О достигнутом соглашении российский президент Дмитрий Медведев сообщил по итогам двусторонних переговоров с Рахмоном. Правда, пока соглашение достигнуто лишь устно.
Нахождение российской базы – это гарантия безопасности Таджикистана от угроз, которые, впрочем, создает само руководство этой страны
«Мы договорились о том, что дадим указание нашим ведомствам, для того чтобы в первой четверти, в первом квартале следующего года выйти на подписание соответствующего нового соглашения, ориентированного на будущее, на 49 лет», – сказал Медведев.
Кроме того, был подписан договор о сотрудничестве в приграничных вопросах, согласно которому Москва и дальше поможет Душанбе в охране афганского участка границы. Фактически был продлен аналогичный договор 1994 года, чей срок действия истекает в следующем году. Кроме того, была заключена новая программа экономического сотрудничества на 2011–2014 годы. Прежнюю программу Рахмон оценил как выполненную.
Двусторонние переговоры двух лидеров прошли по итогам многосторонней встречи в верхах – утром в пятницу Медведев и Рахмон встречались также с коллегами из Афганистана и Пакистана Хамидом Карзаем и Асифом Али Зардари. Обсуждались и совместные экономические проекты, и ситуация с безопасностью в регионе. Кроме того, в субботу в Душанбе пройдет также и юбилейный саммит СНГ.
Напомним, что российские военные стоят в Таджикистане с начала 90-х годов, защищая здесь «южное подбрюшье» СНГ и самой России. Именно российская 201-я дивизия сыграла значительную, если не решающую, роль в прекращении гражданской войны в этой стране, бушевавшей там с 1992-го по 1997 год.
С 2001 года подразделения 201-й дивизии, дислоцированные в Душанбе, Курган-Тюбе и Кулябе, стали основой 4-й военной базы российской армии. Кроме того, частью базы является расположенный на Памире оптико-электронный комплекс системы контроля космического пространства «Окно», подчиняющийся военно-космическим силам России. Российская база не раз становилась причиной трений с таджикским руководством. Так, недавно Душанбе потребовал от Москвы аренду в 300 млн долларов в год, но, разумеется, ничего не добился.
Кроме того, таджикская сторона требовала права даже соуправлять базой. Речь шла о том, чтобы Рахмон «в критические моменты» мог получить доступ к вооружениям, управлению и оперативному командованию этой базы, на что Россия, конечно, пойти не могла.
Итог диалога в Душанбе показывает, что претензии таджикской стороны, возможно, сняты. «Хотя, конечно, надо учитывать, что достигнута лишь предварительная договоренность», – отметил в беседе с газетой ВЗГЛЯД старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований Аждар Куртов.
Впрочем, условия, на которых Рахмон позволил российским войскам остаться на Памире еще на полвека, пока не обнародованы. Источник агентства «Интерфакс» в Минобороны России сообщил, что в обмен на продление аренды россияне обучат и перевооружат таджикскую армию. Кроме того, будет заключен договор о совместном использовании стратегически важного аэродрома Айни, интерес к которому давно проявляли и США.
Однако, по мнению Куртова, аренда была продлена, скорее всего, в обмен на экономические преференции. Например, Душанбе, безусловно, выгоден проект строительства энергомоста между Киргизией и Таджикистаном, а далее, возможно, в Афганистан и Пакистан, который свяжет энергосистемы всех государств.
«Как мне представляется, речь идет о торге, который устраивает таджикская сторона. Она, конечно, заинтересована в том, чтобы энергомост был построен на российские деньги, но не предлагает гарантий безопасности строительства, ни гарантий того, что инвестор получит свою прибыль», – говорит Куртов. Причем, как считает эксперт, даже если таджики дадут такие гарантии, нет оснований им доверять.
«Есть печальный опыт и участия «Русала» в строительстве Рагунской ГЭС, когда таджикская сторона в одностороннем порядке позднее нарушила взятые на себя обязательства и выдавила эту российскую компанию из этого проекта. Есть постоянные сбои в работе Сангудинской электростанции, которая была построена на российские деньги и контрольный пакет акций в которой принадлежит российской компании. За произведенную энергию на этой станции таджикская сторона постоянно не платит», – говорит Куртов.
Таким образом, по мнению эксперта, продление аренды военной базы – это часть гарантий, которые требует Россия у Таджикистана. Кроме того, России должно внушать определенные опасения проамериканское лобби, которое отмечено в Таджикистане. Как напоминает Куртов, судя по публикациям WikiLeaks, по крайней мере, министерство иностранных дел этой страны находится под сильным влиянием Вашингтона. Известный таджикский оппозиционер Дододжон Аттовулоев также говорил ВЗГЛЯДу о том, что, как он выразился, «Рахмон Россию в грош не ставит. Он прямо говорит, что там всех можно купить». Отметим, что Рахмон действительно крайне нелицеприятно отзывался о российских чиновниках, однако делал это не публично, а на переговорах с американскими дипломатами. Содержание этих бесед стало известно в январе этого года из материалов сайта WikiLeaks.
Наконец, самое главное – в Душанбе прекрасно помнят о том, что уже через полтора года соседний Афганистан покинут американские войска, и тогда Рахмон вновь окажется едва ли не один на один с талибами, которые в 90-е годы всерьез рвались к Душанбе. В этих условиях, как подчеркивает Куртов, у Таджикистана растет политическая зависимость от российской военной помощи.
«Президент США Барак Обама все-таки явно готовит вывод американских войск из Афганистана. Значит, есть опасность того, что, как и в 90-х, исламисты попытаются проверить на прочность режим Рахмона», – считает эксперт.
Кроме того, угроза для Душанбе может прийти не только с юга, но и с запада, от соседней, «братской» республики. И это притом что обе республики состоят в СНГ и ОДКБ. «Руководство Таджикистана явно проводит авантюристический курс в отношении своих соседей, в том числе Узбекистана. Спор идет о трансграничных реках и возведении на них крупных гидротехнических сооружений. Узбекистан явно может пойти на защиту своих национальных интересов всеми силами, вплоть до применения оружия. Нахождение российской базы – это гарантия безопасности Таджикистана от угроз, которые, впрочем, создает само руководство этой страны», – напоминает Куртов.