«Закат на болоте». Именно так националистическая часть белорусской оппозиции называет официальный красно-зеленый флаг своей страны. И точно такая же ассоциация приходит на ум при анализе перспектив всего протестного движения.
Да, на улицы Минска и других крупных городов продолжают выходить десятки тысяч человек, однако они бесцельно бродят туда-сюда, не особо стращая Александра Лукашенко и не убеждая его бежать в Ростов. Более того, с каждым выходом количество демонстрантов сокращается – отчасти из-за осознания бесцельности народных гуляний, отчасти из-за ухудшения погоды.
Без крови
На стимулирование протестов извне особой надежды нет. Несмотря на призывы Светланы Тихановской и симпатизантов протеста по обе стороны белорусской границы, главы МИД стран ЕС не смогли согласовать даже простейшие (персональные, в адрес ряда чиновников) санкции против Минска.
Формально в этом обвиняют Кипр: для принятия санкций нужен консенсус, а Никосия отказывается голосовать по белорусскому вопросу до тех пор, пока ЕС не накажет турок, покушающихся на территориальные воды киприотов. Однако проблема не только в нем.
Некоторые другие страны–члены Евросоюза сомневаются в том, стоит ли сейчас обижать санкциями Лукашенко и тем самым окончательно оттолкнуть его в объятия России. Поскольку саммит в Сочи не закончился подписанием документов об углублении российско-белорусской интеграции (или же они не были опубликованы), надежда на возвращение Лукашенко к «многовекторной политике» осталась.
И в итоге Евросоюз ограничился в основном угрозами. Например, там утверждали, что после 5 ноября и инаугурации Лукашенко (в этот день истекали его президентские полномочия), его не будут считать главой государства.
Оппозиция действительно надеялась на инаугурацию. Не столько из-за европейских санкций, сколько из-за яркого повода, под который можно было собрать народ и сделать борьбу сакральной. Например, довести протест до массовых побоищ с жертвами, ассоциировать инаугурацию Лукашенко с пролитой кровью и создать на основе этой связи какую-то масштабную протестную организацию. Условное «Движение 5 ноября», консолидирующее революцию.
Однако Лукашенко спутал оппонентам карты – не стал предоставлять им время на раскачку ситуации, идеологическую подготовку населения, рисование баннеров и написание речевок. 23 сентября в атмосфере секретности он провел собственную инаугурацию – для узкого круга, но с соблюдением процедуры. Общество узнало о ней постфактум – из объявления на белорусском телевидении.
Нежеланный подарок
В стане противников президента мнения об этом событии разделились. Одни считают, что инаугурация ничего не меняет, особенно засекреченная.
«Секретная «инаугурация» Александра Лукашенко является фарсом. Она не заставит храбрый народ Белоруссии умолкнуть. Они вновь и вновь будут говорить о свободе, демократии, верховенстве закона и правах человека», – уверен депутат Бундестага Микаэль Рот.
Другие, напротив, полагают, что церемония стала настоящим подарком для оппозиции. По словам частично признанной (белорусской оппозицией и Литвой) «главы Белоруссии» Светланы Тихановской, инаугурация Лукашенко означает, что его прежний президентский срок официально закончен, а поскольку последние выборы выиграла (по мнению оппозиции и Литвы) Тихановская, с этого дня именно она является главой государства.
Но если это и подарок, то скорее нежеланный. Ведь Лукашенко не просто лишил оппозицию сакральной даты, а свою инаугурацию сделал бескровной. Он заставляет всех своих противников переходить на новый уровень эскалации. Его оппоненты теперь вынуждены резко радикализировать протест, придать ему иные смыслы, но для этого нет ни готовых решений, ни возможностей для серьезной мобилизации.
Сегодняшний день позиционируется сторонниками Лукашенко как точка, поставленная в истории протеста. Точка, лишающая значительную часть оппозиции воли к сопротивлению, убеждающая ее махнуть рукой и признать свое поражение.
Не менее важный энергетический сигнал послан и западным симпатизантам протеста. ЕС угрожал Лукашенко санкциями, требовал отказаться от инаугурации, а он сыграл на опережение, продемонстрировав, что неготов сдаваться.
Лукашенко фактически принуждает Евросоюз принять окончательное решение по санкциям против Белоруссии не после 5 ноября (когда ЕС решит проблемы с Кипром и поймет, нужно ли еще осторожничать с Лукашенко или он все-таки убежал под российское крыло), а уже 24-25 сентября, когда состоится саммит глав стран–членов Евросоюза.
Да, какие-то решения будут приняты. ЕС, вероятно, не признает Лукашенко легитимным президентом. Отдельные страны уже не признают – например, Германия, Польша или Словакия.
«Александр Лукашенко, инаугурация которого (в качестве президента Белоруссии) состоялась сегодня, не имеет никакой легитимности, чтобы руководить своей страной. Он несет ответственность за президентские выборы в Беларуси, которые не были ни свободными, ни справедливыми. Словакия поддерживает граждан Беларуси», – заявил глава словацкого МИД Иван Корчок.
«Эта церемония была подготовлена секретно и проведена без участия публики, это уже показательно. Вернемся к президентским выборам 9 августа. Они, как мы тогда говорили, никаким образом не соответствовали минимальным требованиям демократических выборов, они не были ни справедливыми, ни свободными», – указал официальный представитель кабмина ФРГ Штеффен Зайберт.
Но одно дело – не признавать Лукашенко президентом, другое – признать им Светлану Тихановскую. Те же словаки отказались от такого шага, посчитав его слишком радикальным.
В Минске надеются, что сейчас Европа воздержится от резких шагов, примет какую-нибудь декларативную резолюцию – и тем самым внесет значительный вклад в превращение белорусского электорального протеста в поствыборную апатию. После этого солнце для оппозиции окончательно закатится.