Современный цифровой мир принято ругать – за засилье гаджетов в нашей жизни, за отмирание живого человеческого общения, за формирование у людей клипового мышления и за многое другое. Но у нынешних информационных технологий есть и свои достоинства. Пожалуй, одним из действительно ценных является отмирание института звезд – не вообще, а как влиятельного общественного и даже политического явления.
Вы заметили, как за считанные годы стремительно измельчали знаменитости – хоть кинематографа, хоть шоу-бизнеса, хоть литературы? Еще каких-то двадцать лет назад планета массово сходила с ума от Леонардо ди Каприо – и это был действительно глобальный феномен. Его обожали одни и терпеть не могли другие. Каждый его фильм становился событием, которое так или иначе проявлялось в жизни миллиардов людей, и невозможно было жить на планете Земля – в минимально цивилизованной ее части – и не знать, что есть такой актер, названный в честь гения эпохи Возрождения.
В меньшем масштабе это проявлялось и на национальном уровне: культурное и информационное пространство было целостным – и управляемым. В результате это породило явление, которое теперь, оглянувшись назад, можно уверенно назвать вредоносным: когда деятель культуры или искусства получал широкую популярность, это автоматически придавало ему немалый социальный вес, который использовался для влияния на общественное мнение. Причем процесс шел в обе стороны.
С одной стороны, поклонники – а это могла быть существенная часть населения страны – всерьез прислушивались к мнению звезды по самому широкому спектру тем, большинство из которых далеко выходили за границы его компетенции. А с другой стороны, около сотни лет такого положения дел – когда медиа стали средствами по-настоящему массовой информации – сформировало у очень многих деятелей искусства искреннюю убежденность, что они и впрямь являются носителями истины.
Этот феномен охватывал, разумеется, весь мир, а не только Россию. И вот он оказался на наших глазах разрушен. И произошло это благодаря новым цифровым технологиям, ставшим частью нашей жизни.
Безусловно, важнейшей причиной произошедшего стала та самая фрагментация информационного пространства. Еще не так давно люди смотрели одни и те же фильмы – те, что показывали по ТВ или крутили в кинотеатрах. Читали отобранные издательствами книги. Даже если интересы человека лежали вне, например, музыкального мейнстрима, он все равно не мог не знать самых популярных певцов и их главные хиты. Сама система создавала ситуацию, когда знаменитости были наперечет, но зато их знала максимально широкая аудитория.
Теперь ситуация изменилась принципиально. Единого информационного пространства больше просто не существует. Вокруг человека формируются заточенные под его интересы и склонности информационные потоки. Причем возможный выбор колоссален, но каждое по отдельности направление объединяет относительно узкий круг единомышленников – будь то любители k-pop, Counter-Strike, турецких сериалов, бояръ-аниме (это литературный фэнтези-жанр, зародившийся в русском самиздате) или любое другое даже не из сотен, а тысяч интересов. Разумеется, миллионы людей по-прежнему ходят в кино на голливудские блокбастеры и слушают отечественную поп-музыку, но если вам это не интересно, вы легко можете вообще ничего не знать о происходящем в этих сферах и быть не в курсе, кто там в этом году получил «Оскар» (или, тем более, российскую национальную кинопремию).
Прежняя ситуация немногочисленных звезд с гигантскими армиями поклонников ныне обернулась бесчисленным множеством звездочек с относительно небольшими аудиториями – вплоть до блогеров с десятком тысяч подписчиков. Очевидно, что в такой ситуации использование звезд в общественно-политических целях становится просто нерентабельным, и их значение как пресловутых ЛОМов (лидеров общественного мнения) резко упало.
Другой стороной развития информационных технологий стала утрата контроля над репутацией звезд. Разумеется, агенты, пиарщики и юристы по-прежнему делают свое дело, старательно выстраивая желаемый публичный образ, но говорить об информационной монополии – как это было возможно в прошлом – больше не приходится. И даже если удается замять грязные скандалы, вроде участия в вечеринках Эпштейна или Пи Дидди, информация об этом остается в общественной памяти, оставляя соответствующий след в репутации звезды. Да и раскапывание нелицеприятных секретов и грязного белья идолов прошлых поколений, казавшихся непогрешимыми, тоже вносит свой вклад.
В общем, в современном мире люди в массе своей куда более трезво смотрят на звезд – даже если они высоко ценят их работы. Ты можешь любить творчество того или иного актера и писателя, залипать на ролики популярного блогера и тратить немалые деньги на концертах любимого музыканта, но одновременно отдавать себе отчет, что как человек тот вовсе не является моральным камертоном и уж тем более не может служить для тебя авторитетом в политических и социально-экономических вопросах.
Так что же получается, в современном мире популярная личность не может иметь и высказывать свое мнение по актуальным темам? Разумеется, может. Наоборот, в нынешние времена повсеместно нарастающего политического раскола высказывание своей гражданской позиции звездами требует определенного мужества, поскольку может повлечь для них негативный эффект, оттолкнув часть поклонников и в некоторых случаях даже навредить карьере. Так что можно только уважать тех знаменитостей, которые, осознавая новые реалии, открыто высказывают свое мнение по самым острым и болезненным вопросам.
Правда, российских звезд-релокантов это не касается, поскольку большинство из них по-прежнему живут сладким прошлым, в котором они привыкли воспринимать себя лучом света в темном царстве – просто по факту своей известности. И никак не могут смириться с тем, что на самом деле они – обычные граждане, которые должны отвечать за свои слова. В том числе перед законом.