Первая резолюция Сейма имени главы МИД Линкявичюса была направлена на внешнего потребителя и апеллирует к Евросоюзу, хотя главной ее целевой аудиторией должна стать Польша. Литва официально занимает сторону Польши в развязанной Варшавой «войне историй» против России, хотя как раз с исторической точки зрения это несколько странно, учитывая очень сложные перипетии литовско-польских отношений. В Варшаве есть люди, которым покоя не дают лавры генерала Желиговского, и от подобных взглядов никакой Евросоюз не спасет.
Вторая резолюция ориентирована уже на собственно литовского зрителя. Новую резолюцию инициируют члены Сейма Арунас Гумуляускас от правящих «аграриев», консерватор Эмануэлис Зингерис и «либера» Виктория Чмилите-Нильсен. «Эта резолюция гораздо шире», – заявил в среду BNS Гумуляускас. «Она отвечает на множество заботящих вопросов: об оккупации, ходе войны, проблематике военных преступлений», – сказал депутат. Он утверждает, что резолюция Линкявичюса больше предназначалась внешней политике, а предлагаемая ими – литовской общественности. «Эта резолюция более полная, более содержательная (...), она отражает более полную картину оценки того исторического периода», – отметил Гумуляускас.
В зарегистрированном проекте резолюции отмечается, что одной из основных причин начала Второй мировой войны был пакт Молотова – Риббентропа 1939 года и тайные протоколы к нему между нацистской Германией и Советским Союзом, по которым была разделена Центральная и Восточная Европа. «Одновременно лишение государственности этих стран стало и одной из предпосылок страшной трагедии Холокоста», – говорится в проекте. В нем также акцентируется, что конец Второй мировой войны принес государствам Центральной и Восточной Европы не свободу, а «длившийся пять десятилетий тоталитарный гнет, советскую оккупацию, геноцид, военные преступления и брутальные преступления против человечности».
В резолюции обращается внимание на то, что сейчас Россия стремится обвинить страны Центральной и Восточной Европы в том, что они способствовали началу Второй мировой войны. Сейму предлагается обратиться в Европарламент, к парламентам стран Центральной и Восточной Европы, международной общественности с призывом воспротивиться проводимому Россией ревизионизму истории и распространяемой дезинформации.
Немного подумав, под конец этой же сессии Сейма два депутата-тандема Аудронюс Ажубалис и Лауринас Кащюнас предложили закрепить успех резолюций провозглашением 11 сентября Днем агрессии СССР против Европы. Сразу всей. «Литва должна быть заинтересована в том, что при оценке ВМВ надо охватывать всю ее историю целиком и конкретно все страны, ответственные за военные преступления военных и послевоенных лет», – сказали авторы проекта.
«Этим памятным днем хочется обратить внимание на роль коммунистической России, доказанную историческими фактами, и ее ответственность за развязку ВМВ и последствия этих действий для народов Европы. 17 сентября выбрали потому, что в этот день в 1939 году СССР вошел в Польшу, на которую напали нацисты, встав на сторону Адольфа Гитлера и подтвердив наличие тайного сговора с фашистской Германией, о котором умалчивалось», – сказано в документе. В нем отмечено, что принять такой проект побудили и «информационные атаки» РФ против Литвы и других стран Восточной и Центральной Европы.
Здесь прекрасно все, от первого до последнего слова. Кстати, министр Линкявичюс попутно пояснил, что Литва регулярно выступает в ООН против российских резолюций с осуждением современного восхваления нацизма, потому что они нарушают целостность восприятия истории и ставят под сомнение героизм «борцов за независимость Литвы».
И не то чтобы Линкявичюс не понимал, что он говорит. Он действительно так думает. Можно быть фашистом, военным преступником и «работать» в концлагере, но при этом оставаться борцом за независимость Литвы. Это называется «целостность истории». И осуждение современного восхваления нацизма эту целостность нарушает. Ибо если вспомнить, что, скажем, Йонас Норейка, из которого сейчас в Литве национального героя сделали, ничем другим в своей жизни, кроме убийства евреев, не занимался, то это какая-то странная «борьба за независимость» получится.
Прекрасна и фраза, что «утрата государственности стала одной из предпосылок трагедии Холокоста». Это технически как? Если бы Литва не вошла в состав СССР, а ее президентом оставался бы Сметона, то литовцы бросились бы защищать евреев в массовом порядке? Что-то не верится.
Чудовищные погромы начались в тот короткий период (от трех до пяти дней) в тех районах Литвы, откуда Красная армия уже ушла, а вермахт еще не пришел. По инициативе на местах. Та же история, кстати, случилась и в Польше в 1939 году в местечке Едвабне, где поляки еще до подхода немецких войск растерзали местную еврейскую общину. Теперь, вполголоса и потупив глазки, и в Польше, и в Литве объясняют свое поведение тем, что евреи были «проводниками большевизма» и вообще «каждый комиссар из жидов» (и в литовском, и в польском языках это словарное, литературное слово, не несущее негативной коннотации), а следовательно, восставшие против тоталитарного режима свободолюбивые народы имели право на месть.
В резолюции Сейма никак не упоминается, каким именно образом и в результате каких событий в составе Литвы оказалась собственно ее нынешняя столица Вильнюс. Можно ж было и не отдавать. Из Белоруссии в этот момент как раз раздавались голоса, что это когда-то давно была столица Великого княжества Литовского, в котором письменным государственным языком был старорусский (предок белорусского), в бумагах ВКЛ вообще ни одного предложения на литовском языке нет. И все знаменитые князья либо родились, либо жили на территории современной Белоруссии.
