Россия в понедельник объявила о том, что понизила уровень отношений с Катаром «до полного удовлетворения требований». Причиной стал инцидент в аэропорту Дохи 29 ноября, когда нападению сотрудников службы безопасности и таможни подвергся посол России Владимир Титоренко. Таможенники пытались силой отобрать у него опечатанную посылку с дипломатической почтой. В результате Титоренко оказался на больничной койке. Врачи диагностировали у дипломата отслоение сетчатки глаза.

О том, почему на дипломата, обладающего неприкосновенностью, было совершено столь грубое нападение со стороны чиновников, корреспондент газеты ВЗГЛЯД расспросил президента Института стран Ближнего Востока Евгения Сатановского.

ВЗГЛЯД: Евгений Янович, как охарактеризовать ситуацию, которая сейчас сложилась в отношениях России и Катара?

Евгений Сатановский: С моей точки зрения, это предупреждение – своего рода черная метка, полученная в грубой форме, к сожалению, одним из лучших наших профессионалов-дипломатов.

ВЗГЛЯД: В чем причина столь грубого демарша Дохи?

Е. С.: Российская позиция по Сирии и по Ирану воспринята ваххабитской осью как то, что русские за шиитов и против суннитов. Пока, насколько можно судить, это первое предупреждение. Второе – это, очевидно, восстановление террористического подполья и его финансирование на Северном Кавказе. Третье – это будут взрывы, террористы-самоубийцы и прочие неприятные сюрпризы, поскольку источник финансирования наших дискутантов в Афганистане, в Чечне в первую и вторую чеченские войны – это Аравийский полуостров.

Ну и вопрос: а почему страны, откуда финансировались Беслан, «Норд-Ост» и все остальные наши «приятные новости» вроде Буденновска, пережив короткий период медового месяца с Российской Федерацией, не должны воспринимать нас как геополитического противника?

ВЗГЛЯД: Почему сигнал поступил из Катара?

Е. С.: Крошечный Катар воспринимает себя как сверхдержаву. На несколько сотен тысяч населения у них третьи в мире запасы газа. Им успешно удалось поддержать свержение бен Али в Тунисе, поучаствовать в свержении президента Египта Хосни Мубарака, а в Ливии вместе с саудовцами организовать и сыграть ключевую роль в свержении и уничтожении Муаммара Каддафи.

Сегодня в своей операции, которую они опять-таки проводят вместе с саудовцами на территории Сирии для свержения Башара Асада, эмират натолкнулся на то, что Россия и Китай мешают ему и всей Лиге арабских государств провести то же решение в обход ООН, которое они провели против Каддафи. Вот они и решили действовать. Поскольку Китай трогать опасно, они решили продемонстрировать это нам. Вот и все.

ВЗГЛЯД: Ливанская газета An-Nahar пишет про отказ России принять многомиллиардную взятку от нескольких богатых арабских стран в обмен на уступчивость в сирийском вопросе. Насколько такая версия соответствует действительности?

Е. С.: Предложить они, разумеется, могут. Например, сокровища царей, бриллианты Голконды. Ну ради Бога. Политика, как говаривал Уинстон Черчилль, – грязное занятие для пожилых мужчин. Но у нас есть своя позиция, исходящая из российских интересов, в том числе в Сирии, в том числе во взаимодействии с Ираном.

Интерес Катара и саудовцев состоит в немедленном свержении режима Асада, перед тем как выйти на военные действия с Ираном руками американцев. А если им совсем повезет, то, как они полагают, и израильтян, поскольку это мечта суннитов: война евреев с шиитами. Но если в ситуации Катара с Францией им удалось втравить Саркози в ливийскую авантюру, то в ситуации с Сирией им вряд ли удастся втравить Россию в такую авантюру или заставить нас открыть им для этого шлагбаум.

ВЗГЛЯД: Можно ли провести аналогию с событиями 2004 года, когда между Россией и Катаром тоже ухудшились отношения из-за гибели Яндарбиева, бывшего лидера чеченских боевиков?

Е. С.: Во времена ликвидации Яндарбиева Катар был одним из главных мест для сбора средств для антироссийской кампании на Северном Кавказе, где в свободном режиме существовали все мыслимые и немыслимые террористические ячейки и эмиссары всех террористических групп.

Катар позиционирует себя как Британия исламского мира: все террористы в гости к нам, здесь вас никто не тронет. Они напоролись на Россию, это оказалось не совсем так. Яндарбиев был ликвидирован. Но нападения на посла недостаточно для таких аналогий. Надо вспомнить о том, что Россия все-таки по своим масштабам другая страна, чем Катар.

ВЗГЛЯД: Сергей Лавров объявил о понижении уровня дипломатических отношений с Катаром, пока Доха не извинится и не накажет виновных. Это адекватный ответ на черную метку?

Е. С.: Это вопрос к тем, кто принимает решения. Лавров сделал то, что должен был и мог. В ситуации нападения на посла он в дипломатическом поле решил этот вопрос, сделав то, что мог сделать МИД. Нашего посла и сопровождающих его дипломатов били в аэропорту, причем били сильно: отслоение сетчатки – это серьезно. Титоренко вообще не очень везет: его ранили в 2003 году во время ухода дипломатов из Ирака, когда колонна была обстреляна. Теперь вот инцидент в Катаре.

У нас не били катарского посла руками и ногами в аэропорту? Хотя адекватно: вы побили нашего посла, а мы побьем до соответствующего состояния вашего посла. Но это варварские методы. Может, для Катара они более понятны, но что поделать – мы такие методы не применяем.

Какие еще методы будем применять относительно маленького эмирата Катар, но, как видимо, очень излишне уверенного в себе, – это второй вопрос. Но это вопрос, видимо, не к МИДу.

ВЗГЛЯД: Что, кроме дипломатических рычагов, может применить Россия к Катару?

Е. С.: У России много чего есть. А какие из этих рычагов руководство решит или не решит задействовать – это ему решать. Как правило, любая страна для любого рода ситуаций содержит разведку, внешнюю разведку, армию, силовые ведомства и много чего другого. Ситуация совершенно гнусная, наглая и совсем запредельная.

Когда иранцы устроили погром в посольстве Великобритании, ну, мы понимаем: у персов это традиция, они и американское посольство захватывали. Но от Катара мы этого не ожидали. У нас такие отношения – просто любовь и дружба. Эмир такие слова нам говорил. И вдруг!

Со всей очевидностью подтверждается британская поговорка: араба нельзя купить, его можно только арендовать. И дружба вся – на короткое время. Потом с вами опять будут дружить, только вот не зарежут – так отравят, не отравят – так задушат. Восток со всеми вытекающими.