Федеральная служба безопасности (ФСБ) заявила о причастности украинских спецслужб к поджогам зданий Минобороны, МВД и РЖД. Как следует из разъяснения, при поиске исполнителей диверсий и терактов украинские спецслужбы делают ставку на молодежь, пожилых или психически больных, которые не осознают тяжести своих действий. Объявления публикуются в интернете на сайтах онлайн-казино, сетевых магазинов, в Telegram-каналах по поиску работы.
«Вербовщики сообщают, что их действия будут квалифицированы как преступления небольшой тяжести, а все издержки покроет обещанный гонорар, как правило от 10 тыс. до 20 тыс. руб., и возврат похищенных денег. Однако, достигнув желаемого результата, они обрывают контакты», – рассказали в ФСБ, добавив, что с началом проведения военной операции на Украине количество объявлений о «быстром заработке» возросло.
В большинстве случаев после поджогов возбуждается уголовное дело по статье о теракте (ст. 205 УК) или диверсии (ст. 281 УК). География уже вынесенных приговоров – от Ивановской области до Приамурья. Сроки – до 19 лет колонии. На данный момент все поджоги раскрыты, еще 22 уголовных дела находятся на этапе судебного рассмотрения.
В пятницу Южный окружной военный суд вынес приговор Олегу Важдаеву за попытку поджечь здание военного комиссариата в Краснодаре. Важдаев приговорен к шести годам колонии строгого режима. По версии следствия, в сентябре он сделал самодельные зажигательные изделия, после чего пришел к военкомату, поджег фитили и кинул их в окна здания.
Поджоги военкоматов фиксируются в разных регионах страны с начала СВО. Всплеск преступлений произошел после объявления в России частичной мобилизации осенью прошлого года. В итоге Росгвардия усилила охрану военкоматов. О массовых звонках от мошенников с предложением поджечь объекты военной, транспортной или банковской инфраструктуры неоднократно сообщало МВД. Как отмечали в Генпрокуратуре, поджигатели военкоматов следовали телефонным инструкциям с Украины.
В августе в России продолжилась серия поджогов военкоматов и инфраструктуры РЖД. В Приморье в начале августа задержали матроса за попытку поджечь военкомат, а 21 числа неизвестные подожгли релейный шкаф на станции Солнечной киевского направления МЖД. В середине августа в Петербурге задержали возле военкомата на Большой Монетной улице мигранта с бутылкой бензина.
Как рассказал подозреваемый, он познакомился в интернете с проституткой и перевел деньги за услуги. Но вместо обещанного интима женщина заявила, что аванс забрал сутенер. Она предложила отомстить поджогом здания, которое оказалось военкоматом. Правоохранительные органы считают, что мигранта обманули сотрудники Службы безопасности Украины (СБУ).
«Нужно четко понимать одну особенность – разговор с жертвой зачастую начинает рядовой сотрудник кол-центра. Если он почувствовал, что собеседник поддается манипуляции, то в дело вступает профессионал, обладающий навыками внушения. Единственная возможность выйти из-под влияния – прекратить телефонный разговор», – считает Владимир Ворожцов, член Совета по внешней и оборонной политике, генерал-майор внутренней службы в отставке.
По его словам, в большинстве случаев человек, который ответил на звонок вербовщика, не может сам прекратить разговор. «Помочь повесить трубку должен кто-то из окружающих. Классический пример телефонной вербовки – это когда человек постоянно ходит и говорит по мобильнику, по которому получает инструкции. Самое главное – прервать контакт между вербуемым и вербовщиком», – добавил Ворожцов.
Генерал-майор подчеркивает, что навык не попадаться на удочку мошенников и вербовщиков зависит «от уровня внутреннего самосознания человека, контроля над своим поведением».