А в Вильне на тот момент литовцы среди населения составляли меньшинство. Провинциальный польский город. В центральной его части даже на канализационных люках до сих пор надписи на польском. Так, может, белорусам надо отдать было? Каунас вполне себе справлялся с ролью «временной столицы». Маленький только. По сути – одна улица. Кроме того, литовская общественность вообще ничего не знает о событиях 1938 года, когда только твердая позиция Москвы спасла всю Литву от польской оккупации. Очень поверившая в свои силы на фоне расчленения Чехословакии и Мюнхенского сговора Варшава готовилась одним большим куском заглотнуть всю Литву (газета ВЗГЛЯД подробно писала об этих события в проекте «Дипломатия победы»). И только ультиматум советского правительства полякам сохранил Литве независимость.
Выступившие с предложением назвать 11 сентября «днем агрессии СССР против Европы» депутаты Ажубалис и Кащюнас – как лед и пламень. Ажубалис – старый боец, он еще в «Саюдисе» времен перестройки состоял. Даже года два министром иностранных дел был, а в 2011 году – председателем ОБСЕ (тогда Литва там председательствовала). Говорит, что еще с истфака Вильнюсского университета его КГБ отчислил за связь с Хельсинкской группой, но злые языки утверждают, что все было ровно наоборот. Кто там с кем еще на связи находился – большой вопрос.
А вот молодой Кащюнас из совсем другой породы. При Советах он в детский садик ходил, и потому его политические и исторические взгляды особо бескомпромиссны. Сейчас он входит во фракцию христианских демократов, но ранее примыкал к по нашим меркам экстремистской Национал-демократической партии Литвы. Позднее он покаялся и сказал, что это было проявление его «юношеского максимализма», но юношу до сих пор приходится одергивать и успокаивать. Ибо он призывал ассимилировать все национальные меньшинства Литвы (а это где-то 15% населения), прекратить преподавание на польском, русском и белорусском языках в школах и запретить Белоруссии устанавливать памятники князьям ВКЛ. И он не кто-нибудь, а председатель парламентского комитета по национальной обороне.
Ранее именно Кащюнас выступал с идеей «единой политики национальной памяти», которая вызвала резкую критику даже среди политиков-литовцев.
Уважаемые люди стали объяснять молодому выпускнику Центра свободы имени Рональда Рейгана, что «единой политики исторической памяти» в Литве быть не может. И не только потому, что в Конституции написано, что надо «лелеять единство всех народов на литовской земле». Просто для евреев Литвы, например, коллаборант, военный преступник и маньяк-убийца Йонас Норейка никогда не станет героем, для абсолютного большинства русских 9 мая не станет «днем оккупации», для поляков генерал Желиговский не будет «агрессором» и «оккупантом», для православных король Сигизмунд III и иезуитский проповедник Петр Скарга не станут историческими авторитетами, святыми. С этим Кащюнасу придется как-то мириться. Если, конечно, он не хочет избавиться от всех «неправильных» граждан Литвы более радикальным способом.
Самое неприятное в этой истории – навязывание Литвой своей этой перевернутой картины истории остальному миру. Как пример надо вспомнить все те же российские резолюции по осуждению восхваления нацизма в ООН, о которых говорит Линас Линкявичюс. Механизм прост: Литва заявляет формальный протест, а поскольку в странах Евросоюза действует принцип солидарности, то все страны Евросоюза по голосовании солидарно воздерживаются от поддержки российской резолюции. И так каждый год накануне 9 мая. Сейчас, если Сейм примет новый «день памяти», да еще с такой провокативной формулировкой, то далее ведомство Линкявичюса начнет через посольства накручивать страны Евросоюза, чтобы они солидаризовались с этой позицией. И некоторые будут солидарны. Ну и кто тут переписывает историю?
В Вильнюсе некоторые убеждены в том, что их личное понимание истории – единственно возможное.
И они не живут где-то на острове в Тихом океане или под герметичным куполом станции человеческой колонии на Луне, а считают себя одной из самых древних стран Европы. Просто наплевать на это и забыть – не вариант стратегии. Во-первых, из-за описанной выше тактики поведения Литвы в Евросоюзе с агрессивным проталкиванием своей «версии», а во-вторых, просто потому, что нельзя позволять невесть кому издалека глумиться над нашей историей. В Вильнюсе утверждают, что они защищаются, что Россия давит на них в вопросах истории, развязала информационную войну и «переписывает историю». Да, Москва только два–три слова сказала, и то тихо. А в Литве 30 лет как хотят, так и глумятся. И все предыдущие годы им даже замечаний не сделали.
4 мая к своим обязанностям в Москве приступил новый посол Литвы Эйтвидас Байарунас – карьерный дипломат, последнее место пребывания – Стокгольм. В 2005–2008 годах он работал генконсулом в Санкт-Петербурге, а до этого в минобороны, в отделе международного сотрудничества и в миссии Литвы в НАТО. Пока, правда, он знаменит только своей женой Гедре Жицките, на 17 лет его младше, известной в Литве журналисткой, автором документальных фильмов из жизни рок-музыкантов советского времени и деятелей авангардного искусства. Возможно, ему еще предстоит проявить себя в Москве.
Из Вильнюса звучали какие-то примирительные слова осенью – зимой прошлого года, но к 9 мая там начинается сезонное обострение, которое разом убивает все положительные тенденции в международных отношениях. Разговаривать после всех этих резолюций и «памятных дат» с ними очень сложно даже самому доброжелательно настроенному по отношению к Литве человеку. Может, надо месяц подождать, пока вся эта волна мракобесия схлынет.