Конференция по урегулированию ситуации в Сирии продлится больше недели, причем основные переговоры между представителями официального Дамаска и сирийской оппозицией начнутся в пятницу. Текущий же «паркет» оставляет странные чувства: понимание, что конференция эта нужна, более того, необходима, соседствует с «взаимоисключающим параграфом» – с такими вводными она попросту бесперспективна.
Они хотят накалять обстановку в стране, перекачивают нефтедоллары в наемников, ведут себя как варвары и прикрываются целями сирийской революции
Насчет необходимости пояснять особо нечего: лучше разговаривать, чем стрелять, и выход из вошедшего в хроническую фазу противостояния нужно искать за столами таких вот форумов. Хотя перевес на стороне Дамаска, тлеть этот конфликт может еще долго, а это – десятки тысяч жизней. Таким образом, усилия России – основного лоббиста «Женевы-2» – были полностью оправданы и оценены по достоинству: свое спасибо Москве озвучили большинство участников переговоров, включая госсекретаря США Джона Керри.
С другой стороны, очевидно, что договориться стороны не смогут, а если и смогут, это не сведет гражданскую войну к нулю. У Сирийской национальной коалиции революционных и оппозиционных сил (НКОРС), представленной на конференции своим лидером – Ахмедом аль-Джарба, только название весомое. Джихадистские группировки, также воюющие против Асада (а заодно и против «умеренных сил»), договариваться с Дамаском не собирались и не собираются, а у кого военный потенциал внушительнее – у джихадистов или «националов» – большой вопрос. У «националов» есть ресурсы и поддержка Запада, но с учетом, что несколько дней назад коалицию покинул Сирийский национальный совет – крупнейший ее участник, исламистские группировки разной степени радикальности выглядят все же внушительнее. Национальный совет, кстати, покинул коалицию именно из-за конференции – эти люди договариваться с Асадом тоже не собираются: только война до полной победы.
Перспективы мирного урегулирования не на словах, а на деле, стали еще более туманны после того, как генсек ООН Пан Ги Мун отозвал приглашение к участию, прежде отправленное Ирану. На присутствии представителей Тегерана настаивала, прежде всего, Россия, выступав при этом «капитаном Очевидность»: да, без Ирана «Женева-2» – как стул без ножки. Он – одна из сил, определяющих ситуацию в Сирии. Главный союзник и помощник Дамаска, имеющий к тому же огромное влияние на шиитскую «Хезболлу», воюющую с повстанцами. То есть Иран для конференции столь же важен, как и Саудовская Аравия – главный спонсор врагов Асада. Кстати, Эр-Рияд за стол переговоров пригласили сразу, и никто против этого не возражал.
Против Ирана же изначально возражали США, но все свидетельствовало в пользу того, что России удалось до американцев достучаться. Вашингтон вроде бы дал «добро», но тут восстали саудиты, а главное – сирийские оппозиционеры, пригрозив неявкой на мероприятие. Без повстанцев «Женева-2» вовсе теряла всякий смысл, и организаторам пришлось поддаться неконструктивному давлению. Подчеркнем еще раз: вроде бы внушительное представительство (делегаты от 40 стран, съехавшиеся в Монтре, а не в Женеву, ввиду ситуации почти анекдотической – все гостиницы заняты из-за крупной выставки часов) не включает в себя принципиально важные силы, но включает, например, Японию и Нидерланды. Не желая умалить вес этих держав на международной арене, вынужденно констатируем: применительно к Сирии они – никто.
Свет в конце туннеля, по которому уже раскидано 130 тысяч трупов, тем не менее, виднелся. До всех понемногу доходит: в одиночку «умеренные силы» с Асадом справиться не в состоянии, если же Дамаск (что сильно навряд ли) падет под натиском раздираемой противоречиями оппозиции, радикальные исламисты быстренько вытеснят «умеренных» и мало не покажется никому. А если не вытеснят, тогда гражданская война просто перейдет в другую стадию. Причем проасадовские силы в ней тоже будут участвовать, просто без своего лидера – единственного человека в Сирии, который действительно может контролировать ситуацию как минимум на большей части страны.
Свидетельства, пусть и косвенные, того, что прояснение по этому вопросу наступило, были. И теплилась надежда, что коллективный Запад (прежде всего в лице США) жестко поставит оппозицию перед фактом: с Асадом придется договариваться и искать компромисс. Не сложилось.
Да, сказать, что Асад сам готов к компромиссам, означает наврать. Согласно коммюнике первой женевской конференции, стороны видят выход в создании переходного правительства, которое будет управлять страной до выборов. При этом президент Сирии четко дал понять: представителей НКОРС в числе министров этого правительства не будет. В свою очередь, представитель НКОРС категорически отмел возможность участия в данном правительстве и самого Асада, а США, вопреки всякой логике, НКОРС поддержали. Хуже того, Джон Керри заявил, что в переходное правительство не должны входить и те, кто поддерживает Асада. «Мы должны быть реалистами. Переходное правительство не может быть сформировано, если у одной из сторон есть возражения по кандидатурам. Поэтому Башар Асад не может войти в переходное правительство», – сказал госсекретарь, добавив, что «человек, который пытался подавить силой мирные протесты, не может войти в состав переходного правительства». Характерно, что в этом вопросе американца поддержал глава МИД Саудовской Аравии Сауд аль-Фейсал.
