Во вторник министр иностранных дел Сергей Лавров сообщил, что эксперты из России и США в ближайшие дни подготовят и озвучат предложения о механизме ликвидации сирийского химического оружия.

По штукам вам сейчас никто ничего сказать не сможет, потому что инвентаризация не проводилась

Также Лавров отметил, что Россия готова участвовать в обеспечении безопасности специалистов Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО), которые должны быть направлены в Сирию для ликвидации химоружия, передает РИА «Новости».

Накануне стало известно, что Москва и Вашингтон готовы профинансировать ликвидацию арсенала сирийского химического оружия, но стороны надеются, что к операции подключатся и другие страны. При этом инициаторы этого процесса надеются, что уничтожение химического оружия в Сирии будет завершено к середине 2014 года.

Интересно, что американцы оценивают эту операцию сравнительно недорого – в 150 млн долларов. Россия уверена, что итоговая сумма будет выше.

Называются и вовсе огромные цифры. Так, по мнению эксперта в области оружия массового поражения и директора программ неправительственной организации Green Cross Пола Уокера, ликвидация химического оружия Сирии потребует не меньше 1–2 млрд долларов.

А газета ВЗГЛЯД попросила оценить эти планы специалиста по химическому оружию, доктора медицинских наук, главного научного сотрудника ИМЭМО РАН Наталию Калинину.

ВЗГЛЯД: Наталия Ивановна, как технически происходит уничтожение химического оружия, на каких площадках, сколько это стоит? И применительно к сирийской ситуации – каким образом можно уничтожить оружие в таких объемах?

Наталия Калинина: По конвенции – а Сирия присоединилась к конвенции по уничтожению химического оружия – такое уничтожение должно проводиться на специально построенных объектах. Как вариант, ряд стран могут скинуться для этого финансово. Есть, например, такая «группа восьми», и в рамках этой группы действует программа по нераспространению оружия массового уничтожения. Она хорошо финансируется, многие страны выделили на нее существенные средства – более 10 млрд долларов. Поэтому вполне реально направить средства для строительства сирийских объектов по утилизации химоружия, используя механизм этой программы.

ВЗГЛЯД: А опыт строительства таких объектов у кого самый большой: у россиян, у американцев?

Н. К.: Таким опытом обладают многие страны, где есть химическое оружие. И у американцев, и у России он есть. Мы уже построили практически семь объектов, поэтому с этим проблем не будет, если сирийская сторона и Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО) согласуют сроки и масштабы соответствующих работ. В крайнем случае, хотя таких прецедентов еще не было, возможен вывоз химоружия с территории Сирии на территории каких-то других стран, где уже есть готовые объекты по его уничтожению. Но это очень сложная процедура.

ВЗГЛЯД: В чем основная сложность?

Н. К.: Потребуется принятие специальных законов, позволяющих вывозить такие грузы. К примеру, если рассматривать возможность вывоза оружия в Россию, то это можно будет сделать только после принятия соответствующего закона, заключения специального соглашения между странами и только после согласия того региона, куда эти чужеродные боеприпасы отправятся. И, безусловно, эта ситуация вызовет протесты местного населения. В свое время, когда принимались решения о строительстве объектов по утилизации химоружия в России, народ уже резко выступал против. Можно сказать, что ввоз в Россию теоретически возможен, но это будет очень долгая процедура с большими политическими и экономическими проблемами.

ВЗГЛЯД: А в какие регионы России теоретически мог бы отправиться такой груз?

Н. К.: Все зависит от того, какие виды этих вооружений обнаружат в Сирии. Сначала власти этой страны должны обеспечить доступ к своим объектам, должна быть проведена их полная инвентаризация. Какие там виды вооружений, в каком они состоянии, никто не знает. Может быть и такое, что какие-то боеприпасы пролежали на складах не один десяток лет, их техническое состояние не позволяет их никуда перевозить. То есть нужно разбираться в каждом конкретном случае.

Если решение перевозить оружие в Россию все же будет принято, я думаю, сюда повезут только те виды боеприпасов, технология уничтожения которых уже была апробирована в нашей стране.

ВЗГЛЯД: А технически как может происходить перевозка столь опасного груза на столь большие расстояния: на корабле, поезде, самолете?

Н. К.: Скорее всего, это будет морской путь до территории России, а дальше уже железнодорожным транспортом. Для этого должны использоваться специальные контейнеры, которые бы обеспечили полную безопасность перевозки, должны быть приняты особые меры по охране груза.

ВЗГЛЯД: А что вы думаете о цене уничтожения сирийских боеприпасов? Зарубежный эксперт Пол Уокер, к примеру, назвал цифру в 1–2 млрд долларов.

Н. К.: Я думаю, не меньше. Это самая маленькая цена, которая называется. И учитывая опыт Уокера – а я его знаю – думаю, его оценкам вполне можно доверять. Но это только если говорить об уничтожении боеприпасов на месте. Если же брать вариант с их перевозкой куда-то, то это уже будет совершенно фантастическая цена.

ВЗГЛЯД: А о каких масштабах, объемах, каком количестве штук боеприпасов идет речь?

Н. К.: По штукам вам сейчас никто ничего сказать не сможет, потому что инвентаризация не проводилась. Называются совершенно такие диапазонные цифры. Кто-то говорит, тысяча тонн, кто-то говорит, гораздо больше. То есть пока это совершенно открытый вопрос.

Отмечу также, что есть виды химического оружия, которые достаточно легко можно уничтожить даже на месте, даже с помощью специальных мобильных установок. Кстати, в прессе проходила информация, что у России есть такие установки, своего рода машины для уничтожения боеприпасов. Но они могут быть задействованы лишь для уничтожения каких-то небольших запасов и боеприпасов небольших размеров.