватное» назначение, когда по старой американской традиции послами вдруг становятся друзья президента или спонсоры предвыборной кампании, а не профессионалы. Хилл – как раз профессионал и очень опытный дипломат.
Если подходить к делу формально, он считается специалистом по Дальнему Востоку, особенно по Корее. В то же время именно Хилл в конце 1990-х годов играл одну из ключевых ролей в американской политике на Балканах.
В период 1996–1999 годов он был послом в Македонии, а в 1998–1999 годах еще и спецпосланником по Косово. Именно Хилл готовил почву для американских бомбардировок Югославии и ввода войск в Македонию, он же контактировал с боевиками Армии освобождения Косово.
Также Хилл трудился заместителем Ричарда Холбрука во время Дейтонских переговоров по Боснии.
Он не то чтобы «ястреб» в классическом его оперении, но его представления о Балканах и особенно о Сербии и сербах довольно специфичны и прекрасно коррелируют с сербофобией Байдена.
В Белграде эксперты называют назначение Криса Хилла «очевидным злом», поскольку именно такой посол идеально подходит для того, чтобы склонять Сербию к признанию независимости Косово. Хилл будет считать это своей основной задачей.
Времена затишья, тем более «медового месяца», с США для Сербии однозначно заканчиваются. Президент Байден склонен широко делегировать свои полномочия и привычно подбирает для ключевых внешнеполитических должностей те персоналии, кто наиболее полно отражает его представления о мироустройстве.
Одним из мотивов на Балканах для Вашингтона становится стремление оттеснить Евросоюз (как, впрочем, и на Украине) от традиционных дипломатических и переговорных позиций. Причем путем расширения «дипломатической агрессии» – активного вмешательства в политику малых стран.
Но Балканы – сложный клубок противоречий, где невозможно решать проблемы последовательно, одну за другой, а не в комплексе. Комплексное же решение по Балканам требует «мер из прошлого»: созыва многосторонних конференций, долгих переговоров и согласования позиций, а не атаки с шашкой наголо и требованием «порешать по правилам».