Политический кризис в небольшой африканской стране Гамбии, где проигравший выборы президент Яйя Джамме попытался сохранить власть насильственным путем, мог иметь крайне негативные долгосрочные последствия для всей Западной Африки. Джамме практически открыто симпатизировал радикальным исламистским группировкам, а в последний год своего правления провозгласил Гамбию исламской республикой. Перспектива получить очаг экстремизма в одном из беднейших государств мира заставила отреагировать соседний Сенегал – после ввода в Гамбию сенегальских войск Джамме был вынужден признать результаты выборов и покинул страну, направившись в изгнание в Экваториальную Гвинею.

Джамме никогда не церемонился со своими оппонентами – сажал их в тюрьмы, казнил и вообще вел себя совершенно хулигански

Формально операция в Гамбии проводилась под эгидой Экономического сообщества западноафриканских государств (ЭКОВАС), объединяющего 15 государств. Помимо решения чисто экономических задач, эта организация уже не в первый раз заявляет о себе как об арбитре в региональных конфликтах. Например, в 2012 году ЭКОВАС объявило о готовности направить 3300 солдат для восстановления территориальной целостности Мали – ранее северная часть этой страны оказалась под контролем исламистских группировок, включая «Аль-Каиду* в странах исламского Магриба».

Для операции в Гамбии был мобилизован еще более многочисленный контингент – порядка семи тысяч человек, основная часть которых представляла армию Сенегала, гораздо более развитой страны, чем Гамбия (ВВП Сенегала составляет 945 долларов в год на душу населения, ВВП Гамбии – 435 долларов). Интервенция стала убедительным аргументом для Яйя Джамме – 21 января он заявил о готовности уйти в отставку после 22 лет правления и в ночь на воскресенье покинул Гамбию. Незадолго до этого Совет Безопасности ООН единогласно (то есть включая Россию) проголосовал за передачу власти в Гамбии новому президенту Адаму Барроу, победившему на выборах в конце прошлого года.

По мнению ведущего научного сотрудника Института Африки РАН доктора исторических наук Анатолия Саватеева, политический кризис в Гамбии продемонстрировал прежде всего готовность африканских стран самостоятельно принимать принципиальные решения, не обращаясь за помощью к бывшим метрополиям (прежде Гамбия была английской колонией, Сенегал – французской). О том, в чем заключалась подоплека военных действий в Гамбии и какое отношение к этому кризису имеет ИГИЛ*, он рассказал в интервью газете ВЗГЛЯД.

ВЗГЛЯД: Насколько ситуация, возникшая в Гамбии, типична для Африки? Можно ли ее рассматривать в контексте предыдущих эпизодов, когда отдельным африканским государствам приходилось брать на себя роль арбитра во избежание усугубления кризиса у соседей?

Анатолий Саватеев: Случаев настолько плодотворного вмешательства одного африканского государства в дела другого с использованием вооруженных сил было весьма немного. Как правило, вмешиваться были вынуждены бывшие метрополии – Англия или Франция. На мой взгляд, реакция Сенегала на события в Гамбии была вполне оправданна, хотя поначалу она выглядела диковато, учитывая соотношение в территории и численности населения – складывалось ощущение, что огромный Сенегал напал на маленькую Гамбию. Но при этом совершенно очевидно, что без внешнего вмешательства ситуация в Гамбии могла приобрести кровавый характер. В Африке достаточно часто бывало так, что проигравшая сторона оспаривала результаты выборов, и последствия этого были весьма плачевны.

С этой точки зрения ситуация в Гамбии начинала выходить из-под контроля. Тем более что господин Яйя Джамме, провозгласивший Гамбию исламской республикой, в реальной политике был человеком далеко не безгрешным. Он пришел к власти в результате военного переворота, и хотя тот человек, которого он сверг, тоже не отличался благонравием, Джамме никогда не церемонился со своими оппонентами – сажал их в тюрьмы, казнил и вообще вел себя совершенно хулигански. Несмотря на то, что Джамме проиграл выборы, он планировал использовать для возможного противостояния с новым избранным президентом и его сторонниками отряды наемников Революционного фронта Чарльза Тейлора из Сьерра-Леоне, а это, как известно, отъявленные головорезы. Очевидно, что просто так Джамме власть бы не отдал, он попрал все законы.

Нужно принять во внимание и то, что Джамме был предупрежден о последствиях своих действий. Во вторник в Гамбию для беседы с ним прилетел президент Мавритании Мохаммед ульд Абдель Азиз, после чего направился в Сенегал, где находился избранный президентом Гамбии Адам Бэрроу, и заявил, что пессимистически смотрит на развитие ситуации в связи с действиями проигравшего президента.

