В конце десятого года войны хочется символично оглянуться назад и посмотреть на пройденный путь. Пусть экономисты демонстрируют графики роста российского ВВП и объемов производства, анализируют процессы возрождения целых высокотехнологичных отраслей и развитие импортозамещения. Пусть политики ссылаются на длинные списки желающих присоединиться к БРИКС и разделить с Россией ее «международную изоляцию». Мы поговорим о культуре.
Несколько дней назад в кинопарке «Москино» я присутствовала на премьере театрализованного шоу «Соборная площадь» в исполнении команды Эдуарда Боякова и «Нового театра». История русской смуты, поставленная в декорациях Соборной площади Московского Кремля, представлена отчасти как просветительский проект. Не только для детей – наше укоренившееся десятилетиями небрежение историческим образованием привело к тому, что просвещать пришлось и взрослых. Глядя на роскошно оформленные сцены из жизни Руси начала XVII века, на динамично развивающееся действие, зрители думали о двух вещах: как события 400-летней давности перекликаются с сегодняшним днем и как изменились времена! Еще три года назад было невозможно себе представить, что слова патриарха Гермогена о чести и независимости Руси будут держать в напряжении большой зал под открытым небом, на морозе!
История яростной борьбы России не только с внешним врагом, но и с предательством внутри повторяется в который раз. И победу снова никто не обещает. И находится целая армия ненавистников России, готовая продать страну за гранты и печеньки.
И все же направление движения правильное. Мы начинали с того, что русская культура мыслилась исключительно как культура антирусская, занятая лишь тем, что рвала в клочья традицию. Нормой и высоким искусством считалась низкопробная сорокинская ирония в адрес русского прошлого, жульнические махинации Марата Гельмана* (иноагент, внесен в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга), злобные русофобские выпады Чубайса, Новодворской, Коха. Помните интервью Дмитрия Быкова (иноагент) журналу «Профиль» 2012 года? Жаль, если это забудется, ведь это был точный портрет того, как и для кого существовала русская культура. «Большая часть российского населения ни к чему не способна, перевоспитывать ее бессмысленно, она ничего не умеет и работать не хочет, – говорил Быков. – Российское население неэффективно. Надо дать ему возможность спокойно спиться или вымереть от старости, пичкая соответствующими зрелищами».
Мало что изменилось в этой удивительной культурной парадигме, где русскому народу нет места, и спустя 10 лет, то есть к 2022 году. «Это очень комфортное ощущение и большой соблазн – протяни руку в прошлое и обопрешься там на надежную руку условного Пушкина, Толстого, Тургенева. Но, как многие комфортные ощущения, это представляется мне очень вредным, опасным и преимущественно ложным», – писала тогда главный либеральный критик России Галина Юзефович в статье под названием «Кэнселинг русской культуры: заметки по поводу». Мысль Юзефович понятна – надо убрать из повестки всю историю русской культуры и оставить лишь то, что предлагает Запад, а именно любовь не к собственной стране, а к чужому и чуждому, противоположному русской традиции, но «современному» и «политкорректному». Точка зрения народа, который, смотри выше, в России неэффективен, тут не учитывается.
Сейчас уже с трудом верится, что все это публиковалось за государственный счет, то есть за счет этих самых ненавидимых народа и страны. Та же Галина Юзефович писала, что патриотам России книги не нужны. А еще один великий критик, киновед Антон Долин*, доходчиво объяснял, что фильмы о событиях русской истории, как, например, прекрасный фильм «Союз спасения», это не что иное, как кремлевская пропаганда. И все это всерьез обсуждалось экспертами, массово тиражировалось в СМИ. Странным образом, в отличие от лишенного права голоса народа, у руководителей культуры никакого возмущения все это не вызывало. По умолчанию наши элиты и в самом деле были уверены – настоящая русская культура та, которая ненавидит Россию.
