Недавно я был в Стамбуле на первом Всемирном форуме деколонизации. В нем участвовали мыслители, ученые и эксперты со всего мира: создатель деколониальной теории профессор Вальтер Миньоло из Аргентины, иранский кинорежиссер Маджид Маджиди, арабский мыслитель Джозеф Массад, малайзийский социолог Саид Алатас, западноафриканский историк Сиба Н'Затиула Гровоги, британская экономистка южноафриканского происхождения Энн Петтифор (та самая, которая предсказала финансовый кризис 2008 года), активисты антирасистского движения Лилиан Тюрам (чемпион мира по футболу в составе французской сборной) и Мирей Фанон (дочь известного карибского философа Франца Фанона) и многие другие.
На форуме активно обсуждали израильский поселенческий колониализм в Палестине и нападение США на Иран и Венесуэлу, но в главном участники форума были единодушны: эра пятивекового западного господства подходит к концу. Вестернизация планеты остановилась, в превосходство Запада уже мало кто верит, а утверждение о «единственно верном» западном пути переживает кризис легитимности, сталкиваясь как с внутренними противоречиями, так и с растущим спросом на многополярность. И хотя кое-где Запад все еще пытается идти в наступление (Украина, Новая Каледония), это выглядит не как уверенная поступь гегемона, а как отчаянная попытка удержать привилегии.
Каким же должен быть новый, постколониальный мир? Ответ форума: порвавшим с темной стороной западного Модерна. По мнению того же профессора Миньоло, обратной стороной Модерна является колониализм со всеми его грехами и преступлениями против человечества. Модерна без колониализма никогда не существовало; модернизация Европы была построена на ресурсах, труде и знаниях колонизированных обществ. Именно колониализм обогатил Запад, сделав вывеску Модерна желанной и привлекательной. И здесь не обошлось без обмана, ведь Модерн приходил к народам с обещанием цивилизации, прогресса и демократического развития, но приносил только несправедливость, эксплуатацию и обесценивание веками создававшихся культур, традиций и систем знаний. Отформатированные Модерном страны теряли связь со своими корнями и лишались ценностей, которые питали их рост. Это происходило даже со странами, которые формально не подверглись колонизации (Россия, Китай, Турция и др.).
Профессор Миньоло говорил о том, что противостояние с Западом часто путают с деколонизацией, но эти два процесса отличаются друг от друга. Возьмем, например, таких деятелей, как Петр Первый и Ататюрк. Первый противостоял Швеции, второй – Антанте, но оба перестраивали свои страны по лекалам Модерна и ментально подчиняли их Западу. Так что противостояние с Западом происходит на уровне государственной политики; что же касается деколонизации, то этот процесс затрагивает все общество, причем на самых разных уровнях. Как заметил по этому поводу Сиба Н'Затиула Гровоги, «деколонизация – это не просто процесс избавления от колонизаторов, а трансформация системы, после которой все люди становятся равными». Собственно, именно проблемам такой трансформации и был посвящен стамбульский форум. Да, привычный колониализм почти завершился, но системы западного господства продолжают существовать в разных сферах жизни. И с этим нужно что-то делать.
Энн Петтифор говорила о том, что страны, вроде бы добившиеся независимости от Запада, не вылезают из долговой кабалы, тратя на образование и здравоохранение меньше, чем на выплаты по кредитам. По ее мнению, современные формы господства и эксплуатации укоренены в финансовых системах, действующих вне государственного контроля и по своей собственной логике. И значительная роль здесь принадлежит «теневым» банкам. По словам Петтифор, это мешает правительствам управлять экономикой и ценами на ресурсы.
Режиссер Маджид Маджиди говорил о проблемах культуры. По его словам, Запад, используя свои информационные механизмы, перевернул исторические и социальные реалии с ног на голову. В течение многих лет западные СМИ писали истории, представляя одних людей цивилизованными, а других – недалекими и злобными варварами (как, например, персов в фильме «300 спартанцев»). Миру предлагалось поверить, что именно иранский и палестинский народы являются агрессивной стороной. Но подобное утверждение оказалось ложью. «Наше время – это война историй, – заявил иранский режиссер. – Кто пишет историю, кто ее интерпретирует и как она представлена другой стороне? Это главный вопрос».
