«То, что они хотят сделать, это поднять градус настолько, чтобы показать, что Запад будет колебаться в вопросе поддержки Украины, что они на самом деле не считают нас партнером. Это своего рода испытание».
Этот комментарий президента Украины Владимира Зеленского журналу Time призван объяснить пропагандистские утверждения Киева о том, что Россия ответственна за текущее обострение в Донбассе и готовит новое наступление на Украину. На дворе уже не 2014 год, и многие из тех, кто верил тогда Киеву на слово, теперь так не делают и даже переспрашивают – а зачем России такая война? Зеленский объясняет: чтобы показать, что Запад Украину не поддерживает. Ничего умнее в его офисе придумать не смогли.
Это, впрочем, простительно: задача у украинских пропагандистов тяжелая. Ведь за обострение ответственна именно Украина, точнее, технологи Зеленского и некоторые пассионарии на передовой, а больше эта война никому не нужна, наоборот – она крайне нежелательна. Для российских интересов в том числе.
При президенте Порошенко каких-либо объяснений западные СМИ от Киева практически не требовали. С больной головы на здоровую тема обострений переносилась через утверждение, что в России спят и видят, как бы захватить Украину и присоединить к своей «империи». Публичному имиджу Зеленского подобная бредятина не слишком хорошо подходит, но главное в ней то, что она теперь мало на кого работает – разве что на поляков и прибалтов. Вот и приходится выкручиваться.
В реальности, провоцируя обострение в Донбассе и сваливая вину за это на Россию, Киев преследует несколько целей. Программа-минимум – перед лицом внешней угрозы сплотить население вокруг теряющего рейтинг президента и выцыганить у западных стран еще какую-нибудь поддержку.
Более амбициозная цель – изменить линию фронта и перезапустить конфликт так, чтобы соглашения о прекращении боевых действий (более известные как Минские соглашения) были отменены явочным порядком и потребовалось бы заключать новые. Те, которые есть, Украина имплементировать не собирается – эта идея крайне непопулярна в обществе и по сути означает капитуляцию перед Донбассом, который получит автономию значительно большую, чем просил до войны.
Наконец, программа-максимум – или втянуть российскую армию в конфликт, или убедить всех на Западе, что она в этот конфликт втянулась.
Тогда можно будет уговорить Запад (в первую очередь – администрацию Джо Байдена, во вторую – Берлин и Париж) на введение против Москвы давно анонсированных «суперсанкций». Эти санкции настолько «супер», что больно ударят и по самому Западу (против такого обсуждаемого сейчас сценария, как санкции против суверенного долга РФ в рублях, выступало даже министерство финансов США), поэтому «уважаемые партнеры» пока что на них не соглашаются, но в случае войны, глядишь, согласятся. Тогда российская валюта рухнет, и всей Украиной можно будет отпраздновать то, что у соседа корова сдохла.
Как бы там ни было, риск нового конфликта к настоящему моменту снизился. Еще недавно военное развитие событий казалось высоковероятным (и вот почему), теперь так уже не кажется, накал спал. Это произошло после того, как лидеры России, Германии и Франции щелкнули Зеленского по носу, обсудив судьбу Украины без Украины, а Джо Байден, наоборот, наконец-то позвонил Зеленскому и, вполне возможно, категорично отсоветовал зачинать сейчас полноценную войну (у Байдена сейчас других проблем по горло, а готовой стратегии по действиям на российско-украинском направлении нет до сих пор).
После этого украинские представители в группе по урегулированию вдруг пересмотрели свою линию на полный выход из переговоров под надуманным предлогом и подтвердили действие мирных договоренностей, достигнутых летом прошлого года. Следом за этим прозвучало несколько заявлений на разных уровнях (ВСУ, СНБО, Верховная Рада, правительство, офис Зеленского) о том, что военное решение проблемы Донбасса сейчас не рассматривается. Так кризис перестал быть острым.
Это, безусловно, хорошая новость. Потому что России новая война в Донбассе не нужна. По тем же причинам, по каким она нужна Зеленскому, хотя есть и другой взгляд на проблему. Мол, военный конфликт дает прекрасную возможность сократить территорию Украины как враждебного нам государства и вовлечь в «русский мир» еще больше ее осколков.
У такой концепции есть свои резоны, но доводы «партии мира» выглядят более убедительно.
Во-первых и в-главных, нам дороги жизни жителей Донбасса, это наши люди. Новая война – новые бомбежки, новые трупы, новые сироты, новые беженцы. Передовая линия обороны ДНР и ЛНР на первом этапе, скорее всего, сгорит. Это настолько очевидно, что объяснений не требует.
Во-вторых, если Зеленский заинтересован в консолидации украинского общества и росте своего рейтинга, Россия заинтересована в обратном – этот человек уже доказал и свою недоговороспособность, и вопиющую некомпетентность. В мирное время чем ниже рейтинг у Зеленского, тем выше он у ОПЗЖ. В военное будет наоборот – президент воспрянет, ОПЗЖ ликвидируют как «пятую колонну», их электорат начнет сокращаться (в том числе за счет откола от Украины новых территорий).
В-третьих, Минские соглашения, как к ним ни относись, действительно не выгодны для Украины и подразумевают урегулирование проблемы Донбасса по «боснийскому кейсу». Это примерно тот же сценарий, который мы предлагали Молдавии в ситуации Приднестровья (и от которого Кишинев отказался под нажимом США) – самоуправление до того широкое, что подразумевает не только свою власть и свои законы, но и вето при принятии общих решений типа вступления Молдавии в НАТО.
Речь не о том, что условия Минского мира обязательно должны быть выполнены. Некоторые из них невыполнимы уже со стороны Донбасса, а сливать его в Украину не кажется возможным – любой украинской власти доверять нельзя, поскольку любая украинская власть неустойчива. Но новые условия мира, очевидно, будут для ДНР и ЛНР еще хуже. Ведь лучше нынешних только признание их независимости Киевом и расширение до Харькова и Одессы, но это представляется крайне маловероятным.
В-четвертых, сколь бы катастрофичны ни были последствия войны для Украины, для российского бюджета они тоже будут крайне обременительны, не говоря уже о том, что при вероятных в таких условиях «суперсанкциях» российский рубль значительно подешевеет. Если в Киеве есть заинтересованные в том, чтобы вбомбить Донбасс в каменный век, то нам необходимо обратное – раскрытие его потенциала как богатейшего края и его интеграция в российскую экономику.
Для этого нужно предпринять несколько важных действий как со стороны Донбасса, так и со стороны России. Например, необходимо признать таможенные документы ДНР и ЛНР, как это уже было сделано с местными аттестатами об образовании. Необходима финансовая «прокладка» для нормальных внешнеторговых операций между Россией и непризнанными (пока что) республиками, но так, чтобы не подставлять крупнейшие банки РФ под санкции.
А главное, необходимо время. Несколько спокойных лет для России и Донбасса, которые посвящены реформам и развитию, а не бомбежкам и выживанию. Восставший (уже в экономическом, а не в революционном смысле) Донбасс станет худшим наказанием для Украины, где перспективы для развития отсутствуют без всяких санкций. Это государство слабеет – и продолжит слабеть в дальнейшем.
Это означает, что время работает на нас.