Понятно, что российско-украинский конфликт был встречен элитами как образцовый пример «русского варварства». Но даже тогда, в самом начале, на тех первых, уже «военных», книжных ярмарках и прочих крупных мероприятиях пророссийского контента было еще постыдно мало. Там привычно торжествовала «литература травмы» и прочие политкорректные прозападные штучки. В театрах увольняли артистов, поддержавших Россию, кино вежливо игнорировало любые пророссийские сюжеты, гуманитарные институции по старинке изучали проблемы феминизма и гендерного равенства. Культура, к тому времени уже «потерявшая лучших», которые стремительно превратились в релокантов, настойчиво делала вид, что ничего не происходит, что можно как прежде существовать на жирных бюджетных пирогах и поругивать Россию. Главная театральная премия страны «Золотая маска – 2022» уходила Театру наций за снятый с репертуара спектакль «Горбачев» (исполнительница главной роли Чулпан Хаматова покинула Россию) и спектаклю Дмитрия Крымова (уехал в США уже 25 февраля 2022 года).
Великая русская культура за 30 лет ухитрилась скукожиться до полной политкорректности, где историю представляли акунинские поделки, а мысль – недлинный список мировой «разрешенки»: гендерные проблемы, защита меньшинств и разнообразные девиации.
Но вот заканчивается 2024 год, и стало понятно – русская культура, как и сама Россия, обладает колоссальными возможностями для сопротивления и возрождения. Только что состоялось вручение дебютной литературной премии «Слово». Первый приз в ключевой номинации «Мастер. Проза» получил писатель и солдат СВО Дмитрий Филиппов за роман «Собиратели тишины». Роман писался во время битвы за Авдеевку, когда, как признался сам автор, у него были все шансы не успеть дописать до конца. На недавней книжной ярмарке остатки «литературы травмы» презентовались в соседнем зале с поэтами СВО и выглядели просто жалко.
Кино тоже успело пересмотреть свои приоритеты. Только что на платформе Kion вышли четыре серии блистательного документального проекта «У края бездны» о падении Мариуполя. По всей стране целые залы собирают фестивали военного дока. Сергей Жигунов в роскошном, свежеотстроенном кинопарке «Москино» снимает грандиозный сериал «Порода», эпохальное исследование истории Донбасса и Украины на протяжении всего XX века. Первая часть трилогии начинается в 1918 году, а третья заканчивается событиями 2014 года. Историю нескольких семей с востока и запада Украины воплощают все идеологические конфликты, любовь и ненависть, в конце концов приведшие к военному противостоянию. Этот проект бьет в самый нерв времени.
Театру стало неловко делать вид, что жизнь идет «как при бабушке». Двенадцать российских театров стали участниками проекта «СВОи. Непридуманные истории», реализующегося при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Один из театров-участников, а именно Московский театр Олега Табакова, например, скоро выпустит премьеру спектакля «Позывной «Тишина».
Это далеко не все громкие культурные проекты, где в центре внимания оказывается тема военного конфликта России и Запада. Но революция смыслов этим не исчерпывается. Оказалось, что культуре вовсе не обязательно погружаться в жесткую военную тематику, чтобы сказать нечто новое. Вполне революционно, например, воспринимается выходящий на том же Kion сериал «Первый номер», где уже в первых сериях заявлен яростный протест против навязшей в зубах либеральной политкорректной повестки, одобренной «вашингтонским обкомом».
Культура как будто проснулась от тяжелого 30-летнего сна и вспомнила о своей свободе, величии и праве говорить о вещах по-настоящему важных. Оказалось, что можно говорить своим голосом о собственных эмоциях, и никакой западный опыт культуры отмены вовсе не страшен. Если наше кино, наш театр и нашу прекрасную большую литературу в очередной раз поругает «Блумберг», ничего не случится. Потому что великая культура может быть только у великого народа, каким и является весь венок народов России. Честное противостояние с Западом вернуло нам собственное достоинство и веру в самих себя, свою историю и свой грандиозный масштаб мышления и восприятия. Теперь мы снова можем читать, смотреть и слушать то, что любим мы сами, а не то, что нам разрешили западные эксперты. Сознание этой головокружительной настоящей свободы не просто обогащает нашу культуру, но снова делает ее по-настоящему великой.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом