Года не хватает
Это популистское заявление, более того, оно преждевременно и ставит в неудобное положение новое руководство Минобороны
В четверг политические и военные деятели начали бурно обсуждать вопросы сроков службы по призыву. Глава комитета Госдумы по обороне Владимир Комоедов заявил, что года, в течение которого призывники проходят службу, недостаточно, чтобы сделать из них солдат. По мнению Комоедова, сокращение срока службы было политическим решением, которое «плохо влияет на боеготовность армии».
В Генштабе сообщили, что таких планов не рассматривают и даже выходить с такими предложениями не собираются, но если соответствующий законопроект будет внесен в нижнюю палату, против не будут.
Некоторые отставные военачальники идею Комоедова горячо поддержали. Бывший командующий дислоцированной на Северном Кавказе 58-й общевойсковой армией генерал-лейтенант Виктор Соболев считает, что полуторагодичный срок службы – минимальный для подготовки солдат-срочников. «Для того чтобы войска были способны выполнять боевые задачи, считаю, необходимо их обучать в условиях, приближенных к боевым. Сейчас крайне необходимо увеличить срок срочной службы до полутора, а лучше – до двух лет», – сказал генерал «Интерфаксу».
При этом он подчеркнул, что одновременно необходимо увеличить в два раза обучение солдат-срочников в учебных частях. «Для подготовки полноценного военного специалиста – механика-водителя, наводчика-оператора, гранатометчика – крайне необходимо увеличение срока обучения солдат в учебных подразделениях с трех до шести месяцев, как это было до реформы армии», – подчеркнул Соболев.
Бывший начальник Главного управления боевой подготовки Сухопутных войск генерал-полковник Юрий Букреев также считает увеличение срока службы до полутора лет мерой хоть и непопулярной, но необходимой. «При таком сроке службы с призывом и увольнением одной трети военнослужащих каждые полгода сохраняется возможность подготовки солдат-срочников по всем вопросам боевого слаживания», – подчеркнул генерал.
«Военным трудно представить, как за период обучения, а сейчас это три месяца, можно поэтапно, полноценно подготовить солдат и сержантов по военно-учетным специальностям, организовать систематические боевые стрельбы отделений и взводов, провести тактические учения в масштабе рот, батальонов и бригад. И это все необходимо провести, как правило, при неполной укомплектованности частей и соединений и 50-процентной ротации личного состава подразделений каждые полгода», – сказал он.
Генерал-полковник Анатолий Ситнов, занимавший в 90-е годы должность замминистра обороны, в интервью газете ВЗГЛЯД пошел дальше: «Можно было бы увеличить срок службы по призыву и до двух лет – техника сложная, и солдат должен владеть этой техникой». При этом он отметил, что для этого необходим ряд условий. «Надо сказать, что образование, среднее и высшее, в такой бедной стране, как наша, должно быть бесплатным. И служить должны все, невзирая на положение, ранг, социальное состояние и т.д. Окончил институт – справедливо 1 год. Не окончил – два года. Но в любом случае, служить надо. Иначе мы превращаемся в стадо баранов – кто свистнул, туда и побежали.
Параллельно, принимая решение об увеличении срока службы, государство должно брать на себя обязанность дать солдату специальность: водитель, вычислитель, оптик, связист и т.д., чтобы он, придя из армии, имел профессию.
И надо прекратить всякие разговоры о том, что можно откупиться! Совесть не откупается», – заявил генерал.
Недореформировали
В настоящее время призывная армия сохранилась в четырех из 28 стран НАТО – Греции (срок службы – год), Турции (15 месяцев), Эстонии (8 месяцев) и Норвегии (формально 19 месяцев, в действительности сроки могут быть меньше). В прошлом году на контрактный принцип комплектования перешли в ФРГ, теперь в Бундесвере служат профессиональные военные и добровольцы, срок службы которых составляет от года до 23 месяцев.
В России о профессиональной армии говорилось на высшем уровне с начала 90-х годов, обещали даже, что к 2000-му призыв будет отменен. Однако назначенный в 2001 году министр обороны Сергей Иванов развеял иллюзии, заявив, что, проанализировав зарубежный опыт, руководство решило остановиться на смешанном принципе комплектования. Тем не менее, при нем началось выполнение Федеральной целевой программы «Переход к комплектованию военнослужащими, проходящими военную службу по контракту, ряда соединений и воинских частей» на 2004–2007 годы. На это мероприятие предполагались затраты в размере 68 422,22 млн рублей, а с учетом МВД и ФСБ, где также предусмотрена военная служба, – 79 091,65 млн рублей в ценах 2003 года.
