В 2015 году Германия переживала пик гостеприимства в отношении нелегальных иммигрантов с Ближнего Востока и из Северной Африки, валом валивших на немецкую землю. Их политкорректно называли беженцами вне зависимости от того, имеют ли они этот статус официально или нет. По всей стране проходили демонстрации в поддержку тех, кто искал спасения от войн и нищеты путем обретения новой родины.
Кто-то снабжал беженцев деньгами, кто-то вещами, были и те, кто селил чужестранцев в своих домах и квартирах. Население Германии являло собой эталон человеколюбия и терпимости – многочисленные соцопросы, проводимые по заказам неправительственных организаций и СМИ, показывали, что всего 7% жителей тевтонского государства выступают за то, чтобы чужаков принудительно высылали туда, откуда они приехали.
Три года совместного сосуществования с гостями, многие из которых изначально не желали адаптироваться к условиям жизни на новой родине и уважать (по крайней мере нейтрально воспринимать) ее традиции и культурный уклад, произвели в головах немцев настоящую революцию. Данные последнего соцопроса, проведенного французским Институтом прикладных наук INSA по заказу Bild, свидетельствуют: теперь уже 86% населения страны согласны с тем, что «понаехавших» необходимо депортировать, а 65% считают, что границы государства нужно вообще закрыть – не «железным занавесом», конечно, но возродив пограничный контроль с досмотром транспортных средств и проверкой документов. В 2015 году таких респондентов было всего 16%.
Такая мера фактически поставит крест на Шенгенских соглашениях о свободном передвижении по Европе. Но решение проблемы беженцев представляется немцам настолько важным, что трудности с проездом во Францию, Австрию, Польшу или Швейцарию они готовы потерпеть.
Настрой общества передался и многим СМИ. В октябре 2015 года немецкие газеты захлебывались от восторга, рассказывая о решении некоей Лауры (указать ее фамилию на всякий случай забывали) разместить у себя в доме сирийского беженца Халила Сехью. Рядом с этой новостью обычно публиковали сообщения об организации бесплатных курсов языка Гете и Шиллера для мигрантов или о проведении волонтерами благотворительной продажи пирожных, доходы от которой направляются уже адаптировавшимся афганцам, иракцам, ливийцам, дабы те переслали эти средства своим семьям, все еще находившимся «в мире ужаса и нищеты». Конечной целью всего этого было воссоединение ячеек арабского, эфиопского, эритрейского и других обществ на немецкой земле.
#{smallinfographicleft=766021}«Это вопрос человечности, и я могу подать таким образом пример проявления солидарности своим детям. Могу показать, что в наших силах сделать что-то для улучшения этого мира», – говорили волонтеры в телекамеры.
Все шло, казалось бы, хорошо, пока не наступило «Рождество по-кёльнски». В первых числах января 2016 года в СМИ просочилась информация о том, что горожанки Кёльна подвергаются домогательствам со стороны мигрантов. Поначалу предлагалось примерно такое описание ситуации, содержащее в себе решение проблемы: «Не надо ходить в мини-юбках и провоцировать арабских мужчин, у которых много месяцев не было секса». Но потом пришло понимание, что проблема чересчур масштабна: как ни старались правоохранительные органы замалчивать статистику, дабы не бросать тень на миграционную политику правительства, прессе удалось насчитать не менее тысячи случаев сексуальных домогательств, нападений и изнасилований женщин Кёльна за одни новогодние каникулы.
Справедливости ради заметим, что полицейским довольно трудно было ловить преступников за руку в момент совершения ими преступления. Иммигранты работали стаями: два-три десятка нелегалов окружали одиночную жертву плотным кольцом, несколько из них начинали «развлекаться», а разглядеть что-либо снаружи через плотную стену человеческих фигур довольно проблематично.
Так начал подходить к концу период, когда добросовестное неведение и недобросовестное незамечание происходящего позволяли иностранным гостям избегать последствий. А потом случилось страшное: 20 декабря того же года пакистанский беженец Анис Амри протаранил грузовиком один из рождественских рынков Берлина, задавив насмерть 12 человек и причинив увечья еще 50. Как выяснилось впоследствии, Амри планировал таким же образом «прокатиться» по Александерплац и парку Люстгартен – достопримечательностям немецкой столицы, где всегда толпятся люди.
Этот теракт наконец-то заставил властей согласиться с тем, что среди полутора миллионов мигрантов, ожидающих своей «официализации» в Германии, «могут быть лица, проникшие на территорию страны с извращенными намерениями». Но многие и прежде знали, что огромное количество нелегалов въехали в страну вообще без каких-либо документов, так что установить их подлинные личности было затруднительно, в большинстве случаев – невозможно.
Вскоре после этого, как утверждает испанская газета ABC, Европол обнаружил в социальных сетях несколько сотен аккаунтов людей, оформлявших беженцам документы: паспорт германского гражданина можно было оформить у них за 500 евро. Причем речь шла не о поддельных документах, а о настоящих – кто-то зарабатывал на процедуре, за которую государство не взимало денег. Для организаторов подобного бизнеса лавина беженцев была манной небесной – и им, разумеется, хотелось «продолжения банкета». Даже несмотря на то, что, как засвидетельствовал анонимный источник, близкий к правоохранительным структурам, «поступавший материал был с большой долей гнильцы».
Полиция насчитала 554 случая «выдачи паспортов за незаконное вознаграждение» за весь 2016 год. Сколько на самом деле было подобных эпизодов, никто не знает. В таких случаях правоохранители обычно признают, что выявленные случаи – «только вершина айсберга».
Зато доподлинно известно, что в одном только бременском офисе по работе с иностранцами было одобрена выдача паспортов 1200 лицам, которые не соответствовали установленным требованиям, но чиновники закрыли на это глаза за дополнительное вознаграждение.
Последней каплей, переполнившей чашу терпения немцев, стало «дело Сюзанны» – 14-летней девочки, которую изнасиловал и задушил беженец из Ирака, впоследствии сбежавший в свою страну вместе с родителями и пятью братьями и сестрами.
После этого слишком многие в немецком обществе поняли, как их развели, сыграв на благородном чувстве заботы об униженных и оскорбленных. В стране перестали смотреть на митинги и демонстрации против приема беженцев как на нежелательное явление. И даже власти вынуждены были признать: что-то пошло не так.
Глава МВД Хорст Зеехофер предъявил Ангеле Меркель ультиматум, дав 15 дней на пересмотр политики в отношении беженцев. В противном случае правящая коалиция грозила распасться, тогда как новые общенациональные выборы отнюдь не гарантируют Меркель сохранение поста канцлера. По крайней мере, ее отставки желает почти половина страны, а информационный фон для новых выборов трудно назвать подходящим.
В Канделе как раз закончился суд над афганским беженцем, которого немецкое общество приняло в несовершеннолетнем возрасте, поддержало государственным пособием, бесплатно обучило профессии, но так и не дождалось момента, когда он выйдет на работу. Афганец убил 15-летнюю девушку за отказ поддерживать с ним сентиментальные отношения. Но в отличие от известного дела 13-летней Лизы – дочери русских немцев, затянуть расследование не удалось – обстановка в Германии не та. Теперь в топе лозунг «Беженцы, убирайтесь вон!», а лозунг «Добро пожаловать!» признан ошибочным.