Пристальное внимание к деятельности Следственного комитета при Генпрокуратуре со стороны других ведомств и российской общественности сохраняется на протяжении последнего полугода. Комитет существует всего семь месяцев, однако его полномочия и возможности гораздо шире, чем у других органов обеспечения законности.
Шокировала сумма, в которую оценили жизнь высокопоставленного лица: 20 тысяч рублей – «командировочные», еще 70 тысяч – гонорар
Как утверждает глава Следственного комитета Александр Бастрыкин, ведомство уже доказало свою состоятельность. За последние несколько месяцев им были выявлены сотни случаев коррупции и раскрыты громкие уголовные дела.
«Более 500 чиновников из средних и высших эшелонов власти, привлеченных к уголовной ответственности – таков итог всего лишь нескольких месяцев, – подчеркнул Бастрыкин в ходе состоявшейся пресс-конференции. – Мы будем продолжать борьбу с коррупцией, невзирая на чины и звания. Несмотря на инсинуации, провокации, давление, которое оказывается на следственные органы. То же самое касается и хищения бюджетных средств. Россию разворовывают, и с этим нужно что-то делать».
В качестве примера того, как обстоят дела, Бастрыкин привел случай, когда Министерство финансов более полугода не отвечало на письмо Счетной палаты о вскрытом нарушении, и было вынуждено сделать это лишь после обращения в Следственный комитет.
Не лучше, по его словам, выглядит ситуация и в правоохранительных органах. «В стране просто объявлена война против детей. Мы встречали возмутительные случаи, когда серийные дела об убийствах детей скрывались, – рассказал Александр Бастрыкин. – Методика сокрытия очень проста. По городу идет серия убийств детей, но ее не объединяют в серию. Дела «распихиваются» по районным прокуратурам и там благополучно хоронятся».
В ближайшие годы Следственный комитет намерен вплотную заняться всеми случаями правонарушений, и в первую очередь обратить внимание на властные органы. При этом, по словам Бастрыкина, постоянная проверка будет происходить и внутри самого Комитета.
В данный момент уже заведено семь уголовных дел на следователей, нарушивших свои должностные полномочия. При этом не исключается и создание внутренней службы расследований, которая будет внимательно следить за добросовестностью сотрудников Комитета.
Комментируя самые большие удачи своего ведомства, Александр Бастрыкин отметил раскрытие убийства саратовского прокурора Евгения Григорьева: «Преступление было раскрыто всего за три недели. Мы установили группу лиц исполнителей и организаторов. Сейчас идет поиск заказчиков. При этом шокировала сумма, в которую оценили жизнь высокопоставленного лица: около 20 тысяч рублей составили «командировочные расходы» и еще 70 тысяч – гонорар за убийство».
Также не прошел глава Следственного комитета и мимо взрыва «Невского экспресса». В настоящее время под арестом по делу находятся трое жителей Ингушетии – Саланбек Дзахкиев, Амирхан и Макшарип Хидриевы. При этом следствию известно, где может находиться исполнитель теракта.
«Мы знаем, где его искать», – сказал Бастрыкин. Он подчеркнул, что, если исполнитель будет задержан в ближайшее время, то уголовное дело в отношении его и других соучастников преступления направят в суд. Если же задержать его не удастся, то в отношении трех задержанных дело будет выделено в отдельное производство и направлено в суд.
Любопытно, что в ходе расследования теракта следователи прибегали и к нестандартным методикам. При помощи гипнотизеров они смогли получить от свидетелей номер автомобиля, который использовали злоумышленники. Этот же способ следствие намерено применить в расследовании убийства главы ГТРК «Дагестан» Гаджи Абашилова.
«Там есть неплохие результаты первоначальных следственных действий. Сегодня я разговаривал по телефону с Дагестаном, они попросили помощи – направить специалистов по воссоздании памяти», – поделился Бастрыкин.
Кроме этого он признался в личном интересе по поводу раскрытия обстоятельств смерти журналиста Юрия Щекочихина. «Я запросил материалы и принял решение отменить решение районного следственного отдела и направить материалы на новую, уже четвертую по счету, проверку в Московское городское следственное управление Следственного комитета», – отметил Александр Бастрыкин.
В ближайших планах Следственного комитета – создание подразделений по борьбе с коррупцией и экстремизмом. Говоря о проблеме экстремизма в молодежной среде, Александр Бастрыкин в виде наиболее яркого примера привел взрыв в Тольятти. «Молодой человек, заикающийся, одинокий. Мама его одна воспитывала, тянула. Он занимался в колледже и, в конце концов, ушел оттуда, потому что над ним издевались из-за заикания. Он списал рецепт в Интернете, сел в троллейбус и взорвался», – отметил глава СКП, признав необходимость мер против распространения экстремистской информации в Интернете.
«Конечно, мы будем заниматься этими вопросами (борьбой с экстремистскими преступлениями), но никогда тюрьма не решала социальные проблемы молодежи», – заметил он.
Что же касается идеи создания Федеральной службы расследований, то к ней глава Следственного комитета относится настороженно.
«Больше – не значит лучше, – заявил Александр Бастрыкин. – Если мы соберем в следственном органе 120 тысяч сотрудников, то обеспечить высокую эффективность их работы будет сложнее. Политическая подоплека мне неизвестна. В комитет информации о каком-то принятом решении не поступало. Но прежде, чем его принять, нужно внимательно рассмотреть вопрос. Можно взять хотя бы финансовую сторону: наши следователи получают в 2–3 раза больше остальных. Если вводить в структуру следователей из МВД, им также придется повышать зарплату. Та система, которая действует с 1960-х годов, действует неплохо. И менять ее не стоит».
Вместе с тем, Александр Бастрыкин выразил сожаление о произошедших изменениях в отечественной системе судопроизводства. По его мнению, бездумное подражание Западу может привести к серьезным проблемам.
«Нельзя заранее говорить, что следователь должен быть обвинителем, а суд – оправдателем. И следователь, и суд должны быть независимы. В этом смысле, мне не нравится Уголовно-процессуальный кодекс. Раньше в нем было написано, что целью уголовного судопроизводства является установление истины. А теперь суд превратился в арбитра, а целью судопроизводства является победа одной из сторон. То есть процесс, как и в Америке, носит состязательный характер: кто победит – богатый адвокат или плохо подготовленный прокурор», – резюмировал Бастрыкин.
Как самостоятельный орган Следственный комитет при Генпрокуратуре России начал работу в сентябре прошлого года. В штат комитета вошли 12 тыс. следователей, находившихся раньше в подчинении у генерального прокурора. Целью создания ведомства было разделить следственные и надзорные функции Генпрокуратуры.
Александр Бастрыкин напомнил, что с 60-х годов XIX века до 30-х годов двадцатого они были разделены. Их объединили после убийства Кирова, и позднее это способствовало введению репрессий.
«Неверно думать, что теперь функции прокуратуры существенно ограничились. Никто не менял Конституцию, где записано, что прокуратура является высшим органом обеспечения законности и правопорядка в стране. У прокуратуры есть огромное поле деятельности. Она уже успела внести 23 тысячи представлений о нарушении законности нашим следователям, и 18 тысяч из них мы удовлетворили. Конечно, сила привычки очень велика, и мне кажется, здесь возникают скорее психологические проблемы, когда вдруг оказалось так, что прокурор больше не имеет тех широких полномочий, которые он имел. Но психология тоже со временем преодолевается», – подчеркнул глава Следственного комитета.