Следователи СК завершили расследование аварийного пуска ракеты-носителя «Протон-М» с блоком из трех космических аппаратов «Глонасс-М», состоявшегося в июле позапрошлого года.
Сотрудник военного представительства не присутствовал при этом, и приборы были установлены без соответствующего контроля
Фигурантами уголовного дела стали сотрудники ГК НПЦ им. М. В. Хруничева: электромонтажник специзделий Денис Гришин, мастер Александр Николаев и контролер Диана Гудкова. Им предъявлены обвинения в нарушении правил безопасности при ведении иных работ, то есть по ч. 1 ст. 216 УК РФ. Кроме того, обвинение по ч. 1 ст. 293 УК РФ (халатность) предъявлено начальнику 1653-го военного представительства Минобороны России Марату Насибулину.
По версии следствия, обвиняемые Гришин, Николаев и Гудкова в 2011 году занимались установкой на ракету-носитель «Протон-М» датчиков угловых скоростей в канале рыскания.
«В результате нарушения ими технологической дисциплины, предусмотренной конструкторской и технологической документацией, эти датчики были установлены неправильно (с поворотом на 180 градусов от штатного положения). Это исказило работу системы управления ракеты-носителя, вызвало ее падение и разрушение. В рамках расследования обвиняемые Гришин и Николаев частично признали свою вину в совершении преступления», – говорится в сообщении ведомства.
«В свою очередь Насибулин, руководствуясь тем, что на протяжении длительного периода времени при установке указанных приборов нарушений не выявлялось, а также в связи с сокращением штата сотрудников исключил операцию контроля установки приборов из соответствующего перечня. В результате сотрудник военного представительства не присутствовал при этом, и приборы были установлены без соответствующего контроля. В результате совершения этих преступлений государству причинен ущерб на сумму более 5 млрд рублей», – сообщили в СК.
По мнению следователей, действия обвиняемых напрямую связаны с аварией – «Гришин, Николаев некачественно выполнили работу, то есть создали условия для аварии». Гудкова и Насибулин фактически являлись конечным звеном в этом процессе и обязаны были устранить эти условия, но ничего не сделали, считает следствие. В ведомстве отметили, что последующий контроль уже не позволил бы выявить ошибки в установке приборов, и предотвратить неисправность можно было только на этапе работы в 2011 году.
В то же время руководитель Московского космического клуба Иван Моисеев считает, что дело не только в работе рабочих, и ответственность лежит не только на фигурантах уголовного дела. «Здесь, конечно, исполнители плохо сработали, потому что они видели, что что-то не так происходит, надо было спрашивать, проверять, а они махнули рукой, – сказал он газете ВЗГЛЯД. – Но вообще такие вещи должны не допускаться на уровне конструктивном, технологическом. Это называется технологическая надежность – когда невозможно сделать неправильно. Это современный подход. Раньше было не так, технологи не очень задумывались о возможности ошибок. И вообще вся технологическая цепочка должна быть построена на принципе, что невозможно сделать неправильно»
Если же говорить о системе управления на предприятии, то, по мнению эксперта, «здесь все очень далеко уходит». «Не знаю, можно ли найти ответственных за неграмотное технологическое решение», – сказал Моисеев, намекнув на то, что даже если их найдут, то вряд ли привлекут к ответственности.
По его мнению, проблемой является не сама по себе неопытность многих сотрудников, а технологическая дисциплина и технологическое мышление, «которое у нас деградирует». «Потому что мы давно уже сами ничего не делаем такого, все импортируем, и привычка критически осмысливать то, что делается, как-то уходит. Чем дальше, тем больше», – заключил он.
Падение авторитета
Вице-премьер Дмитрий Рогозин демонстрировал большое удивление: как можно было допустить неправильную установку датчика на серийной ракете? Он сравнил специалистов Центра им. Хруничева с русским персонажем американского фильма-катастрофы «Армагеддон». «Значит, получается, правы создатели фильма «Армагеддон», где наш космонавт Андропов в ушанке летает по космической станции и кувалдой устраняет недочеты», – сказал Рогозин.
