18 ноября 1920 года вышло постановление Наркомата здравоохранения и Наркомата юстиции РСФСР, разрешающее в интересах женского здоровья бесплатные аборты в больницах. Для сравнения: Великобритания легализовала аборты в 1967 году, а США – в 1973-м. При Сталине, в 1936 году, данное разрешение на «аборты по просьбе» было отменено. И только в 1955 году аборт был вновь разрешен в СССР.
Как и в других развитых странах, на рубеже XIX-XX веков в России наблюдался рост процессов урбанизации и массовой миграции социально активной части населения из деревни в город. В большинстве стран в эту эпоху происходил неуклонный рост числа искусственных абортов. В России к числу женщин, делавших аборты, прежде всего относились (в порядке убывания социального статуса) «светские дамы», проститутки, горничные и фабричные работницы. Медицинская статистика свидетельствовала, что искусственные аборты были причиной 4% материнской смертности.
Насколько тема аборта в те годы имела широкий отклик в русском обществе, можно судить по статье видного публициста, писателя и философа В. В. Розанова. В статье с громким заголовком «Назад!!!» он пишет, что доступность аборта развращает человека, а рост предложений со стороны желающих заработать абортами врачей не ведет ни к чему хорошему в социальном плане.
Тем не менее число абортов в условиях растущего городского населения стремительно увеличивалось. Вот почему правительство большевиков легализовало аборты в 1920 году. Это была попытка разрубить гордиев узел, предельно либерализировав проблему.
Постановление советского правительства об абортах было поистине революционным шагом: аборт объявлялся законным, когда главным фактором его легитимности была «просьба самой беременной женщины». В 1926 году идеолог разрешения абортов, заместитель наркома здравоохранения З. П. Соловьев в Большой советской энциклопедии публикует статью «Аборт», в которой анализирует проблему аборта с позиций марксистской социальной философии: «…Суровое преследование, отнюдь не уменьшая количества искусственных абортов, загоняет их в подполье и вынуждает беременную женщину обращаться к подпольным же акушерам, знахаркам и т. п., калечащим и убивающим ее своими неумелыми операциями. Государственная политика в отношении искусственного аборта должна пойти по совершенно иному пути… в СССР… снят с аборта покров лицемерия, лжи и бездушия, которые свойственны буржуазному законодательству… В основу советского законодательства об искусственном аборте положена идея его ненаказуемости и стремление представить женщине возможность произвести его с наименьшим вредом для своего здоровья». Как видим, принятие нового закона Соловьев объяснял необходимостью прекращения общемировой практики преследования абортов, к которым все равно прибегают – тайно, не обращаясь в больницы и родильные дома.
Проблема моральной допустимости искусственных абортов является вечной. Как пограничная полоса, она делит общество в России и других странах на два противоборствующих лагеря. В англоязычных странах эти позиции обычно именуют терминами pro-life («за жизнь») и pro-choice («за свободу выбора»). Позицию pro-life представляет статья В. В. Розанова «Назад!!!», а позицию pro-choice – постановление Наркомздрава и Наркомюста РСФСР.
Отстаивающие моральную и правовую допустимость абортов считают, что любые запреты в этой области ущемляют их права на свободу. Сторонники абортов полагают, что женщина сама, без внешней моральной регуляции, вправе принимать решения относительного состояния своего организма. Если женщина желает иметь ребенка, она его рожает. Если не желает, у нее должна быть свобода выбора. Вечными, краеугольными вопросами, которые разделяют сторонников и противников абортов, являются два следующих:
Является ли аборт убийством?
Можно ли считать плод человеком?
Противники абортов (позиция pro-life) отвечают на эти вопросы так: искусственный аборт есть несомненное убийство, потому что плод является человеком с момента зачатия. Копья в споре о допустимости абортов ломаются именно тут – в вопросе статуса эмбриона. Для противников абортов этот статус явлен отчетливо: плод – это человек. Сторонники же абортов стараются всячески виртуализировать и обесценить этот статус, вплоть до радикального отрицания: плод – это ни в коем разе не человек. Решающим аргументом для сторонников абортов служит так называемое градуалистское, иначе говоря – ступенчатое, понимание процесса становления человека и его личности: семинедельный плод – совсем не то же самое, что плод семимесячный, а плод семимесячный, в свою очередь, не равен ребенку.
С 1955 года наша страна входит в число стран, в которых искусственный аборт законодательно разрешен. Аборт по желанию женщины в России может быть произведен при сроке беременности до 12 недель. Эта норма закреплена в Статье 56 ФЗ № 323 «Об основах охраны здоровья граждан в РФ».
В законе также говорится, что аборт не может быть произведен ранее семи дней с момента обращения женщины к врачу при сроке беременности от 7 до 11 недель. До процедуры аборта женщине предоставляется так называемая «неделя тишины». Данное законодательное нововведение привело в 2024 году к тому, что 40 тыс. женщин в России передумали делать аборт. Из последних инициатив по изменению закона об абортах у нас в стране следует вспомнить попытку выведения абортов из системы обязательного медицинского страхования (ОМС). С такой инициативой выступили летом 2023 года представители Русской Православной Церкви. Успехом она не увенчалась.
Хотя подобная практика характерна, например, для США, где с 1977 года действует поправка Хайда, прекратившая федеральное финансирование абортов.
Аборты в России до сих пор производятся за счет государства, и я по-прежнему считаю произведенный не по медицинским показаниям аборт моральным преступлением. Решаясь на подобное своеволие, человек не должен вовлекать в свой поступок государство и государственную медицину. Совершающая аборт женщина должна нести, помимо моральной, еще и груз материальной ответственности за свое деяние. Существующая сегодня практика бесплатности абортов развращает общество. Розанов был прав.