Саммит «большой восьмерки» в Аквиле завершился довольно скорбной процедурой — минутой молчания в память о 299 итальянцах, погибших в результате землетрясения в регионе Абруццо в апреле 2009 года.
При этом сам форум, будто бы следуя примеру своего хозяина премьер-министра Италии Сильвио Берлускони, получился достаточно ярким и колоритным. Настолько, что наблюдатели заостряли внимание на разных особенностях саммита: кто на относительно спартанских условиях его проведения, кто-то на слабой подготовке, кто на безрезультатности принятых там экономических решений.
Однако, пожалуй, в первую очередь внимание общественности было приковано к ставшей на этот раз совершенно реальной перспективе исчезновения самого формата G8.
Оставить нельзя распустить
Последний день саммита формально был посвящен взаимодействию с Африкой и продовольственной безопасности, а проще говоря, – голоду в самых бедных странах мира. В рамках этой повестки лидеры «восьмерки» провели расширенное заседание с участием глав государств Черного континента и приняли по этому поводу декларацию, в которой пообещали теснее сотрудничать с данным регионом.
Учитывая масштабное представительство различных государств на этом саммите, результаты могут быть самыми непредсказуемыми
На борьбу же с голодом они договорились выделить 20 млрд долларов, которые будут направлены в течение ближайших трех лет. Кроме того, еще одной ключевой темой стала ситуация с климатом на планете, борьба с экологическими проблемами.
Например, президент России Дмитрий Медведев пообещал уменьшить объем выбросов парниковых газов к 2020 году по отношению к 1990 году на 10–15%, а к 2050 году – вдвое. Причем делать это Москва будет не для того, чтобы «кому-то понравиться», а для того, чтобы развивать энергосбережение и как следствие собственную экономику.
Впрочем, в ходе своих итоговых конференций лидерам стран «Группы восьми» пришлось отвечать, прежде всего, на вопросы, больше всего волновавшие журналистов, а именно – по поводу будущего самого формата G8.
Так, глава итальянского правительства, словно пытаясь дезавуировать резкие заявления своих коллег, звучавшие накануне (больше всего проявила себя на этом поприще канцлер Германии Ангела Меркель), поспешил заверить, что все три основных международных формата – G8, G14 и G20 – будут продолжать существовать, выполняя различные функции.
Одновременно он выразил свое личное мнение, что G14 (страны «большой восьмерки», «Группы пяти» (Китай, Индия, Бразилия, Мексика, ЮАР) и Египет) является наиболее перспективным форматом, который наилучшим образом позволяет обсуждать ключевые мировые проблемы.
Такими же туманными были и слова российского лидера. С одной стороны, он согласился с Берлускони, сообщив, что в ближайшее время сохранятся разные форматы общения лидеров, включая G8, а с другой – признал, страны уже сейчас фактически общаются в другом составе. «Я думаю, что тренд уже понятен. «Восьмерка» плюс «пятерка» уже работают гораздо теснее. Какое-то время форматы будут сосуществовать, но нужно избрать экономичный формат общения», – подчеркнул Медведев.
По мнению президента фонда «Петербургская политика» Михаила Виноградова, «восьмерка» в нынешнем виде не справляется со своими функциями, однако и не доказано, что она не справляется, потому что там кого-то не хватает.
«Я думаю, что, безусловно, потребность лидеров восьми ведущих промышленно развитых стран встречаться неким элитным клубом остается. Поэтому, несмотря на появление других форматов, старый формат пока будет сохраняться», – отметил политолог в беседе с корреспондентом газеты ВЗГЛЯД.
В свою очередь, вице-президент Академии геополитических проблем Владимир Анохин считает, что, хоть G8 и останется, скорее всего, в нынешнем формате, «как узел, как корень, как центр», им придется считаться с мнением других государств.
«Конечно, «восьмерка» не эффективно решает проблемы, ясно, что мировой кризис уже перешел границы, скажем так, великих держав. Пусть и с трудом (вспомнить хотя бы, как непросто туда принимали Россию), но они вынуждены идти на расширение. Хотят они этого или не хотят, позиции Китая, Индии, Бразилии никаким образом игнорировать не получится», – подчеркнул Анохин.
А эксперт Центра политической конъюнктуры Евгения Войко отмечает, необходимость реформировать G8 признают все, в том числе и Россия. Однако вопрос в том, насколько ожидаемая модернизация принесет ожидаемые плоды.
«Учитывая масштабное представительство различных государств на этом саммите, результаты могут быть самыми непредсказуемыми. Но я не думаю, что возможное реформирование, если оно все-таки произойдет, сразу же принесет какие-либо эффективные плоды», – говорит Войко, указывая, что в мире не сформировалось единого подхода по поводу того, каким должен быть международный механизм выработки и принятия решений.
«Сейчас реформированию будет подвержена не только «восьмерка», но и ООН, будет идти кардинальная перестройка международных структур. Все будет зависеть не от количества участников, а от качества принимаемых решений», – добавила она в комментарии газете ВЗГЛЯД.
Что же касается участия России в итальянском саммите в 2009 году, то, как считает Виноградов, приоритетные темы, которые обсуждались на «восьмерке», такие как климатическая ситуация, экологические проблемы, не очень интересны для России, поэтому у нее изначально не было повода себя ярко проявить. «При этом изначально было понятно, что идея мировой резервной валюты вряд ли будет принята странами «восьмерки», – уверен он.