В то же время тогдашнее руководство Роскосмоса заявляло, что считает виновниками аварии не столько рабочих, сколько конструкторов, не предусмотревших возможность неправильной установки датчиков угловых скоростей, притом что, как отмечал глава ведомства Владимир Поповкин, конструкторы были «единственные люди, которые знали, что проверить установку физически невозможно».
Трое сотрудников, которых привлекли к ответственности, не признали своей вины. По их словам, они делали все операции согласно технологическим картам. Рабочий, непосредственно занимавшийся установкой, лишь незадолго до этого окончил колледж. Эту работу он выполнял во второй раз.
Член-корреспондент Российской академии космонавтики Юрий Караш не согласен с тем, что в конструкцию корабля надо закладывать «защиту от дурака». «Как так получилось, что вчерашнего выпускника колледжа поставили работать на такой ответственный участок, как сборка ракеты-носителя? – задался он вопросом в интервью газете ВЗГЛЯД. – Совершенно очевидно, что в последней аварии «Протона» тоже виновата плохая работа кого-то на конвейере – и что теперь, надо разрабатывать «Протон» как головоломку, в которой каждый элемент может быть поставлен только в определенном положении? Я уверен, что конструкторам и в голову не приходило, что на сборочную линию поставят вчерашнего выпускника колледжа. Это техника, которая разрабатывалась с расчетом на то, что ее будут изготавливать рабочие, слесари, монтажники высокой квалификации».
На этот счет Следственный комитет также сделал в среду замечание, отметив, что в 2009–2011 годах в центре произошло увеличение доли малоопытных сотрудников с одновременным ростом количества сотрудников предпенсионного возраста. «Причем все это происходило в условиях роста объема производства, увеличения количества заказов. Эти факторы тоже повлияли на качество производимых в центре работ. Если смотреть более глубоко на эту проблему, то причиной, способствовавшей аварии, конечно же, является падение авторитета рабочих профессий, который произошел в 1990-е годы, и последовавший за этим дефицит высококвалифицированных кадров», – заявили в СК.
Системные проблемы
Центр им. Хруничева постоянно в последнее время упоминается в скандальном контексте. В прошлом на предприятии сменилось руководство. После проведенной инвентаризации была выявлена недостача по материалам и основным средствам на общую сумму 7 миллиардов 300 миллионов рублей.
Следователи СК ведут уголовное дело о махинациях на предприятии, в понедельник был арестован первый фигурант.
Расследуется авария ракеты «Протон-М» с мексиканским спутником, произошедшая 16 мая.
На прошлой неделе Дмитрий Рогозин обвинил руководителей предприятий космической отрасли в моральном разложении и возмутился низкими зарплатами в Центре им. Хруничева. «Когда я впервые приехал в Центр Хруничева, я узнал, что зарплата составляет 25 тысяч рублей. Какое качество мы можем требовать? На предприятии в основном работают молодые люди из дальнего Подмосковья, которые живут в общежитии. Если мы не поднимем зарплату на предприятии, никакого качества мы не получим», – заявил вице-премьер.
В то же время эксперты неоднократно высказывали газете ВЗГЛЯД мнение, что аварии старых, проверенных временем аппаратов, случающиеся в последние годы, связаны не с конструктивными недоработками, а с браком на производстве. А это, в свою очередь, связано с кадровыми проблемами, накапливающимися с 90-х годов: во-первых, в те годы молодые специалисты не шли на предприятия, во-вторых, сейчас, как упоминал Рогозин, в отрасли низкие зарплаты и, как следствие, низкая квалификация работников, и в-третьих – работа на предприятиях космической промышленности с начала 90-х и до сих пор не считается достаточно престижной, чтобы туда шли лучшие из лучших.