Российская госпрограмма обеспечения безопасности полетов не обновлялась с 2008 года и не соответствует международным требованиям. Об этом в среду заявил генпрокурор Юрий Чайка на «правительственном часе» в Госдуме. По его словам, серьезные проблемы в российской авиационной отрасли обозначила недавняя катастрофа в Шереметьево.
«Обязательства, предусмотренные Конвенцией о международной гражданской авиации, не выполнены. До настоящего времени не определены целевой и приемлемый уровень безопасности полетов, а также лицо, ответственное за реализацию программы, которая не актуализировалась с 2008 года», – возмущался генпрокурор.
Кроме того, благодаря прокурорским проверкам выяснилось, что с 2017 года от полетов отстранили 550 пилотов и аннулировали 160 летных свидетельств, отметил Чайка. Были закрыты два авиационных учебных центра. В ходе проверок вскрывались «факты неполного прохождения летным персоналом программ подготовки, отсутствия в образовательных организациях необходимого кадрового и материального обеспечения».
В своей речи Чайка также раскритиковал Минтранс за срыв разработки необходимых нормативных правовых актов, в том числе регламентирующих подготовку персонала.
«Не утверждены правила наземного и технического обслуживания воздушных судов, требования к их летной годности, типовые профессиональные программы в области подготовки авиаспециалистов», – цитирует Чайку РИА «Новости».
Напомним, самолет Sukhoi Superjet 100 компании «Аэрофлот» сгорел 5 мая при аварийной посадке в Шереметьево, в результате погиб 41 человек. Как уже писала в середине мая газета ВЗГЛЯД, появляется все больше свидетельств того, что причиной катастрофы была ошибка экипажа.
Так, телеканал НТВ ранее опубликовал видео аварийной посадки – и на записи видно, как лайнер несколько раз ударяется о взлетно-посадочную полосу, а затем вспыхивает. Специалисты уже заявляли, что это явление на авиажаргоне называется «прогрессирующий козел» и свидетельствует о грубейших нарушениях, допущенных экипажем при посадке. Подобную ошибку при посадке, как правило, допускают курсанты первого года обучения.
Проверка навыков техники пилотирования на тренажерах и тотальная экономия авиакомпаний на обучении летчиков привели к системному кризису в гражданской авиации. Именно такой вывод можно сделать из слов главного инспектора Инспекции безопасности полетов Ульяновского высшего авиационного училища Виктора Долбилова, который ранее дал интервью газете ВЗГЛЯД.
Президент Шереметьевского профсоюза летного состава (ШПЛС) Игорь Дельдюжов видит проблему в нехватке преподавательского состава: опытные инструкторы уходят на пенсию, а новые не приходят из-за низких зарплат. «Зачастую преподавателями остаются бывшие курсанты», – сказал Дельдюжов газете ВЗГЛЯД.
Впрочем, кое-где проблемы отчасти решаются. В Ульяновском училище недавно закуплены тренажеры для обучения полетам на современных самолетах Airbus A320, Boeing 737, «но преподавателей больше не стало».
«Закупили самолеты – австрийские «Даймонды», но они для первоначального обучения не приспособлены. Маленькие, с пластмассовым корпусом, рассчитаны на опытных пилотов. Самолеты для обучения надо «бить», чтобы учиться исправлять то же «козление», чтобы не было такого, как в Шереметьево. А на «Даймондах» это нереально», – объяснил президент ШПЛС.
В итоге из 200 выпускников училища пилотские свидетельства получают от силы человек 70, а все остальные остаются с дипломом. «Они не отлетали положенные часы и обязаны еще год, а то и полтора, отлетать после окончания училища. Из-за этого многие бросают, им надо устраиваться на работу, жить на что-то... Отсюда возникает дефицит пилотов», – пояснил Дельдюжов.
Сейчас в России осталось два высших летных училища – в Санкт-Петербурге и Ульяновске – и три средних. Все частные училища позакрывали. «Только одному «Аэрофлоту» требовалось в прошлом году, по моим расчетам, 850 пилотов (запрос на 336 пилотов висел прямо на сайте Росавиации, и компания еще докупала 42 самолета). А 850-900 человек – это весь годовой выпуск всех российских училищ», – говорит собеседник.
С тем, что российская авиация переживает непростые времена, согласен и летчик-испытатель, Герой России Роман Таскаев. Он заявил газете ВЗГЛЯД, что госпрограмма по обучению летчиков гражданской авиации должна меняться.
«Необходимо добавить некоторые программы, которые проходят летчики-испытатели. Программы эти достаточно широкие, речь идет об испытаниях на большие скорости, на различные ситуации. Это опыт, который бы очень пригодился. Ощущения на тренажерах и самолетах отличаются. Сейчас, к сожалению, такие программы не используют», – сказал Таскаев.
Он посетовал, что в настоящее время гражданских пилотов готовят в основном на тренажерах. «А на них психологическое состояние совсем другое, чем в полете», – добавил собеседник. При этом система обучения пилотов в России и на Западе схожи, отметил Таскаев. «Там тоже больше обучаются на тренажерах – с целью экономии средств», – пояснил он.
«Во всем мире сегодня утрачен навык пилотирования и визуально, и по приборам.
Летчики разучились летать. Нужно с этим что-то делать!»
– призывает вице-президент профсоюза летного состава России Альфред Малиновский.
«Пилотирование визуально – это когда я вижу землю, небо, облака, деревья. Работа по приборам – когда я ничего не вижу за остеклением кабины, я ограничен видимостью приборной доски, на которой есть только цифры. Мы летали с автопилотами, без компьютерных программ, но приходили к совершенству, получали допуск к полетам при минимальной видимости, в тумане, при видимости 400 метров», – вспоминает Малиновский.
Сегодня в училища поступают по целевому набору из таких авиакомпаний, как «Аэрофлот», S7. Что это за целевой набор? Они предлагают для поступления в училища свой список. У этих «блатных» уровень баллов ЕГЭ заниженный. И выпускают таких придурков-недоучек, которые в школе кое-как учились. 90% из них отсеиваются на первом курсе, но 10% просачиваются, и эти полудурки потом летают», – заявил он газете ВЗГЛЯД.
По его мнению, среди курсантов появилось и слишком много детей высокопоставленных родителей. «В авиации это недопустимо, нельзя этого делать. Это убийцы потенциальные! Мало того, они мешают способным талантливым ребятам, которые рвутся в небо», – возмущается Малиновский.
Игорь Дельдюжов видит один из способов решения проблем с обучением наших пилотов – это более активное сотрудничество летных училищ с авиакомпаниями. По его мнению, компании могли бы, например, за свой счет переучивать перспективных будущих выпускников управлять современными Boeing и Airbus.
«К выпуску из училища такие курсанты подходят уже переученные. Придя на работу, они сразу начинают летать с инструктором. Это дает большую экономию времени при подготовке пилотов. Это хорошая практика, но это работает только в отношении нескольких человек, которых компания берет, всех остальных учить некому. Надо открывать новые курсы в авиакомпаниях, чтобы доводить до кондиции «полуфабрикат» из училищ. Но это дополнительная нагрузка на перевозчиков, в том числе и финансовая», – подытожил Игорь Дельдюжов.