«Если вам звонит «представитель правоохранительных органов» или «сотрудник банка», то в 99% случаев это мошенничество. Надо либо вешать трубку, либо задавать стандартные вопросы типа «чей это номер?» и потом вешать трубку. Главное – не вступать в беседу с этими людьми. Если к вам есть вопросы у правоохранительных органов, то они вызовут вас повесткой. Тут все просто, иных вариантов нет. Если что-то стремное, то надо класть трубку», – соглашается Павел Данилин, директор Центра политического анализа и социальных исследований.
«Однако вербовщики обладают даром убеждения. Попав к ним на крючок, сложно повесить трубку. Лучше всего вообще не вступать в контакт с незнакомыми людьми и уж тем более не доверять тем, кто предлагает финансовую помощь по защите банковских счетов, вкладов. В целом если бы граждане внимательнее прислушивались к рекомендациям правоохранительных органов, то количество преступлений снизилось бы в разы», – уверен Олег Иванников, подполковник запаса МВД. По его словам,
большинство вербовщиков можно вычислить по южнорусскому, украинскому говору либо «диалекту, не свойственному большинству россиян».
«Как правило, на заднем фоне слышны посторонние звуки, телефонные звонки, шумы, потому что в кол-центрах работают десятки мошенников. Ни один представитель банка не будет звонить вам на мобильный телефон с подобными предложениями. Также желательно всегда использовать определитель номера и не отвечать на звонки незнакомцев. Любое преступление начинается с общения», – пояснил эксперт.
Собеседник подчеркивает, что в первую очередь под влияние вербовщиков попадают те, кто морально и психологически не готов воспринимать информацию критическим образом, поэтому они, совершая преступление, «порой не отдают себе отчет в последствиях и неотвратимости наказания».
«Многие преступления совершаются под воздействием откровенно враждебного контента, который льется буквально из всех щелей. Поэтому первый шаг в борьбе с подобными проявлениями должны сделать органы госвласти – необходим комплекс мер по зачистке информационного пространства от деструктива», – считает Иванников.
Кроме того, в отдельной группе риска находятся те, кто ранее уже становился жертвой телефонных мошенников, переводил им деньги. Как правило, контакты этих людей попадают в специальные базы данных. Здесь важна работа полиции, которая должна активнее вести разъяснительную и профилактическую работу среди уязвимых социальных групп.
«Как правило, таких граждан отрабатывают по два-три раза.
Если несколько лет назад человек попал на удочку мошенников, то ему могут перезвонить и пообещать вернуть деньги за совершение того или иного деяния. Также в базах украинских спецслужб есть контакты россиян, которые состоят на различных профилактических учетах, в том числе в психоневрологических диспансерах. Данные этих людей похищаются украинскими спецслужбами. Инвалидов, наркоманов фактически используют для совершения терактов», – убежден Иванников.
По словам Данилина, большинство кол-центров, откуда звонят вербовщики, находятся на территории Украины. «В них работают бежавшие из России граждане либо те самые украинцы, которые в течение последних 10 лет названивают нам от лица «службы безопасности Сбербанка». Громадные кол-центры находятся в Днепропетровске, в Харькове и Киеве», – рассказал эксперт.
Ворожцов добавляет, что обзвонами россиян занимаются крупные структуры, кол-центры, «в которых сотрудники получают постоянный инструктаж, изучают новые методы вербовки, заучивают на тренингах ключевые фразы». «Это большой и серьезно организованный процесс. Но в отдельных случаях возможна работа специально подготовленного профессионала для индивидуальной обработки», – пояснил Ворожцов.
«Помимо Украины, кол-центры расположены на территории всей Восточной Европы. Это связано с тем, что там дешевая аренда помещений. Многие из этих кол-центров нанимают украинских беженцев, которые выполняют свою работу даже с удовольствием. Им выплачивают специальные премии за количество вовлеченных в преступную деятельность граждан России. Награда может составлять тысячу долларов за одного завербованного. Для беженцев это золотая жила», – указал Иванников.