Как уже сообщала газета ВЗГЛЯД, постпред Украины при ООН Владимир Ельченко в ходе выступления на заседании Совбеза призвал ООН, а заодно и ЕС принять активное участие «в урегулировании конфликтов на постсоветском пространстве». А за образец при этом взять бывшую Югославию, где, «несмотря на огромные страдания, многочисленные жертвы и чудовищные зверства, все конфликты теперь в основном разрешены».
Приключения ооновцев в Боснии дали долговременный повод для грустных и трагичных художественных фильмов местного производства, которые снимают все стороны конфликта
Дипломат также выразил мнение, что на постсоветском пространстве «ни один из конфликтов не был урегулирован», так как Россия «успешно создает «контролируемую нестабильность» во многих странах вдоль своих границ с тем, чтобы держать их в орбите Москвы». Тогда как в бывшей Югославии «успеха удалось достичь благодаря решительной позиции международного сообщества и его скоординированным усилиям, в том числе со стороны ООН и ЕС».
Исполняющий обязанности постоянного представителя России при ООН Петр Ильичев отреагировал на этот бред сдержанно, но четко, заявив, что подключение «других игроков», в том числе ООН, лишь «запутает ситуацию».
Нужно понимать, что на революционной и ищущей свой путь в Европу Украине в кадровом плане случается всякое. Например, можно перейти на ответственную работу в МИД с должности взводного добровольческого батальона, если звезды правильно сложатся. Однако постпред в ООН Владимир Ельченко найден не на этой помойке. Сын бывшего секретаря ЦК и министра культуры советской Украины считается одним из лучших дипломатов страны и дважды номинировался на пост министра, но что-то не складывалось в аппаратных играх.
На службу в ООН Ельченко заступал уже дважды, а в промежутке был послом в Москве – тем самым «крайним» послом, который в 2014 году уехал в Киев и не вернулся. Он опытный функционер, десять лет отработал еще в советском МИДе, и должен иметь представление как о конфликтах на пространстве бывшего СССР, так и о кровавом распаде бывшей Югославии, вина Евросоюза в котором очевидна. Он должен знать об этом хотя бы в порядке общей эрудиции, чтобы не пороть подобную чушь, достойную казачьего сотника, если и державшего в руках глобус, то глобус Украины.
К примеру, для того, чтобы считать конфликт в Косово «разрешенным при помощи международных организаций», надо быть либо слепоглухонемым, либо албанцем, но никак не постпредом в ООН. Сколько бы сербов ни обрабатывали пропагандой, сколько бы ни склоняли к вступлению в НАТО и ЕС, они никогда не забудут и не простят отторжения от Сербии своей средневековой родины.
Увы, их противостояние с албанцами («шиптарами») лишь закрепилось на поколения вперед. При первом же удобном случае конфликт начнется заново, причем спровоцировать его могут сами косовары, тоже недовольные результатом войны, но по другой причине. Их нервируют оставшиеся в Косово сербские общины, да и аппетиты растут – некоторые теперь требуют уже земли в самой Сербии (долину реки Ибар, например). А если вспомнить историю косовской войны, то роль ООН вряд ли можно назвать конструктивной – и уж тем более решающей.
Ситуация в Боснии еще более показательна при описании недееспособности тех механизмов и организаций, которые похвалил украинский постпред. Военное участие миротворцев ООН оказалось резко неудачным, достаточно вспомнить «героическое» поведение голландского батальона в Сребренице. Вообще жизнь и приключения ооновцев в Боснии дали долговременный повод для грустных и трагичных художественных фильмов местного производства, которые снимают все стороны конфликта, одинаково выставляя миротворцев персонажами из анекдотов.
В политическом же плане соглашениями под кураторством ООН в Боснии и Герцеговине создана удивительная государственная система, в которой только министров культуры можно насчитать два десятка. Это квазигосударство, которое в любой момент может развалиться по все тому же этническому признаку. По крайней мере, сербская община морально, а местами и физически готова к новому отделению от того, что в Европе считают суверенной Боснией и Герцеговиной. При этом содержание ее чудовищного по размерам аппарата государственной власти полностью лежит как раз на Евросоюзе. Об экономике и говорить нечего – безработицы больше, чем в Молдавии.
И уж никак нельзя считать успехом действий международных организаций (в том числе и ООН) уничтожение Сербской Краины в Хорватии с тысячами погибших и двумя сотнями тысяч беженцев. Международная дипломатия в этом просто не участвовала – хорваты сами справились. Да, в этом случае ооновцев и прочих не в чем обвинить, что при прочих равных можно посчитать и успехом – не был, не участвовал, не состоял.
Наконец, прямо сейчас в Македонии внешние силы последовательно и успешно раскалывают страну по этническому принципу с подсказки посла США в Скопье и представителей Евросоюза. Они, понимаете ли, требуют «соблюдения демократических норм» путем создания искусственных преференций для албанского меньшинства. Видимо, для Владимира Ельченко это и есть «эффективная политика международных организаций», «решительная позиция» и «скоординированные усилия».
Все это при желании можно противопоставить тем методикам, которые на ходу изобретались для урегулирования конфликтов на пространстве бывшего СССР. Но в Нагорном Карабахе, например, вообще нет миротворцев – ни ооновских, ни каких-либо еще, а политическое урегулирование происходит в рамках Минской контактной группы, в которую входят не только действующие стороны конфликта, но и Россия, США и Франция. Кого в сложившейся ситуации нужно обвинять в «неэффективности» или, наоборот, хвалить за успехи?
Далеко не всегда именно ООН была инициатором миротворческих миссий или политических переговоров по принуждению к миру, скорее наоборот – она лишь «проштамповывала» уже сложившуюся ситуацию. Но по сути ООН и прочие всегда стремились либо сохранить довоенный статус-кво, либо изобрести новую конструкцию в прежних границах по принципу «давайте все теперь жить дружно». Это работает в советских мультфильмах и на лекциях отставных дипломатов для аудитории, состоящей в основном из романтично настроенных девушек из хороших семей, чье призвание – спасать слонов в Таиланде и китов по всему океану. В реальном же мире это либо вообще не работает, либо работает плохо. Зато создает привилегированные рабочие места для пожилых отставных политиков, переквалифицировавшихся в дипломатов.
Сравнение, использованное Ельченко, некорректно еще и потому, что вовсе не существует стандартных механизмов, которые можно было бы приложить к любому конфликту и нажать кнопку «остановить». Если бы ООН (или марсиане) изобрела такой механизм, Земля бы приблизилась к раю. Но пока все решается в конкретных исторических обстоятельствах конкретными людьми «на местах», а не международными дипломатами, использующими пошагово прописанные идеальные инструкции. При этом в процесс переговоров по любому поводу и в любом момент вмешивается какой-нибудь Йован, Ашот или Вахтанг с пулеметом. И его мнение действительно важно, особенно когда пулемет заряжен. Люди из ООН и ОБСЕ при встрече с ним, как правило, теряются, а потом просят надбавку.
Украинская дипломатия, конечно, настоящее новое слово в теории и практике международных отношений – она откровенно карикатурна и неуклюжа, зато до крайности самоуверенна. Но Владимир Ельченко мог бы и постесняться говорить подобное, заслуженный же человек. Впрочем, тональность его выступления наводит на мысль о возможном продолжении его карьеры именно в структуре ООН. Например, в департаментах, связанных с миротворческими операциями. Там как раз пересменка.