Также Керри напомнил, что в Сирии люди погибали, в том числе, от применения химоружия, а такого оружия в распоряжении оппозиции не было. То, что американские же эксперты недавно заявили о непричастности к химической атаке армии Асада и что на кустарное происхождение смертоносной «химии» указывает множество факторов, Керри упомянуть не счел нужным. Зато напомнил, что представители 40 государств собрались, чтобы «обеспечить мир в Сирии, чтобы люди жили в достоинстве, а не в страхе».
Однако с самой яркой речью дня выступил, безусловно, глава МИД Сирии Валид Муаллем. Отведенных двадцати минут ему не хватило, что стало причиной перепалки с модератором – генсеком ООН и отключения микрофона. В частности, дипломат заявил, что «представители ряда государств сейчас сидят в этой комнате, хотя на их руках кровь сирийцев», и называл антиасадовские силы исключительно террористами, спонсируемыми из-за рубежа. «Эти страны экспортировали терроризм, а также инструменты убийства, словно Бог делегировал им право решать, кого убивать, а кому помогать, – негодовал дипломат. – Некоторые из тех, кто называет себя друзьями Сирии, участвовали в ее колонизации, другие – авторитарные режимы, не знающие ничего о демократии. Они погрузили страну в грязь, но теперь маски сорваны, мы видим, чего они добиваются, они хотят накалять обстановку в стране, перекачивают нефтедоллары в наемников, ведут себя как варвары и прикрываются целями сирийской революции».
Обратившись к Керри, Муаллем также заявил, что никто, кроме сирийского народа, не имеет права говорить о легитимности или нелегитимности президента Сирии. После чего дал понять, что отставка Асада и неучастие его в переходном правительстве попросту невозможны («это красная черта!»). «Терроризм не остановится на Сирии, только вот Запад не хочет это понять», – предупредил Муаллем собравшихся.
В свою очередь, глава НКОРС обвинил Асада в нарушении прав человека, создании концлагеря, где были уничтожены 11 тысяч человек, подавлении изначально мирного протеста и желании остаться во власти любой ценой. При этом он не скупился на образы и много времени уделил трагической гибели 11-летней девочки в Хомсе весной 2011 года, в которой якобы виновен Асад. «Когда ребенок переходил мост, он не ожидал, что погибнет. У девочки был день рождения, но ее мать поставила тогда лишь одну свечу уже над мертвым телом дочери», – давил на жалость аль-Джарба.
Кстати, по мнению аль-Джарбы, сирийский народ за столом переговоров представляет не Муаллем, а оппозиция. Но поскольку митинг сотни студентов из Сирии, собравшихся у пресс-центра конференции, был как раз в поддержку Асада, заявление прозвучало неубедительно.
Выступили и остальные гости. Главы МИД Китая и Японии пообещали Сирии гуманитарную помощь, их британский коллега призвал Дамаск и оппозицию «все-таки договориться», а представитель Франции явно обиделся на обвинение в спонсировании терроризма. Непривычно спокойны были турки, ранее лоббировавшие военное вмешательство на стороне антиасадовских сил даже упорнее, чем США. Самое же парадоксальное заявление озвучила верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон, подчеркнув, что «к процессу мирного урегулирования в Сирии необходимо подключить сирийских женщин».
Генсек ООН Пан Ги Мун, как и подобает его статусу, старался держаться «над схваткой». В эскалации конфликта он обвинил тех, кто поставляет в Сирию оружие, а также иностранных боевиков и радикальные группировки. «Все стороны продемонстрировали полное неуважение к гуманитарному законодательству, что спровоцировало гуманитарные проблемы в стране», – подчеркнул он. При этом генсек высказал мнение, что если бы сирийское руководство внимательнее относилось к проблемам народа и вовремя услышало его чаянья, широкомасштабной войны не случилось бы.
Известно, что Сирия готова вынести достигнутые на «Женеве-2» договоренности на референдум. Но многое говорит в пользу того, что выносить на референдум будет нечего. Обещание Дамаска провести «открытые и прозрачные президентские выборы» (разумеется, с участием в них Асада) тоже выглядит туманно. Для этого должно быть выполнено требование о прекращении внешней поддержки повстанцев и снятии с республики наложенных Западом санкций. Но пока нет даже намека на то, что к этим условиям могут прислушаться. А значит, война. Либо все, либо ничего – в этом мнении и Дамаск, и повстанцы, кажется, едины.