Профессор Саид Алатас – младший говорил о деколонизации сферы образования. «Когда мы говорим о деколонизации знаний, мы говорим не только о свободе нашего разума, но и о разрушении структур неоколониализма, – отметил Алатас. – Сейчас мы не мыслим независимо. Концепции, идеи и даже исследовательские программы в основном зависят от североамериканской, британской и в некоторой степени французской академической среды».
На форуме говорили, что университеты необходимо деколонизировать, чтобы производство знаний «рассматривалось не как элемент, направленный на извлечение максимальной прибыли, а как общественное благо». Также выступающие отмечали, что сама структура знания испытала влияние западных колониальных штампов. Например, на Западе искусственно разделили социологию и антропологию, выделив первую как науку о «цивилизованных» обществах, а вторую – как науку о «примитивных». Так наука стала инструментом, оправдывающим колониализм. Начиная с XVI века Европа универсализировала свои формы знаний, обозначая системы знаний других народов как «мифы», «традиции», «верования» или «фольклор».
Но дело не исчерпывается только образованием. Участники форума говорили о самых разных сферах, которые пострадали от темной стороны западного Модерна. Это музеи и театр, музыка и дизайн, право и туризм, этика и мода, теология и сфера детства и материнства. Отдельная тема – современные цифровые технологии. На форуме констатировали, что неоколониализм все больше утверждается в цифровой сфере, где он порождает новые формы господства и подчинения с помощью ИИ, работающего на западных источниках информации, и алгоритмических механизмов, направляющих воображение, память и желания человека. Как заметила доктор Эсра Албайрак (дочь Реджепа Эрдогана), «в ситуации, когда знания попадают на экраны, фильтруясь через единый центр и множество специальных алгоритмов, трудно растить свободных детей, умеющих находить свое место в мире: их внимание, воображение и память уже стали сырьем для увековечивания техноколониального режима».
Обсуждая эти проблемы, выступающие подчеркивали, что Запад должен быть освобожден от «высокомерия исходной точки» и «комплекса господства». Что же касается всех остальных, то им предстоит «восстанавливать интеллектуальную и культурную автономию», возрождая то, что было растоптано или отменено западным Модерном. И возвращаться к «замалчиваемому прошлому» и «красоте суверенного народа». Данное направление мысли получило название «стамбульской перспективы».
Выступая на закрытии форума, профессор Миньоло сказал: «Колониальность – темная сторона Модерна. Модерн говорит: «Мы сделаем вас лучше», и вы этому верите. Но фактически речь идет о том, что ваше мышление будет колонизировано. Так появляется важнейший инструмент господства».
Слушая выступления на форуме, я думал о наших внутренних проблемах. В последние 300 лет люди с «колонизированным мышлением» нанесли колоссальный урон России. И теперь помимо победы в идущей сейчас войне Западом, нам нужно одержать победу над самими собой, над некритично усвоенным злом западного Модерна.
Так что со своей «стамбульской перспективой» турки выступили очень вовремя. Причины такой инициативы понятны. Отчаявшись интегрироваться в ЕС, Турция все больше видит себя одним из центров многополярного мира. На фоне трудностей Ирана и Саудовской Аравии эта страна надеется вернуть себе первое место в мусульманской умме (которое когда-то принадлежало Османской империи), а потом замахнуться на что-то большее. И прошедший форум стал серьезной заявкой Турции на то, чтобы взять на себя одну из ведущих ролей в антиколониальном движении.
Но все-таки у нашей страны прав на это, пожалуй, больше. Наши мыслители, начиная с Данилевского, славянофилов и евразийцев, объясняли, как нелепы претензии Запада на универсализм еще в те времена, когда антиколониальная мысль во всем мире находилась в зачаточном состоянии. Именно наша страна в ХХ веке возглавила антиколониальное движение. Сейчас, сдерживая агрессию атлантической цивилизации против русского мира, мы несем главные издержки в борьбе с неоколониальным Западом. Почему бы нам не подумать о «Московской перспективе»?