Между тем Анохин, наоборот, полагает, что после визита Обамы в Москву и саммита активность России будет увеличиваться. «Президент США не привез ничего интересного. Все эти «перезагрузки» очень похожи на горбачевские перестройки. В этой ситуации Москва возьмет на себя роль инициатора каких-либо новых предложений. Все, что сейчас складывается и в Западной Европе, и в США, предполагает то, что Россия возьмет инициативу в свои руки», – заявил эксперт газете ВЗГЛЯД.
Тестовый вариант
Подводя экономические итоги форума, Дмитрий Медведев затронул три главных вопроса, обсуждаемых сейчас на саммитах G8 и G20, – мировую торговлю, реформу международных финансовых институтов и введение наднациональной валюты.
Все будет зависеть не от количества участников, а от качества принимаемых решений
Первый вопрос касался, прежде всего, возможного вступления России во Всемирную торговую организацию (ВТО). Как сообщает РИА «Новости», президент России заявил, что осуществление этого действия отдельно от Белоруссии и Казахстана кажется ему «более простым и более реалистичным».
«Можно вступать по-другому, можно, согласовав некие общие стандарты и позиции внутри тройки Таможенного союза, вступать раздельно, что, на мой взгляд, является более простым и более реалистичным, но при соблюдении, конечно, прав и интересов других участников», – сказал Медведев.
Это заявление российского лидера является весьма важным, поскольку явно меняет тон наших переговоров с этой организацией.
Напомним, что переговоры о вступлении нашей страны в ВТО начались в 1995 году. Последние несколько лет по этому поводу звучит одна и та же фраза: «Вступим до конца года». Последний раз она была сказана в 2009 году на Петербургском экономическом форуме.
Однако в июне 2009 года Владимир Путин объявил о принципиальном изменении концепции. Было заявлено, что Россия, Белоруссия и Казахстан создадут с 1 января 2010 года Таможенный союз, который и будет вступать в ВТО.
Тогда же российский премьер заявил, что каждая из стран прекратит сепаратные переговоры с организацией. Однако уже в начале июля российские чиновники стали говорить, что такой вариант отсрочит присоединение этих стран к организации минимум на год.
Тема неожиданно возникла во время недавнего визита президента США Барака Обамы в Москву. Тогда министр торговли США Гари Локк после встречи с главой Минэкономразвития РФ Эльвирой Набиуллиной сказал, что Россия не исключает вступления в ВТО параллельно принятию в организацию Таможенного союза с Казахстаном и Белоруссией.
Вполне возможно, во время переговоров Обамы с Дмитрием Медведевым и Владимиром Путиным тема ВТО обсуждалась и американская сторона предложила России помощь. Косвенно это подтверждают и нынешние слова российского президента о пути России в ВТО.
Также Медведев на своей пресс-конференции на G8 затронул и актуальный вопрос «новой финансовой архитектуры». Как сообщает «Интерфакс», российский лидер заявил, что нужно «дать реальный мандат МВФ, Всемирному банку, перераспределить квоты, принять решения по правилам международного регулирования и контроля в ведущих экономиках, по бухгалтерскому учету и отчетности».
Дело в том, что представители развивающихся экономик, в частности российской, критикуют существующие финансовые структуры, в первую очередь Всемирный банк и Международный валютный фонд. Предметом критики служит их ориентированность на американскую и европейскую экономики при слабом учете мнений и позиций других мировых игроков, таких как страны БРИК (Бразилия, Индия, Россия и Китай).
До этого тема изменения мировой финансовой системы уже обсуждалась на высшем уровне во время саммита «двадцатки» в Лондоне в апреле 2009 года. На нем, однако, были приняты лишь частные решения, укрепляющие позиции МВФ, – система осталась практически неизменной.
Высказался президент России и по поводу изменения международного валютного порядка. «Мы все время обсуждаем и вопросы создания, вернее, возникновения нового числа резервных валют, в том числе возможность появления рубля в качестве такой валюты», – рассказал Медведев.
Напомним, о необходимости снижения роли американского доллара в мировых расчетах многократно заявлялось на самом высоком уровне. Так, Медведев выступил на эту тему во время Петербургского экономического форума, высказавшись за создание всемирной расчетной единицы. О том, что альтернативой североамериканским деньгам могут стать специальные права заимствования (СПЗ) МВФ, неоднократно говорили и крупные китайские чиновники.
В пятницу глава России показал журналистам подарочную монету единой наднациональной валюты. Называется она United Future World Currency (Объединенная будущая мировая валюта). Эти сувенирные монетки были отпечатаны на монетном дворе в Бельгии и подарены всем главам стран-участниц.
«Могу вас порадовать, у меня в кармане лежит наднациональная валюта, которую мне положили в качестве подарка. Это одна единица, тестовый экземпляр, который называется «международная валюта» – United Future World Currency. Вот она, ее можно посмотреть и потрогать», – сказал президент России, достав из кармана монету.
«Это символ нашего единства, нашего желания решать такие вопросы», – добавил он.
Однако в реальности до введения единого платежного средства очень далеко. Это признал и сам Медведев, ответив журналисту, предложившему поменять монету на другую валюту. «Я не готов с вами поменяться. Потому что я не знаю реального курса этой валюты», – сказал он с улыбкой.
Действительно, на монете кроме фраз «Объединенная будущая мировая валюта» и «Единство в разнообразии» написано «Тест» и «Ограниченный выпуск».
Судя по всему, эти две фразы можно использовать и для описания экономических итогов нынешней G8.