Замысел предполагал, что создаются так называемые части постоянной готовности, полностью укомплектованные техникой и солдатами-контрактниками, именно они при необходимости и привлекаются для выполнения боевых задач, а в остальных формированиях служат призывники. В прославленных подмосковных Кантемировской танковой и Таманской мотострелковой дивизиях это выглядело следующим образом: один или два полка становились частями постоянной готовности, постоянно занимались боевой подготовкой, в них приезжали знакомиться с новыми веяниями российской армии делегации и высокопоставленные гости. В остальных полках и батальонах все было как раньше, а некоторые из них и вовсе были частями сокращенного состава (только техника и некоторое количество военнослужащих для ее обслуживания).
Привлечение в армию контрактников было объявлено руководством военного ведомства задачей государственной важности. По ТВ были запущены рекламные ролики, но молодые люди шли в военкоматы неохотно. Решать проблему комплектования частей пришлось их командирам. Поступали просто: в части, которая должна была стать контрактной, проводилась массовая работа с призывниками, отслужившими хотя бы по полгода. Кто-то заключал контракт, предпочтя дослужить три года за деньги, чем полтора года бесплатно, кого-то просто заставляли это делать угрозами перевести на службу в глухой далекий гарнизон. Так за счет срочников, внезапно ставших контрактниками, командиры отрапортовали, что задача комплектования решена.
Проблемы наступили через несколько лет, когда выяснилось, что, прослужив три года, личный состав массово увольняется и желающих подписывать второй контракт практически нет. Осложняло ситуацию и то, что подходящей инфраструктуры для контрактников так и не построили, а взрослых людей, у многих из которых семьи, перспектива жить в перестроенных казармах (благозвучно названных «общежитиями кубрикового типа») не прельщала.
Но к тому моменту, когда командиры столкнулись с этими трудностями, у руля был уже министр Анатолий Сердюков, начавший преобразовывать дивизии в бригады, и голова у начальников начала болеть уже о другом. А Сердюков и начальник Генштаба Николай Макаров в начале 2010-го открестились от реформ 2000-х годов, прямо заявив, что ФЦП была провалена. «Допущено было очень много ошибок, и та задача, которая ставилась, – построение профессиональной армии – решена не была. Поэтому было принято решение, что служба по призыву должна остаться в армии», – говорил Макаров. «Нас результаты этой программы не удовлетворили. Мы несколько недооценили ситуацию в части – кто должен переходить на контракт, на каких условиях, под какие денежные содержания», – подвел итоги Сердюков.
Два выхода
«Одним из существенных компонентов реформы армии является переход на контрактный принцип комплектования, – отметил в интервью газете ВЗГЛЯД координатор общественной инициативы «Гражданин и армия» Сергей Кривенко*. – Эта задача была поставлена еще в 1992 году, когда создавались Вооруженные силы России. В ноябре 1992 года было постановление правительства по строительству Вооруженных сил, подписанное президентом. И эта задача была так и сформулирована: основной целью является построение небольшой, профессиональной, компактной армии, в основном, на добровольном принципе комплектования. Следующие 16 лет, до 2008 года, были попытки реформирования, но они, к сожалению, не удались. Тем не менее, все три президента ставили задачу создания профессиональной армии и от нее не отходили. Просто идет спор о сроках, когда это будет».
#{weapon}«Это было никакое не политическое решение, – возражает Кривенко Комоедову. – Оно было связано с выполнением Федеральной целевой программы 2004–2007 годов, когда правительство поставило перед Министерством обороны задачу создать части постоянной боевой готовности и наполнить их контрактниками. Ставилась задача половину всей армии сделать контрактной. И именно эти части должны были обеспечивать безопасность нашей страны. А срок службы по призыву сокращался до одного года, и менялся ее смысл: ребята должны были просто получать военно-учетную специальность, проходить первичное обучение. По окончании шести месяцев им предлагалось идти на контракт, и, если они соглашались, их направляли в реальные боевые части, которые должны были быть сформированы из контрактников. Если не соглашаются, они дослуживают свой год, получают специальность и уходят на «гражданку». Очень хорошая модель, она решает многие проблемы. Но, к сожалению, этой модели достичь не удалось, ФЦП была провалена, можно сказать, даже, я считаю, просаботирована рядом генералов, об этом уже заявлял и Сердюков в феврале 2010 года, и президент об этом говорил. То, что не удалось это все сделать, – огромная наша беда. И пришлось ребят, проходящих год службы по призыву, направлять после учебных частей и в реальные боевые. Конечно, за год подготовить грамотного специалиста нельзя».
«Из этой ситуации есть два выхода: либо продолжить переход на контракт, либо возвращать призыв и увеличивать срок службы, – считает эксперт. – Идет борьба между этими тенденциями. Но президент и правительство выбрали первый путь. В прошлом году была поставлена задача формирования корпуса контрактников к 2016 году и доведения его до 425 тыс. человек, которые будут занимать основные должности, обеспечивать боеготовность войск. После 2016 года, сказал президент, призыв будет сокращаться».
