Министр обороны утвердил концепцию совершенствования военно-научного комплекса на период до 2025 года.
Военная наука уже сегодня должна не только обозначить основные угрозы и вызовы безопасности нашей страны, но и дать ответы на то, как этим угрозам противостоять
Замначальника Геннштаба, председатель Военно-научного комитета генерал-лейтенант Игорь Макушев заявил, что документ предусматривает комплекс мероприятий, направленных на наращивание кадрового потенциала институтов, расширение их возможностей по проведению научных исследований и уточнение тематики этих исследований. Он отметил, что реализация концепции разделена на три основных этапа.
«На первом из них в 2016 году предполагается сформировать основу для дальнейшего развития. В течение года планируется скорректировать направления деятельности институтов и усовершенствовать имеющиеся механизмы подготовки кадров, в особенности гражданских специалистов, чтобы приступить к их реализации на втором этапе», – пояснил замначальника Генштаба, передает РИА «Новости».
В период с 2017 по 2020 год предполагается проведение основных мероприятий концепции – наращивание научного потенциала, модернизация экспериментальной и испытательной базы, а также расширение взаимодействия военных институтов с научными организациями других министерств и ведомств, отметил Макушев.
«Только на третьем этапе, в период с 2021 по 2025 годы, предусматривается возможность реструктуризации военно-научного комплекса, направленной на создание новых научных организаций и структурных подразделений существующих», – сказал председатель ВНК.
На вызовы ответит наука
Основной целью развития военно-научного комплекса в долгосрочной перспективе является создание и реализация опережающего научно-технического задела, гарантированно обеспечивающего военную безопасность и обороноспособность государства, а также высокую боеготовность Вооруженных сил», – заявил он.
«Иными словами, военная наука уже сегодня должна не только обозначить основные угрозы и вызовы безопасности нашей страны, но и дать ответы на то, как этим угрозам противостоять», – пояснил замначальника Генштаба.
Он подчеркнул, что исходя из этих задач формируется тематика исследований, проводимых военными институтами. «Так, на сегодняшний день в число приоритетных научных направлений входит изучение вопросов невоенных способов достижения военных целей и асимметричных ответов на военные действия противника. При разработке вооружения ключевая роль отводится созданию робототехнических комплексов», – рассказал генерал-лейтенант.
«Речь идет прежде всего о появлении таких новых видов войн, как гибридные войны, а с другой стороны, появляется еще такой новый вид войн, как инновационные войны, – сказал газете ВЗГЛЯД эксперт Ассоциации военных политологов Александр Перенджиев. – И на сегодняшний день мы к ним готовимся, а может, в чем-то и ведем. Тем более сейчас на Западе генералы также задумались о том, как эффективнее отвечать России в сфере ведения гибридных и инновационных войн».
По его словам, концепция инновационных войн предполагает создание так называемого умного оружия, которое может выводить из строя технику противника, и более того, обращать его против него. «Это разрабатывается в рамках американской концепции молниеносного удара. В данной ситуации у нас прорабатываются вопросы, как можно отвечать на этот удар и, более того, действовать на опережение. Речь может идти о психологических технологиях, системах воздействия на сознание. По сути, мы сейчас разрабатываем оружие с использованием таких тонких материй, которые раньше считались чем-то вроде фантастики: психотронное, климатическое, тектоническое оружие – все это из области инновационных войн», – отметил эксперт.
Концепция молниеносного удара, которую реализует руководство США, предполагает, что высокоточные средства должны быть способны в течение часа поражать объекты в любой точке мира, и в рамках этой концепции уделяет много внимания разработке гиперзвуковых ракет. Традиционные межконтинентальные баллистические ракеты для подобного применения не очень пригодны, поскольку средства слежения других стран, определяя запуск, не могут классифицировать, снаряжена ракета ядерной боеголовкой или нет. Гиперзвуковые аппараты являются в этой ситуации выходом.
«Для американцев ядерное оружие – это уже оружие вчерашнего дня, поскольку у них есть огромное превосходство в обычных высокоточных средствах поражения, – сказал газете ВЗГЛЯД главный редактор журнала «Национальная оборона» Игорь Коротченко. – Поэтому они заинтересованы в сокращении арсенала всех ядерных государств, прежде всего, конечно, России. У России другая концепция: мы строим систему воздушно-космической обороны на основе С-500, чтобы нивелировать превосходство США в этой сфере. С-500 будет предназначен в том числе и для перехвата гиперзвуковых ударных летательных аппаратов, которые американцы сегодня испытывают».
Невоенными способами
«Мы видим, что зачастую военных целей пытаются достичь невоенными способами, – сказал газете ВЗГЛЯД редактор журнала «Арсенал Отечества» Виктор Мураховский. – Кстати говоря, в национальной военной доктрине США уделяется внимание таким методам, в частности работе в киберпространстве, в информационном пространстве, работе с элитами, лидерами».
В конце 2014 года американские генералы опубликовали новую концепцию «Победа в сложном мире» (Win in a Complex World), где подробно анализируются действия Российской армии и российского государства во время крымских событий и делается вывод, что здесь есть чему поучиться.
«Россия развернула и сосредоточила дипломатические, информационные, военные и экономические усилия, чтобы провести то, что некоторые эксперты называют «нелинейными операциями», – говорится в документе. В нем отмечается, что Россия провела операцию, не перейдя грань, которая потребовала бы ответа со стороны НАТО. «Кроме того, Россия использовала возможности киберпространства и социальные сети, чтобы оказывать влияние на восприятие событий в стране и за рубежом и обеспечивать прикрытие широкомасштабных военных операций», – пишут авторы концепции.
Одним из краеугольных камней предлагаемой концепции является предложение интеграции усилий военных с дипломатами, сотрудниками ООН, активистами международных организаций, таких как «Врачи без границ», зарубежными партнерами, то есть речь идет о том, что военные вообще не должны действовать отдельно от политиков, дипломатов, международных организаций, спецслужб и т. д. – как отмечали эксперты, отсутствие этого как раз и привело к тому, что военные успехи США в Ираке и Афганистане были сведены на нет.
Объединение роботов
Что касается робототехнических комплексов, на которые решили сделать ставку российские военные, то Мураховский отметил, что они уже сейчас играют большую роль в боевых действиях. «Если мы посмотрим на беспилотные летательные аппараты – типичный пример робототехнических комплексов – многие из них работают автономно, – сказал он. – Сейчас речь идет уже о создании систем комплексов такого рода. Это называется «рой» или «стая», которая под руководством искусственного интеллекта принимает определенные боевые порядки, решает определенный круг задач. Сейчас энергично развиваются наземные, надводные и подводные робототехнические комплексы. И видно, что это будет одним из основных трендов на развитие военной техники в ближайшей и среднесрочной перспективе».
«Кроме того, элементы искусственного интеллекта начинают пробивать себе дорогу в виде системы поддержки принятия решений в автоматизированных системах управления войсками», – добавил он.