ВЗГЛЯД: Почему в события в Гамбии вмешался прежде всего Сенегал?

А. С.: Сенегал исторически несет ответственность за происходящее в Гамбии, поскольку эта страна для него фактически является анклавом, «лисьим хвостом», вдающимся в территорию Сенегала. В отношениях между этими странами были разные периоды. В 1981 году сенегальской стороне уже приходилось применять силу в отношении Гамбии, после чего с 1982 по 1989 годы существовала так называемая Конфедерация Сенегамбия, но она распалась.

В нынешней ситуации есть еще один аспект, который позволял Сенегалу вмешаться. Южную часть Гамбии и прилегающие территории Сенегала, регион Казаманс, населяет народ диола, который регулярно требует отделения от Сенегала. Сепаратистские движения существуют там довольно давно, с 1970-х годов, то затухая, то разгораясь. Не исключено, что режим Джамме эти движения поддерживал. 

Но вмешательство Сенегала не было односторонним решением, оно было санкционировано организацией Экономического сообщества стран Африки. Помимо военнослужащих и военно-воздушных сил армии Сенегала, в операции в Гамбии приняла участие, к примеру, Гана. Таким образом, это было международное вмешательство – безусловно, носившее карательный характер, но при этом ставшее проявлением внутренней воли самих африканских государств. Они не просили помощи от Франции или, что еще хуже, Великобритании, которые сложно назвать друзьями африканских стран. Кроме того, об операции в Гамбии ЭКОВАС предварительно сообщило в Совет Безопасности ООН, направив туда запрос на получение соответствующих санкций.

ВЗГЛЯД: В какой мере нынешняя ситуация в Гамбии является последствием свержения режима Муаммара Каддафи в Ливии, которая считала эту страну зоной своего влияния?

А. С.: Вообще трудно сказать, кому Каддафи не помогал в этой части Африки – от строительства мечетей и университетов до разработки проекта снабжения стран Сахеля водой за счет подземных запасов. Хотя для Ливии Гамбия, конечно, не входила в число первоочередных приоритетов. Государство маленькое, экономика слабая, в основном туризм (в Гамбии прекрасные пляжи) и экспорт арахиса.

ВЗГЛЯД: Поэтому Джамме просто не хватило денег на создание боеспособной армии? Сообщается, что в Гамбии вооруженные силы насчитывают несколько сотен человек.

А. С.: Насколько мне известно, армия Гамбии насчитывает 2500 военнослужащих, хотя в это число, возможно, входит и полиция. В любом случае тягаться с сенегальской армией они не способны. Но Джамме, вероятно, считал, что в случае обострения ситуации кто-то ему поможет, а может быть, рассчитывал, что соседи не осмелятся вмешаться – например, не позволит ООН, а я буду править дальше. Но в этот раз, как говорится, не прокатило.

После решения ЭКОВАС у Джамме оставалось мало времени – ему надо было озаботиться своей судьбой: сесть на самолет и лететь туда, где он может рассчитывать на приют. Но даже на Аравийском полуострове, в какой-нибудь из стран Персидского залива его не особенно ждали. Одно дело – такие изгнанники, как шах Ирана, и совсем другое – персонажи типа Джамме: королевским семьям арабских стран водить дружбу с такими личностями не слишком солидно.

ВЗГЛЯД: Какова роль «исламского фактора» в последних событиях в Гамбии?

А. С.: И Сенегал, и Гамбия – страны преимущественно исламские. Но Яйя Джамме, провозгласив Гамбию исламской республикой, как бы подчеркнул радикальный характер ислама в своем государстве, и это неспроста. Очевидно, что у Джамме возникали серьезные симпатии в отношении тех групп, которые сейчас ведут войну на просторах Ирака и Сирии, то есть к ИГ. Этого только сенегальцам и не хватало. У них в стране спокойнейшая ситуация, которая в значительной степени обеспечивается мощным влиянием мусульманских духовных орденов – Муридийя, рожденный на сенегальской земле, Тиджанийя и Кадирийя. Сенегальские тарикаты давно враждуют с исламистскими организациями. Исходя из этого обстоятельства, лишнее беспокойство сенегальским властям было ни к чему. Наверняка у них были основания подозревать, что в Гамбии, кроме нескольких сотен наемников из Сьерра-Леоне, будут использованы и люди из радикальных исламистских организаций.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