«Ряд экспертов сетуют на то, что у нас должна быть миллионная армия, и сейчас у нас нехватка 200–250 тыс. человек. Это действительно так. Суммарная численность армии – около 750 тыс. Но я считаю, это не проблема. В ближайшее время нашей стране никаких войн не светит. Министр иностранных дел недавно четко заявил, что у России врагов нет. Угрозы есть, но врагов нет. А угрозы можно парировать и другими методами, не только военными. Таким образом, сейчас есть время на создание профессиональной мобильной армии», – заключил Кривенко.
Президент Академии геополитических проблем генерал-полковник Леонид Ивашов также обращает внимание, что «попытка укомплектовать должности сержантов и специалистов контрактниками провалилась», в связи с чем ситуация с призывом, по его мнению, сейчас «критическая», в том числе, и по причине годичного срока службы.
За год подготовить солдата, в принципе, можно, если не отрывать его от боевой подготовки
«Нужно обсудить, – прокомментировал он предложение Комоедова. – Но не просто увеличивать срок. Из 23 трлн рублей, которые предназначены на реформирование и перевооружение, нужно значительную часть выделить на создание современной технической тренажерной базы, чтобы ребята занимались не примитивными методиками, а готовились на тренажерах. Кроме того, нужно на научно-педагогической основе разработать новые методики боевой подготовки. Существующие уже устарели».
«За год подготовить солдата, в принципе, можно, но если не отрывать его от боевой подготовки, если он имеет хорошую материальную базу, и на его подготовку выделяется достаточный объем моторесурсов, боеприпасов и т.д. Но это, скорее, будет похоже на натаскивание, тем более что с материальной точки зрения сегодня вряд ли мы можем за год его подготовить. Если мы параллельно сможем решать все эти вопросы, то через какое-то время можно опять вернуться к годичному сроку службы, но при условии, что у нас будет значительный призывной контингент, что мы привлечем значительное число контрактников, восстановим институт прапорщиков (мичманов) и введем допризывную подготовку», – считает Ивашов.
«Путин пообещал – Путин сделал»
Между тем высокопоставленный источник «Интерфакса» в Кремле высказал недоумение по поводу высказывания Комоедова. «Подобных планов однозначно нет», – сказал он. Источник напомнил, что еще до 2005 года Владимир Путин обещал сокращать срок службы в армии, и планомерно он уменьшался сначала с двух до полутора лет, а затем с полутора лет до года. «Таким образом, обещания Путина были выполнены, никто менять их не собирается», – сказал собеседник агентства. «В стратегическом плане ориентир сохраняется – это постепенный переход на контрактную систему с сохранением призыва», – добавил источник.
После этого Комоедов сообщил, что постановка вопроса о продлении срока является его личной позицией.
Глава комиссии Общественной палаты по национальной безопасности Александр Каньшин считает, что политическим было не решение сокращать срок службы до года, а заявление Комоедова. «Я считаю, что это популистское заявление, более того, оно преждевременно и ставит в неудобное положение новое руководство Минобороны и оказывает на него психологическое давление, – сказал Каньшин газете ВЗГЛЯД. – Сейчас я бы воздержался от таких заявлений, при всем уважении к адмиралу Комоедову. Нужно дать и министру Шойгу, и его заместителям возможность разобраться, в чем мы идем правильно по пути реформ, а где нужно внести корректировки».
«Нужно быть в теме»
«Это генеральское лобби: пока у нас существует всеобщая воинская обязанность, вместе с этим организовывается большое количество военачальников, которых мы должны кормить, поить и одевать. Ничего общего эта армия с обороноспособностью нашей страны не имеет», – сказал газете ВЗГЛЯД вице-президент Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» Алексей Филатов.
«Призывную армию можно рассматривать только с одной точки зрения: человек пришел, поварился в этом соку и сказал «армия – это для меня, хочу лучшую часть жизни отдать службе». И идет в профессиональную армию», – продолжил он.
По его мнению, нет никакой разницы, год или полтора служит призывник: «Этих солдат нельзя послать ни в какую «горячую точку», можно вспомнить, например, грузино-осетинский конфликт. Не будет такой ситуации, чтобы эти дети куда-то пошли, как в 41-м году, рыли окопы и воевали. Нам не нужно обучать все население мотать портянки и стрелять из автомата Калашникова, тратить на это деньги. Нам нужно, чтобы у нас было мало войск, но чтобы они были боеспособны. У нас в спецназе есть понятие «молодой специалист». Человек приходит, уже где-то прослужив, капитаном стал, но пока его три года по полям не погоняют, пока он на второй линии обороны не постоит в боевых операциях, его считают молодым сотрудником. Чтобы эффективно воевать, нужно в этой теме быть постоянно».
«Мое личное убеждение: то, что утверждают господа генералы, – что нам необходимо, чтобы все наше мужское население несло воинскую обязанность и чтобы все умели воевать – бред. Ситуация в мире настолько изменилась, что если будет война, в ней смогут воевать только специалисты, которые подготовлены не за год и не за полтора», – заключил Филатов.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом