Бывшего канцлера ФРГ Ангелу Меркель вряд ли случайно откопали из небытия и пригласили на мероприятие газеты Die Zeit. У политиков с таким опытом случайных визитов не бывает, тем более у осторожной Меркель, которая была «мамочкой» для всей Германии.
К концу ее 16-летнего канцлерства у немцев поднакопилось к «мамочке» претензий (буквально как у подростка), но теперь ее эпоху многие вспоминают с теплотой (если не брать в расчет пикейных жилетов и вечных подростков). Это естественно: так же сытно и спокойно, как при Меркель, Германия больше не живет и в обозримой перспективе жить не будет.
Не нужно считать, будто Меркель чем-то особенно хороша, но ей объективно больше, чем нынешнему канцлеру Олафу Шольцу, повезло со временем. Копить жирок и развивать промышленность в условиях особых отношений с Россией и поставок дешевого трубопроводного газа – это одно, а при новой холодной войне – совсем другое: экономический локомотив Евросоюза теперь лидирует по проседанию.
Тем не менее мнение мадам канцлерин по-прежнему имеет вес и может быть вброшено в общественное пространство так, что его станут цитировать по всему белому миру (не путать с белым светом).
В России цитируют в основном то, что, помимо Меркель, регулярно заявляют и другие политики Евросоюза: «в конфликте на Украине Россия не должна победить». Канцлерин действительно так сказала, но на мероприятие Die Zelt пришла не для этого и даже не по нашу душу.
Более того, это тот самый случай, когда высказывание выдернуто из контекста. По сути, Меркель поддержала решение Шольца не поставлять Киеву дальнобойные ракеты Taurus, несмотря на все уговоры и то, что этот вопрос расколол правящую коалицию в ФРГ и заставил правительство идти на досрочные выборы. А ведь Меркель – многолетний лидер той самой партии, которая находится в оппозиции и требует от Шольца отдать украинцам ракеты: ХДС.
По словам бывшего канцлера, она понимает решения канцлера нынешнего. Потому что, с одной стороны, «нельзя дать России победить на Украине», но, с другой – нельзя ввязаться в этот конфликт так, чтобы это угрожало безопасности самой Германии. Примерно теми же словами ситуацию объяснял и сам Шольц.
По итогам выступления Меркель и ее ответов на вопросы сложилось устойчивое впечатление, что всё, сказанное ею, было подчинено двум задачам.
Во-первых, канцлерин защищала свое политическое наследие: сотрудничество с Россией, строительство «Северных потоков», Минские соглашения и отказ от поставок оружия на Украину, который действовал до 2022 года. Все это касается лично Меркель, но не касается постмеркелевской Германии.
Во-вторых, Меркель вела агитацию за одну из партий. И это не ее родной блок ХДС-ХСС, чьим лидером (и наиболее вероятным следующим канцлером) является Фридрих Мерц, а действующая власть – социал-демократы Шольца.
С партийной точки зрения – это пусть завуалированное, но предательство.
А вот с политической и личной точек зрения все довольно логично. Меркель из левоцентристского крыла ХДС (СДПГ Шольца тоже, по сути, левоцентристы), а Мерц – из правоконсервативного. У большинства партий есть какие-нибудь «крылья», но эти двое друг друга терпеть не могут, они враги.
В свое время Меркель выдавила Мерца из политики, и он вернулся только тогда, когда канцлерин ушла на пенсию, а теперь претендует на ее пост. Ей такая перспектива не может нравиться, но она не в силах ее отменить: парламентские выборы 23 февраля наверняка выиграет блок ХДС-ХСС, которому в беднеющей Германии сулят 30% поддержки.
Поэтому Меркель пытаться повлиять на структуру будущей правящей коалиции ФРГ, чтобы проводимая ею политика больше соответствовала ее видению. Метафорически выражаясь, Мерца как канцлера она хочет связать по рукам и ногам.
За две недели до выборов германская политика вертится не вокруг России и Украины, а вокруг скандала в Бундестаге. Вопреки принятым на себя обязательствам, ХДС Мерца проголосовала за резолюцию об ужесточении миграционного законодательства вместе с «нерукопожатной» партией «Альтернатива для Германии». При повторном голосовании левые партии эту резолюцию все равно зарубили, но прецедент был создан: ХДС скооперировалась с АдГ. Или, как это формулируют критики, «снюхалась с фашистами».
Теперь «леваки» пикетируют офисы ХДС-ХСС, а партия Шольца распространяет теорию заговора, согласно которой после выборов люди Мерца окончательно порвут с прежними принципами и создадут вместе с АдГ «ультраправое правительство» по примеру соседней Австрии, которую что-то подобное ждет в скором будущем – коалиция консервативной и националистической партий.
Из этого немцы должны сделать вывод, что они, голосуя не только за АдГ, но и за ХДС Мерца, прокладывают путь во власть новому Гитлеру.
У Мерца, напротив, надеются, что скандал сыграет на руку партии, поскольку в стране подустали от мигрантов, а теперь подуставшие поверят, что в ХДС настроены серьезно и как-то эту проблему решат. Тем более Мерц всегда был сторонником жесткой миграционной политики.
У Меркель позиция по мигрантам, как у Шольца. И по Taurus – как у Шольца. И по отношениям с Россией, как у Шольца. Тотальный бойкот АдГ (так называемый брандмауэр) – это вообще она придумала и в свое политическое завещание включила: никаких, мол, компромиссов.
При этом название партии немецких евроскептиков восходит к фразе Меркель, что евро и Евросоюз – это безальтернативный путь для Германии.
Какая из партий сумела извлечь из скандала больше пользы, покажет голосование 23 февраля. Но Меркель явочным порядком присоединилась к информационной кампании по дискредитации Мерца и АдГ, и все те похвалы, которые она давала политике Шольца, одновременно были камнями в огород Мерца. Новый лидер ХДС хочет проводить совсем другую политику: например, ставить властям России ультиматумы и снабжать ВСУ дальнобойными ракетами. Канцлерин резонно полагает, что Германии это навредит, вот и работает против собственной партии.
Общий расклад сил перед выборами таков, что ХДС-ХСС смогут провести миграционную реформу только в союзе с «недопустимой» АдГ. А при формировании коалиции с «Зелеными» и либералами из Свободной демократической партии (по опросам она на грани попадания в парламент) политика немецкого правительства станет «ястребиной».
А вот в том случае, если младшим партнером ХДС-ХСС станет СДПГ Шольца,
Мерцу придется отказаться от множества идей – и по мигрантам, и по России, и по Украине, и по пересмотру наследия Меркель.
Меркель сама не раз управляла такой коалицией, где младшим партнером являются социал-демократы, а в случае с Мерцем СДПГ уравновесила бы все то, что Меркель в предложениях вероятного будущего канцлера не нравится.
Таким образом, ее предвыборный выход стал не столько пятиминуткой ненависти в отношении России (Меркель в основном оправдывала совместные проекты РФ и ФРГ), сколько стрельбой по своим, чтобы Германия не ушла резко вправо и не опустилась до военных провокаций.
Для Меркель Россия враг, но опыт – бесценная вещь. А 16-летний опыт канцлера подсказывает, что обострять конфликт с Россией за немецкий счет – это очень плохая затея.